Конец нефтяной эры? | Продолжение проекта "Русская Весна"

Конец нефтяной эры?

Что происходит на рынке нефти? Действительно ли мир вступает в новую энергетическую эпоху, где не нужны углеводороды? Какое место отведено России в этом будущем мире? Нужно ли теперь государству цепляться за топливные корпорации?

На вопросы корреспондента «Руснекст» Ивана ВАСИЛЬЕВА отвечает наш экономический обозреватель Иван ТАЛЯРОНОК.

— Несмотря на недавние оптимистические прогнозы, цены на нефть продолжают падать. Сегодня вечером (20 января) они достигли 28 долларов за бочку марки Брент, то есть за год с небольшим снизились в четыре раза.

На прошедшем недавно Гайдаровском форуме в разных вариациях звучал тезис о том, что эра углеводородов закончилась, что человечество уже научилось обходиться без нефти, и мы стоим на пороге новой эпохи в экономике. Как Вы оцениваете это утверждение — о конце нефтяной эры?

— То, что говорилось на Гайдаровском форуме — абсолютный блеф. Если бы человечество научилось обходиться без нефти, то добыча «чёрного золота» пошла бы на убыль. На деле мы видим обратную тенденцию.

Вот несколько цифр. В 1970 году в мире добывалось примерно 2,3 миллиарда тонн нефти, в 1980 году — 3,1 миллиарда, в 1990 году — 3,2 миллиарда, в 2000 году — 3,6 млрд. т, в 2010 — 3,9 млрд. т. В позапрошлом году, накануне ценового провала было добыто уже 4,2 миллиарда тонн «чёрного золота», и в 2015 году, несмотря на глубокое падение цен — ещё на 100 миллионов тонн больше. То есть потребность в нефти растёт, спрос на неё увеличивается. Никакого конца эры углеводородов, по крайней мере — в обозримом будущем, не предвидится.

— Чем же тогда вызвано столь стремительное падение цен?

— В истории уже происходило четыре таких провала, когда нефть дешевела в несколько раз. Так было в семидесятые годы XIX века, в двадцатые и в восьмидесятые годы ХХ века, и вот — сейчас. При этом ни в одном случае ни о каком конце эпохи углеводородов речь не шла. Наоборот, всякий раз снижение цен на нефть совпадало с увеличением её добычи и объёма продаж.

Нынешнее падение, кроме того — это естественный ответ рынка на предыдущий головокружительный взлёт.

Вспомните, ещё в 2003 году баррель шёл по цене 28 долларов. И вдруг буквально за пять лет цена взлетела до девяноста. Кризис 2008-09 годов осадил цену, но в 2010-2014 она снова возросла с шестидесяти-семидесяти до почти что ста двадцати! У столь бурного подорожания не было серьёзных экономических предпосылок, оно было подогрето спекулятивными факторами, а любой спекулятивный пузырь рано или поздно лопается.

Теперь мы вернулись снова в 2003 год.

— Так что же, эти 28 долларов — это и есть реальная, экономически обоснованная цена?

— В принципе, если пересчитать всё с учётом инфляции и взять доллар 2015 года, то за всё последнее столетие цены так и колебались вокруг этой цифры, 20-30 долларов. Это минимум восемьдесят лет из последних ста десяти попадали в обозначенный коридор.

Но нефть — не обычный товар. Её основными запасами (по крайней мере, если говорить о доступной нефти) обладает весьма ограниченная группа стран. Почти три четверти доступной мировой нефти принадлежат всего шести странам: это Саудовская Аравия, Кувейт, Эмираты, Иран, Ирак и Россия. Поэтому цена здесь легко регулируется картельными методами. Все резкие повороты на рынке нефти за последние полвека были так или иначе связаны с решениями ОПЕК, картельной организации стран-экспортёров, куда входят пять из шести перечисленных монополистов.

Конечно, сбивать нефтяные цены до 20-30 долларов странам ОПЕК невыгодно — они рубят тем самым собственные доходы. Даже для Саудовской Аравии, которая накопила крупнейшие валютные резервы, цена ниже 30 долларов болезненна. При такой цене страдает не только саудовский бюджет (его-то можно несколько лет спокойно затыкать резервами), начинает страдать их потребительский рынок. Именно на этом уровне объём экспортных доходов Эр-Рияда становится ниже сложившегося объёма потребления. А саудиты уже привыкли потреблять хорошо, и потребляют почти исключительно импорт. Поэтому долго с такой ценой они мириться не смогут.

— Какую же цену можно считать реалистичной на среднюю перспективу?

— Наиболее приемлемый уровень — примерно 50-60 долларов за баррель Брент. Это та цена, которая устраивает главных экспортёров и которую не могут сбить их конкуренты. Выше шестидесяти включатся проекты по добыче труднодоступной нефти из сланцев, битуминозных песков, с арктического шельфа, избыток предложения подорвёт цену. А цены под шестьдесят — это точка равновесия интересов на сегодня.

— Ясно, что договору стран-экспортёров об этой оптимальной цене мешает позиция Саудовской Аравии, которая явно демпингует. Кто-то объясняет позицию Эр-Рияда тем, что саудиты борются таким образом с Ираном и Россией (выполняя заказ США или преследуя собственные интересы). Кто-то считает, что наоборот, саудовские шейхи борются против сланцевой революции, сажают в лужу американских конкурентов.

— На самом деле, демпингует не одна Саудовская Аравия, а практически все экспортёры, включая Россию и Венесуэлу, которые считаются жертвами «нефтяного заговора». Но мы в такой же степени жертвы, как и соучастники. Например, Россия в первой половине 2015 года продала нефти на 8 % больше, чем в первой половине 2014 года. Такая позиция явно не способствует сдерживанию цен.

Нельзя утверждать, что именно Эр-Рияд запустил эту «игру на выживание», на самоограничение нефтяных доходов. Если страны ОПЕК в целом начали увеличивать продажи нефти с осени 2014 года, нарушая установленную квоту и обвалив рынок, то Эр-Рияд перешёл к экспортным интервенциям только в январе 2015 года, когда котировки уже рушились вовсю. Полагаю, что всё-таки не саудиты начали рушить рынок, но они этим падением умело пользуются: как в политических целях, подсаживая Иран и Россию — своих конкурентов в сирийском столкновении, так и в экономических целях, вытесняя американские нефтяные компании с западных рынков.

Проблема не в одном Эр-Рияде. Проблема в отсутствии единства стран-экспортёров, которые расколоты сегодня сирийским конфликтом, и шире — ваххабитско-шиитским противостоянием.

Пока оба блока — русско-иранский и саудовский — не идут на уступки, проверяя друг друга на прочность. У Эр-Рияда больше запас прочности в «забеге на короткую дистанцию», на ближайшие три-пять лет. У него и валютные резервы больше, и добычу ему легче нарастить. Но в дальнейшей перспективе Россия и Иран, как страны с более диверсифицированной экономикой, имеют больше шансов обойтись без дорогой нефти, чем Саудовская Аравия. В интересах обоих блоков — не тянуть с поиском компромисса, потому что от нефтяного демпинга проиграют обе стороны, а выиграют потребители: Китай, США, Евросоюз.

— Пока мы говорили о политических причинах кризиса цен, но ведь есть ещё технологические. Апологеты конца нефтяной эры утверждают, что вот-вот на смену машинам с двигателями внутреннего сгорания придут электромобили. Именно поэтому нефть скоро станет не нужна...

— На кого же рассчитана такая байка? На читателей «Новой газеты», которым по ночам снится, как обанкротится «Роснефть» и весь, «сидящий на нефтяной игле, путинизм»?

— Это Греф сказал, глава Сбербанка...

— Что только подтверждает крайне низкий уровень распоряжающейся русской экономикой либеральной элиты. Мало-мальски способный девятиклассник, проходивший физику, в такую ерунду не поверит.

Допустим, через десяток лет все заведут электромобили. А электроэнергию откуда брать будем? С ветряных мельниц? Где столько ветра взять — даже того, что у либералов в головах гуляет, не хватит...

Всё равно для получения электроэнергии придётся сжигать топливо. Три четверти электростанций сегодня — тепловые, в основном углеводородные, используют мазут и газ. Альтернативные источники энергии, конечно, будут развиваться, но углеводородов в ближайшие десятилетия они не заменят, как не смогли заменить их гидроэнергия и атом.

— Откуда же такая уверенность в завершении нефтяной эры, которая сквозит в речах экономистов гайдаровской школы?

— Либерализм — это не наука, это религия, причём довольно примитивная. Его последователи слепо верят в то, что должно свершиться какое-то чудо, которое заставит Россию идти по рафинированному либеральному пути. Конец нефтяной эры, по их мнению, и есть долгожданное чудо. Это самообман.
Фактически, я в этом уверен, выводы придётся делать прямо противоположные. Только при высоких ценах на сырьё русская экономика может относительно сносно существовать в либеральной модели. При дешёвом сырье упорствовать в либеральных догмах — это катастрофа для нашей страны. Такой путь будет означать распродажу активов и закрытие проекта по имени Россия, что мы видели в девяностые. Кто-то этого не понимает, а кто-то, возможно, именно такого итога и добивается.

— Кстати, о распродаже активов. Что Вы думаете о приватизации «Газпрома» и «Роснефти»? Ведь либеральная стратегия предполагает именно за счёт их продажи заткнуть дыры в бюджете?

— Сначала ответьте на простой, чисто теоретический вопрос. Когда хорошему хозяину выгоднее продавать свои акции: когда они на пике цены или когда они на дне падения? Ответ очевиден: на пике подъёма надо продавать. На дне — не продавать, а покупать.

Продать государственные энергетические активы именно сейчас, на дне кризиса, когда они пойдут по дешёвке — сродни преступлению. Это ещё один способ ограбления страны, и нас с вами лично, как её граждан. Наоборот, сейчас государству выгоднее скупать акции частных энергетических компаний, бросить на эту цель часть золотовалютных резервов. А если приватизировать — то лишь тогда, когда цены на энергоносители, и одновременно на акции нефтедобычи, устойчиво пойдут вверх.

— Случится ли такое? И если нет, какие экономические решения в этих условиях следует принимать?

— Цены рано или поздно неизбежно пойдут вверх, но этот вопрос сегодня почти целиком зависит от успешной нефтяной дипломатии. Критический для нашей страны уровень — ниже сорока долларов за баррель — может сохраняться несколько лет, пока Эр-Рияд не подъест свои резервы. Поэтому жить, как раньше, и наполнять бюджет нефтью и газом, в ближайшее время не получится.

Это будет трудный период, но он, видимо, необходим, чтобы доказать руководству страны, что дальше в либеральной парадигме экономика России развиваться не сможет.

У российских западников существует огромная жажда либерального реванша. Но никаких путей выживания, кроме распродажи за бесценок резко подешевевшего при нынешней конъюнктуре национального достояния, они предложить не могут. При дешёвых ценах на сырьё Россия может сохранить свою экономику и своё население только в случае поворота к мобилизационной модели.

Придётся мобилизовать то, что раньше распылялось на «откаты», оффшоры и на роскошь «жирных котов», и перейти к государственному инвестированию стратегических отраслей. Придётся менять налоговую систему и сокращать разрыв между богатыми и бедными, потому что именно малооплачиваемые и среднеоплачиваемые слои населения формируют основу внутреннего спроса, а олигархат — источник бегства капиталов. Нужно не резать, а увеличивать государственный бюджет, даже не пугаясь дефицита; не сокращать, а увеличивать масштабы государственного регулирования. Но это при условии, что мы хотим развиваться как страна, как нация, а не обогащать кучку внутренних эмигрантов.

Дорогая нефть в последние годы превратилась в тормоз российского развития. Наша экономика в 2011-14 годах замедлялась именно по причине чрезмерных нефтяных доходов, которые до народа доходили лишь частично. Большая часть навара вывозилась за границу: в ценные бумаги США по линии государственных резервов, и просто в западную экономику по линии частного бизнеса. Зато избыток нефтедолларов в либеральной модели вёл к завышению курс рубля, сдерживая рост отечественного производства и создавая иллюзию того, что всё нужное можно в готовом виде купить за бугром. В проектной, управляемой модели этот избыток мог быть централизованно вложен в приобретение передовых зарубежных технологий (а не готовых товаров), что стимулировало бы развитие внутреннего производства.

Шоковое снижение нефтяных цен даёт шанс на отрезвление. Но пока информационный шум создают те, кто рассчитывает вернуть страну в девяностые годы. Сказка о конце нефтяной эры — это один из приёмов, с помощью которого манипулируют сознанием россиян. В том числе, чтобы по дешёвке купить кажущиеся ненужными нефтяные активы.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS