Ответы президента России Владимира Путина на вопросы журналистов по итогам встречи лидеров экономик форума АТЭС

Ответы президента России Владимира Путина на вопросы журналистов по итогам встречи лидеров экономик форума АТЭС | Продолжение проекта «Русская Весна»

По итогам встречи лидеров экономик форума АТЭС Владимир Путин ответил на вопросы журналистов.

В.Путин: Добрый день! Или вечер. Или доброй ночи уже по Москве. Давайте я без вступительных слов отвечу на те вопросы, которые вас интересуют. Пожалуйста.

Вопрос: В кулуарах саммита буквально витали страхи по поводу последствий брекзита и избрания Трампа. Многие считают, что эти события могут плохо сказаться на планах по развитию торговли в зоне стран АТЭС. Вы такие страхи разделяете?

В.Путин: Нет. Да и страхов я особенно не видел, не слышал. Где они там витали, в каких кулуарах – неведомо. Конечно, вопросы такие есть. И этими вопросами коллеги мои задаются, собственно говоря, это очевидно. А страхов здесь быть не должно. Всё так или иначе на свои места встанет.

Что касается брекзита, то многое будет зависеть от формы выхода Великобритании, от темпов. Есть, конечно, определенные угрозы, но мне кажется, что всем хватит здравого смысла, нашим коллегам в Евросоюзе, в Великобритании специалисты очень хорошие.

Поэтому уверен абсолютно, ситуация будет развиваться спокойно и нагнетать здесь ничего не нужно. Я сомневаюсь, что кто‑то предпримет шаги себе в ущерб, и наши британские коллеги, и европейские. Конечно, определенные угрозы есть, но я почти не сомневаюсь в том, что удастся их обойти.

По поводу вновь избранного президента Соединённых Штатов. Мы все хорошо понимаем, все знают о том, что между предвыборной риторикой и реальной политикой большая разница всегда, практически во всех странах.

Что касается заявлений господина Трампа о том, что он хотел бы вернуть в Соединённые Штаты промышленные предприятия, создать и обеспечить тем самым новые рабочие места в своей собственной стране – что здесь плохого?

Это ведущая экономика мира – Соединённые Штаты, и от того, как она будет развиваться, насколько успешно она будет решать стоящие перед ней проблемы, в том числе проблему очень большого государственного долга, будет зависеть в значительной степени здоровье мировой экономики.

Я думаю, что не менее важно, как будет вести себя ФРС, как будут меняться ставки, как будет укрепляться доллар, будет ли он укрепляться, какими темпами. От этого, конечно, очень многое зависит в развивающихся экономиках, на развивающихся рынках. От этого зависит, как будут вести себя национальные валюты стран АТЭС, как будут двигаться финансовые ресурсы. Всё это обсуждалось, но обсуждалось в абсолютно рабочем, спокойном режиме.

Вопрос: Владимир Владимирович, уже не первый год внутри пространства АТЭС идут разговоры, да и действия предпринимаются, о создании каких‑то внутренних экономических блоков, совершенно закрытых, несмотря даже на критику, возражения. Насколько известно, даже на этом саммите прошла кулуарная встреча, посвящённая Транстихоокеанскому торговому партнёрству. Вы уже не раз высказывались по этому поводу. Скажите, Ваше мнение сейчас не изменилось? И может ли ЕАЭС составить какую‑то конкуренцию этим закрытым блокам или чем‑то им ответить? Спасибо.

В.Путин: Моя позиция не изменилась. Более того, я сказал ещё раз о том, что мы считаем, Россия считает (собственно говоря, не только Россия, а многие другие страны и МВФ считают – сегодня Кристин Лагард тоже об этом говорила), что одним из факторов восстановления экономического роста в мире является развитие международной торговли. А международная торговля, по моему глубокому убеждению, не может эффективно развиваться без свободного движения товаров, капиталов, лучшей рабочей силы. Но ограничений, к сожалению, много.

Наша позиция заключается в том, что региональные объединения важны и нужны. Это естественный процесс. Но они должны создаваться и развиваться на базе универсальных норм, принятых во Всемирной торговой организации.

Именно таким образом создавался и на этой основе функционирует Евразийский экономический союз. Он никогда не ставил перед собой цели создать какую‑то конкуренцию другим региональным организациям. И конечно, имея в виду объёмы экономики, скажем, стран Евразийского союза и того объединения, которое создаётся на тихоокеанском пространстве, ‒ они не сопоставимы, здесь мы не собираемся ни с кем конкурировать в этом смысле.

Но, как вы знаете, мы говорим о возможности объединения, скажем, Евразийского экономического союза с планами Китайской Народной Республики по реализации идей китайского руководства и Председателя Си Цзиньпина, касающихся Экономического пояса Шёлкового пути. Это как первый шаг.

Вторым шагом могло бы быть развитие кооперации в сфере уже Шанхайской организации сотрудничества и других азиатских объединений. И таким образом можно было бы создать достаточно широкое кооперационное объединение в рамках Евразийского континента.

Если нам удастся пойти по этому пути, тогда, конечно, это будет сопоставимо с тем, что сейчас создаётся в рамках или в зоне тихоокеанского партнёрства.

Но, на мой взгляд, если мы хотим эффективно влиять на процессы, происходящие в мировой экономике, то никаких закрытых объединений создаваться не должно. А если это будет происходить именно таким образом, то это не пойдёт на пользу ни развитию мировой торговли, ни мировой экономике в целом.

Вопрос: Насколько мы знаем, во время встречи с Премьер-министром Японии господином Абэ Вы предложили совместное экономическое сотрудничество на Курильских островах. Скажите, пожалуйста, какое именно сотрудничество Вы имеете в виду? Это первое.

Второе. Господин Абэ всегда подчёркивает важность нового подхода для решения проблемы мирного договора. Скажите, пожалуйста, какой подход Вы считаете новым? И какой подход для Вас старый? Спасибо.

В.Путин: Мне бы очень не хотелось забегать вперёд по вопросу об основной проблеме, которой мы занимаемся, а именно по подготовке подписания мирного договора. Думаю, что и для Японии, и для России совершенно очевидно, что отсутствие такого договора между Россией и Японией – это анахронизм прошлого, который мешает нам двигаться вперёд, развиваться. Тем более что Россия и Япония являются абсолютно естественными партнёрами друг для друга в регионе, естественным образом дополняют друг друга или могли бы дополнять, если бы отношения базировались на мирном договоре, которого, к сожалению, до сих пор нет.

И Россия, и Япония хотят заключения такого договора. Путь к нему непрост, мы давно этим занимаемся. Не хотелось бы возвращаться далеко в историю этого вопроса. Тем не менее ваша позиция нам хорошо известна.

Что касается Курильских островов, это результат Второй мировой войны, и мы считаем, что это на сегодняшний день суверенная российская территория, закреплённая в международных документах после Второй мировой войны.

Но мы готовы вести диалог с нашими японскими партнёрами. Мы говорим о том, что различные варианты возможны. Напомню, что в 1956 году был заключён соответствующий документ между Советским Союзом и Японией, где предполагалось, что Японии будут возвращены два острова. Не говорилось, на какой основе, под чьим суверенитетом останутся эти два острова, на каких условиях они будут переданы. Мы знаем позицию японской стороны, которая говорит о четырёх островах. Это всё предмет наших переговоров.

Но ещё раз хочу подчеркнуть: и Россия, и Япония, мы искренне хотим заключения мирного договора и ищем пути того, как это сделать. Что является старым подходом, что новым – я не знаю. Я знаю только одно: что это стремление нужно всячески поддерживать.

На базе чего могла бы быть достигнута договорённость? На базе повышения доверия друг к другу, а один из путей достижения этого доверия – это расширение сотрудничества. Именно поэтому Премьер-министр Японии господин Абэ предложил свою программу расширения деловых и экономических связей. Его программа состоит, по‑моему, из восьми пунктов. Это реализация достаточно крупных проектов и не только на островах, но и между Россией и Японией в целом.

Мы говорили – и вот на последней встрече – о том, что можно было бы сделать совместно собственно на островах. Это решение и экономических, и гуманитарных вопросов. Но пока об этом говорить рано, потому что окончательных договорённостей нет.

Мы продолжим наши контакты и на уровне министерств иностранных дел. Диалог восстановлен по инициативе японской стороны. Договорились, что если состоится мой визит в Японию, то весь этот комплекс вопросов будет основным и на нашей встрече во время моего визита.

Вопрос: Для многих стала неожиданностью история с господином Улюкаевым. Не могли бы Вы прокомментировать эту историю? Насколько эта история может сказаться на итогах передачи госпакета «Башнефти» «Роснефти»? Когда нам ждать нового министра и есть ли кандидатуры?

В.Путин: Что же здесь комментировать? Это в конечном итоге должны прокомментировать правоохранительные и судебные органы, только после этого можно сказать что‑то по сути. Но сам факт того, что это состоялось, – это очень печальный факт. Но я бы хотел сказать только, что мы и дальше будем нетерпимо относиться к любым проявлениям подобного рода.

На мой взгляд (я в этом глубоко убеждён), такие действия правоохранительных органов не только не наносят ущерба деловому климату, а наоборот, только укрепляют деловой климат в России. Все должны знать, и наши партнёры, и внутри страны, мы все сами должны понимать и знать, что вне зависимости от служебного положения кого бы то ни было закон будет применяться одинаково ко всем.

Что касается сделки по «Башнефти», то никак не может повлиять это печальное событие на сделку «Роснефти» по приобретению пакета «Башнефти». Более того, мы рассчитываем на то, что синергетический эффект будет значительным. Ведь когда мы высказывали сомнения по поводу целесообразности приобретения «Башнефти» «Роснефтью», мы говорили о том, что контрольный пакет в «Роснефти» принадлежит государству. Но это, кстати говоря, негосударственная компания. Значительный пакет, 19,5 процента, по‑моему, принадлежит иностранному участнику – British Petroleum. А вот следующий шаг, приватизация самой «Роснефти», – это прямая приватизация госсобственности. Поэтому мы в этом смысле никак не отказываемся от своих первоначальных планов по приватизационным сделкам. Разумеется, и Правительство, и менеджмент «Роснефти» будут работать над реализацией второго шага этого плана, то есть над продажей пакета самой «Роснефти».

Реплика: Когда новый министр будет назначен?

В.Путин: Надеюсь, скоро. Кандидаты, конечно, есть, их несколько. Мы с Председателем Правительства только что об этом говорили, с некоторыми другими членами Правительства. Как минимум три-четыре кандидата есть. Я сейчас вернусь, мы окончательно с этим разберёмся и поставим точку.

Вопрос: Мы видели, что Вы сегодня пообщались с Президентом Обамой, который покидает свой пост. Приоткройте тайну, о чём Вы с ним говорили? Видимо, это Ваше заключительное общение с Президентом Обамой. Возвращаясь к Вашему разговору с избранным президентом Трампом, есть ли всё‑таки договорённость о первой встрече?

В.Путин: Ну, что в таких случаях? Обычные вещи. Мы отметили, что, несмотря на то что диалог между нами шёл непросто, было сложно, можно даже сказать, работать друг с другом. Но и я, и Президент Обама отметили, что мы всегда с уважением относились к позициям друг друга и друг к другу. Я поблагодарил его за эти годы совместной работы и сказал, что в любое время, если он сочтёт возможным и будет необходимость и желание, мы будем рады видеть его в России.

Что касается разговора по телефону с избранным президентом США. Вновь избранный президент Соединённых Штатов подтвердил свои намерения по нормализации американо-российских отношений. Со своей стороны, я, конечно, сделал то же самое – мы всегда об этом говорили. Вопрос о конкретной встрече и о возможной дате этой встречи не обсуждался, но мы констатировали, что, может быть, было бы полезно организовать встречу наших сотрудников. Пока мы видим, вновь избранный президент Соединённых Штатов активно занимается формированием своей собственной команды. Даже сотрудникам встретиться в ближайшее время затруднительно, поскольку и официальных сотрудников‑то у него пока не появилось. Подождём, время ещё есть.

Вопрос: Если можно, у меня одно уточнение в развитие вопроса моего коллеги и один вопрос. Сохраняется ли у Вас после ареста Улюкаева доверие к кабинету министров в целом? И второй вопрос по поводу встречи ОПЕК, которая пройдёт в конце ноября. Как Вы считаете, насколько всё‑таки реально, что там будет достигнута договорённость про ограничение добычи, насколько важна эта договорённость для Российской Федерации и есть ли уже какие‑то предварительные намётки по тому, чтобы российские компании согласились это сделать с нашей стороны? Спасибо.

В.Путин: Что касается печального события, связанного с задержанием нашего Министра экономики, то это никак не отразилось на моём отношении к Правительству в целом. Правительство работает профессионально, несмотря на всю критику, которая естественна. Правительство всегда находится под особым вниманием со стороны общественности и каждый его шаг анализируется. Мы все работаем не без ошибок, и, наверное, можно было бы и Правительству кое‑что делать побыстрее. Но в целом, повторяю ещё раз, я считаю, что Правительство работает эффективно и достаточно результативно в тех непростых условиях, в которых нам приходится функционировать.

Кстати говоря, и сегодня, когда мы в первой части встречались с госпожой Лагард, я с ней тоже говорил на эту тему, и МВФ подтверждает, мои оценки совпадают – оценки работы финансового экономического блока Правительства и Центрального банка.

Что касается предстоящей встречи ОПЕК и нашей позиции – она остаётся неизменной, и мы уже говорили об этом неоднократно. Мы готовы к тому, чтобы заморозить добычу на той «полке», на которой сейчас находится эта добыча. Мы не видим никакого ущерба для нашего энергетического сектора. С ведущими компаниями Министр энергетики постоянно в контакте, и они готовы к такой работе.

Будет ли достигнута договорённость, на 100 процентов я сказать не могу, но большая вероятность того, что она будет достигнута, у меня есть. Потому что основные противоречия, которые были внутри ОПЕК, как мне представляется, основные (хотя, может быть, не все, но основные) в целом если не устранены, то могут быть устранены, потому что острых вопросов, насколько мы себе представляем, уже не осталось.

Ну а мы сделаем со своей стороны всё, чего от нас ожидают наши партнёры по ОПЕК, во всяком случае заморозить добычу для нас не представляет никакого труда.

Вопрос: Владимир Владимирович, думаю, Вы могли, если было время, прочитать новости, или Вам докладывали, самолет с чиновниками, с нами, который следовал сюда, на саммит, перед Вами, сопровождали на очень близком, опасном расстоянии швейцарские ВВС. Все‑таки что это было: акт агрессии или акт уважения? Приблизились ли истребители F-18 к нашему борту номер один? Спасибо.

В.Путин: Будем считать, что это почётный эскорт.

Спасибо. Удачи вам.

Еще что‑то хотели спросить? Пожалуйста.

Вопрос: В декабре ожидается Ваш визит в Японию. Как Вы оцениваете нынешнюю подготовку Вашего визита в Японию? Это первый вопрос.

И второй вопрос. Два года назад Вы сказали: «Шайба на стороне Японии». Как Вы думаете, «шайба» уже немножко двигается? Спасибо.

В.Путин: То, что мы договариваемся о следующих контактах, в том числе в Японии, мне кажется, уже признак того, что что‑то двигается в наших взаимоотношениях. Что касается подготовки, то она только начинается, об этом ещё рано говорить. Хотя, если считать, что те дискуссии, которые мы восстановили с нашими японскими друзьями по заключению мирного договора, начались, то это уже в известной степени прогресс.

Вопрос: Вы встречались с новым лидером Филиппин. Он до этого неоднократно очень положительно о Вас говорил. Как Вам эта встреча? Можно ли считать, что у нас появится новый союзник?

В.Путин: Вы насчёт союзников России знаете уже, поэтому я повторяться не буду.

А что касается более продуктивного и предметного взаимодействия, в том числе с Филиппинами, это вполне возможно. Во всяком случае Президент Филиппин высказал заинтересованность в развитии таких отношений. Мы тоже, разумеется, настроены на то, чтобы развивать отношения со всеми странами АТЭС.

Филиппины – большая страна, большая экономика, и мы договорились о том, что проанализируем все возможности. Сегодня объём торгово-экономических связей незначительный, тем не менее взаимный интерес есть, есть направления, по которым мы совершенно точно можем развиваться. Это машиностроение, авиация, космос, некоторые направления высоких технологий, та же энергетика, военно-техническое сотрудничество. Здесь может быть много интересных, взаимных проектов. И мы договорились о том, что мы сейчас создадим соответствующие переговорные инструменты и будем вычленять наиболее перспективное и реализуемое в самое ближайшее время.

Спасибо вам большое. Всего доброго вам, хорошей дороги домой.

Обсуждение

 

Социальные комментарии Cackle

RusNext

Новости и аналитика о событиях в пространстве Русского Мира.

Орфографическая ошибка в тексте:
Вы также можете добавить свой комментарий:
1 + 10 =
Например, 1+3 = 4.