Мнения
Применение авиации ВСУ, часть 1-я | Русская весна

Применение авиации ВСУ, часть 1-я

Боевые действия на Донбассе стали «лакмусовой бумажкой» для Вооружённых сил Украины. Именно их применение в реальных боевых действиях (хоть и в «гибридной войне») дало толчок для анализа путей дальнейшего развития. В этом плане наиболее показателен пример Военно-воздушных сил.

По состоянию на конец 2013 года в составе ВВС и ПВО Украины числилось 16 фронтовых бомбардировщиков Су-24 М (ещё примерно 52 единицы были на хранении), 43 штурмовика Су-25 (в том числе 8 учебно-боевых; и 4 — на хранении), 60 Су-27 (в том числе 13 учебно-боевых; ещё 5 были на хранении), 96 МиГ-29 (в том числе 18 учебно-боевых; ещё 48 (в том числе 10 УБ — на хранении). Кроме того, на хранении находились устаревшие машины: 37 МиГ-23 МЛД, 8 МиГ-23УБ, 19 МиГ-25.

Разведывательная авиация включала 5 Су-24 МР (ещё не менее 3-х — на хранении), 8 Ан-30 (и 4 — на хранении). На хранении также находились до четырёх самолётов-заправщиков Ил-78.

Относительно много насчитывалось транспортных машин: 36 Ил-76 (ещё 8 — на хранении), 7 Ан-24, 46 Ан-26 (и до 3-х ­- на хранении), 5 Ту-134 (ещё 1 — на хранении); 2 Ан-72 — на хранении. Учебные самолёты — это 39 устаревших машин ещё чехословацкого производства L-39 «Альбатрос» (а также 39 — на хранении).

Стоит отметить, что никакой новой техники за постсоветский период ВВС не получали, лишь 1 МиГ-29 и 13 Су-25 прошли модернизацию. Из тех самолётов, которые числились в строю ВВС, реально подняться в воздух могли не более половины (по-видимому, цифра ближе к 20–25%).

Понесли потери украинские военные авиаторы Украины и в ходе событий февраля—марта 2014 года в Крыму. Особо острая ситуация сложилась с 204-й бригадой тактической авиации имени А. И. Покрышкина, которая базировалась в Бельбеке вблизи Севастополя. Вечером 27 февраля часть была блокирована, а на следующий день захвачена вооружёнными людьми без знаков различия.

Личному составу был перекрыт доступ к стоянкам авиатехники. Однако основные события развернулись 4 марта, когда командир бригады полковник Юлий Мамчур с большой группой подчинённых решил прорваться на стоянку самолётов. Кадры, которые обошли большинство мировых информационных агентств, стали символом недолгого украинского сопротивления в Крыму: военные без оружия, со знаменем части, под пение национального гимна идут на вооружённых людей, которые стреляют им под ноги и в воздух.

В итоге были проведены переговоры, и несколько техников были допущены к машинам. Результат осмотра был весьма печальный: за несколько дней самолёты (а в части насчитывалось 45 МиГ-29 и 4 L-39, правда, летающих было всего несколько машин) были приведены в негодность: колеса прострелены, а воздухозаборники забросаны щебнем.

К 22 марта бригада была взята под контроль российскими военнослужащими, а сам Мамчур попал в плен (освобождён 26 марта). В ходе передислокации в Николаев на новое место службы вместе с командиром прибыли около двухсот человек личного состава. В Крыму остались практически все военнослужащие-контрактники, имевшие местную прописку.

Позже, после долгих переговоров при посредничестве белорусской стороны по начало июня российская сторона позволила вывезти 37 МиГ-29, МиГ-29УБ, и 1 L-39M1. При этом на большинстве самолётов были сняты наиболее ценные блоки и агрегаты. Вывезти значительную часть наземного оборудования не удалось.

Во второй половине 2014 года все вывезенные из Крыма самолёты и лётный состав 204-й бригады были собраны на аэродроме Кульбакино в Николаеве, где велись работы по восстановлению лётной готовности хотя бы части машин бригады. Содействие в восстановлении МиГ-29 оказывали выездные бригады ГП «Львовский авиаремонтный завод» и сводные группы технического состава из других истребительных частей ВСУ. Первым был восстановлен истребитель МиГ-29, совершивший полёт 31 июля 2014 года.

Когда стало понятно, что события на Донбассе приобретают характер военной операции, то командование стало спешно собирать авиационную группировку практически со всей Украины.

Это сводная группа базировалась на нескольких базовых и оперативных аэродромах, расположенных в Харьковской и Днепропетровской областях. Кроме того, для базирования военно-транспортной авиации использовались аэродромы по всей стране. Недостаточно финансирование ВВС Украины не позволило создать запасы материальных средств: боеприпасов, ГСМ, запчастей и продовольствия.

Дошло до того, что в середине марта авиакомпания «Днепр-Авиа» (владелец — бизнесмен Игорь Коломойский) произвела заправку топливом боевых вертолётов Южного оперативного командования за свой счёт — настолько всё было плохо. При этом восполнение этих запасов в ходе боевых действий осуществлялось не за счёт промышленных поставок, а путём изъятия из запасов других авиационных частей.

Из-за недостаточного финансирования и материальной обеспеченности большая часть лётного состава утратила навыки полётов в сложных метеоусловиях и применения средств поражения. В то же время костяк лётного состава армейской авиации был сформирован из лётчиков, прошедших миротворческие миссии по линии ООН.

Первые вылеты на Донбасс сложно назвать боевыми, по большей части они производились с целью демонстрации силы. Прежде всего, это был облёт боевыми самолётами позиций ополченцев на малой высоте. По всей видимости, впервые это произошло ещё до объявления АТО — 7 апреля. Тогда 2 истребителя Су-27 облетели Харьков, Луганск и Донецк.

Первое появление штурмовиков Су-25 в зоне конфликта отмечено 15 апреля, когда одиночная машина осуществляла прикрытие с воздуха вертолётов армейской авиации, которые доставили штурмовые группы на аэродром неподалеку от Краматорска.

Впоследствии «сушки» отметились над ещё несколькими удерживаемыми ополченцами городами и посёлками как в Донецкой, так и Луганской областях.

На начальном этапе украинское командование попыталось сделать главной ударной силой авиацию — штурмовики Су-25 и вертолёты Ми-24. Это, в принципе, было разумное решение, так как никакого противовоздушного вооружения у ополченцев на тот момент не было.

При этом упор был сделан на применении неуправляемых реактивных снарядов. Однако, как выяснилось, они имели ограниченные сроки хранения, что в итоге сказалось на эффективности ударов с воздуха.

Что касается высокоточного оружия, то его просто не было в арсеналах: большая часть его из-за ненадлежащего хранения просто пришла в негодность и была просто утилизирована, а часть — реализована на внешнем рынке.

Очень скоро у противника появилось достаточно большое количество ПЗРК и (что самое главное) расчётов, которые могли обращаться с ними. А с появлением таких систем, как «Стрела-10», «Бук» и «Оса», украинская авиация понесла настолько серьёзные потери, что к началу сентября 2014 года практически была выведена из района боёв.

В ходе боёв против украинской авиации были применены как достаточно устаревшие ПЗРК «Стрела-2», «Стрела-2 М» и «Стрела-3», так и относительно новые «Игла» и «Игла-1».

Нельзя не отметить и появление на Донбассе новейшего ПЗРК российского производства «Верба», однако его применение было зафиксировано лишь один раз — 6 июня, когда над Славянском был сбит самолёт-разведчик Ан-30Б.

Доказательством его применения являются остатки боевой части ракеты, обнаруженные после происшествия. При этом ни подтверждения, ни отрицания данной информации после её обнародования в украинских СМИ от официальных властей РФ не последовало. Так как этот комплекс — новейшая разработка российского ВПК (принят на вооружение в 2013 году), можно предположить, что запуск осуществила спецгруппа, испытавшая таким образом новый ПЗРК на практике.

Отмечена в зоне конфликта и такая «экзотика», как ПЗРК Grom Е-2 польского производства. Этот комплекс в 1990-е годы разработан на базе советской «Иглы» и в настоящее время состоит на вооружении ВС Польши. В зоне боёв украинскими силовиками были захвачены, по крайней мере, 2 таких комплекса. Предполагается, что сторонники «федерализации» получили их от России, которая закупила несколько десятков таких ПЗРК в 2007-м, за год до войны с Грузией.

Уже в ходе войны вертолёты Ми-8 были модернизированы, из-за чего очень часто в полевых условиях приобретали такой экзотический вид

Как отмечают многочисленные очевидцы, многие ПЗРК ополченцев, будучи устаревшими, нередко давали сбои, а часто просто оказывались бесполезными против противоракетных манёвров украинских лётчиков. Сбивать самолёты и вертолёты в основном им удавалось из засад или в случае, когда цель шла слишком низко.

Первый украинский вертолёт был уничтожен 25 апреля, когда во время подготовки к взлёту на аэродроме «Краматорск» в Ми-8 МТ из состава 7-го полка армейской авиации попала ракета ПТУР. Экипаж успел покинуть борт, при этом только командир экипажа получил ожоги. Вертолёт, гружённый боеприпасами, взорвался и полностью сгорел.

Боевой дебют Су-25 в боях на Донбассе состоялся вечером 5 мая, когда одиночный штурмовик из НУРСов превратил что называется «в хлам» Ми-24П, севший на вынужденную посадку на территории ополченцев. Следующий эпизод боевого применения связан с кровавым боем за донецкий аэропорт 26 мая, когда пара Су-25 обеспечила прикрытие операции украинских военных с воздуха.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS