Ваххабитская дыра в сирийской границе (ВИДЕО) | Русская весна

Ваххабитская дыра в сирийской границе (ВИДЕО)

НЕ ПОПАСТЬ ПО СВОИМ

Горные районы Латакии по праву считаются одним из фантастически красивых мест на земле. Горы невысоки - до тысячи метров. Здесь прохладнее, чем на равнине, и южное солнце не выжигает безжалостно фруктовые сады и оливковые плантации. В этом году урожай никто не собирал: война пришла в этот райский уголок. Горы густо населены. На головокружительных склонах прилепились многие десятки белоснежных вилл и бунгало.

Мы едем на позиции через крохотные альпийские городки, которые умещаются на гребнях гор,не спускаясь по склонам, и их единственная улица, как правило, повторяет все прихотливые изгибы хребта. Не смотря на рельеф, здесь очень богатая сетка дорог с отличным асфальтом. Люди здесь жили тысячи лет, спасаясь от зноя. Разводили сады на рукотворных террасах, которые потом превратились в дороги.

Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

Чем ближе к линии соприкосновения с противником, тем чаще встречаются брошенные дома с пересохшими садами, у редких магазинов выставлены на улицы генераторы - нет света, начинают сбоить и сходить с ума мобильные телефоны. В одной из деревень мы с трудом объезжаем самодельную пусковую установку, раскорячившуюся поперек серпантина. Ее смонтировали на каком-то потрепанном жизнью грузовике.

На направляющих стоит гигантский стальной баллон, метра три длиной. Он выкрашен веселенькой ярко-голубой заборной краской и весь усеян головками болтов. В хвосте этого баллона, судя по заглушке из коричневого бакелита, - двигатель от реактивного снаряда «Град». Толстый витой ярко-желтый электрический провод уползает от этого «оружия возмездия» в блиндаж у блокпоста. Судя по отсутствию прицельных приспособлений, оружие это психическое, а не летальное. И главная задача расчета - не попасть по своим...

Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

«ТУРЦИЯ ИХ ВЫКОРМИЛА»

Как и на всех войнах последних десятилетий, любимое место базирования военных - пансионаты. Обширные крепкие помещения и полное отсутствие гражданских, которых нужно из этих домов выгонять. Мы бросаем машины у смотровой площадки какого-то давно закрытого ресторана и лезем еще выше, туда, где на все голоса лупит артиллерия разных калибров. По бывшей садовой террасе катается старенький танк и звонко рявкает пушкой. Следом бьет 130-миллиметровая гаубица М-46, бьет так, что в ушах после каждого выстрела остается колокольный звон.

Город Сальма под нами. Он уже в полукольце из вершин, взятых сирийской армией. Мы перемещаемся еще ближе к многострадальному городку. Здесь до противника всего 800 метров. На горы садится вечерний туман, и в его дымчатой пелене кажется, что город жив. На самом деле в визире дальномера видно, что от Сальмы остался один скелет.

Тут же, как это часто бывает, находится сирийский офицер, прекрасно знающий русский язык. Прекрасно - это не метафора. По словам полковника Ахмата, из России он привез любовь к русской литературе, и до сих пор ее читает с удовольствием. Вместе с Ахматом мы ползаем по вырубленной в камне очень мелкой траншее, перекрытой редкими кривыми бревнами. Брустверы сделаны из мешков, набитых каменной крошкой. Все, на что наталкивается рука, - влажное, но воды на вершине нет, ее надо затаскивать по склону на себе. Все прелести войны в горах. Ахмат говорит, что соскучился по русскому языку, поэтому наш провожатый не умолкает, все объясняет подробно:

- Здесь до границы с Турцией от 15 до 18 километров. Если мы их выбьем из Сальмы, им уже не за что будет зацепиться. Будут бежать.

Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

- И Турция их примет?

Наш собеседник тяжело вздыхает:

- Турция их выкормила, Турция их готовила в специальных лагерях и потом пропускала с нам, в Сирию, чтобы они воевали.

- Кто стоит против вас?

- «Фронт ан-Нусра» (террористическая организация, запрещенная в РФ. - Ред.). Ваши стоят, ваххабитский батальон «Воины Кавказа», например. Всего человек пятьсот. Злые очень, не трусы. Звери. Держатся за каждый дом, отступать не думают. Мы им наносим потери, конечно. Но они каждый день накачивают друг друга исламскими проповедями. Как это говорится... не надо принижать противника! Но и наша армия уже другая. У нас в последние недели изменилось настроение в войсках, мы почувствовали победу. Это очень важно, мы устали за эти годы войны.

Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

ГОРОД В КОЛЬЦЕ

В тишине слышно, как начинает коротко рявкать рация в соседнем блиндажике. В легких вечерних сумерках оживают черные вершины и склоны гор. На них начинают сверкать вспышки, и только спустя три - пять секунд до нас доносятся звуки выстрелов. Ахмат пристраивает нас у амбразур. Они пристреляны боевиками, и он объясняет, что нужно сместиться чуть вбок, не торчать в середине, чтобы не поймать пулю. Где-то вдали начинает хлопать тяжелый пулемет или зенитка. Нам хорошо видно, как чудовищная огненная плеть начинает хлестать по мертвому городу. Красные точки - снаряды, выпущенные с соседних вершин, проходят с шипением над нашими головами и рвутся в домах, складывая лестничные пролеты, как стопки костяшек домино.

Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

Боевики молчат, берегут боеприпасы. Единственная выпущенная ими минометная мина хлопает метрах в двухстах от нас. Сирийцы просят нас забраться в перекрытую щель, вырубленную в склоне. В щели под ногами валяются десятки минометных мин без взрывателей и кучи мешочков с порохом и дополнительные заряды. Прятаться от обстрела в пороховом погребе нам не хочется. Мы вылезаем наружу - вокруг непроглядная темень, хотя еще несколько минут назад можно было читать газету, не напрягая зрения.

Полковнику Ахмату, судя по работающей рации, становится не до нас. Из деликатности нам этого не говорят, мы все понимаем сами. В эти минуты где-то в непроглядной темноте изготовились штурмовые группы из сирийского спецназа и местных ополченцев. Пожилой солдат, в возрасте на вскидку далеко за пятьдесят, торопливо набивает магазины автомата. Судя по красной нашивке на рукаве, он тоже в спецназе, несмотря на возраст. Саади, как он нам представился, поблагодарил Россию за помощь. В армии он второй год, вместе с ним воевали все пять его сыновей. Старшего сына он уже потерял на этой войне...

Если штурмовые группы займут последнюю вершину над Сальмой, город окажется в кольце. Север Сирии будет освобожден, границу прикроют заслонами и огневыми точками по горным вершинам, и армии станет чуть-чуть легче воевать на других фронтах.

ИГИЛ — запрещенная в России террористическая организация!

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS