«Оранжевой революции» в России не будет: три сценария развития отношений с США в 2016–2018 годах | Продолжение проекта "Русская Весна"

«Оранжевой революции» в России не будет: три сценария развития отношений с США в 2016–2018 годах

В преддверии нового 2016 года исследовательский Центр национальных интересов — экспертная организация в США опубликовала материал «Соединенные Штаты и Россия после Украины», под редакцией бывшего ключевого советника по России в администрации президента Джорджа Буша-младшего Пола Сондерса (Paul J. Saunders). (1)

Центр национальных интересов (Center for the National Interest) — это «непартийный» и неправительственный исследовательский центр, основанный в 1994 годы бывшим президентом США Ричардом Никсоном (Республиканская партия). В фокусе внимания Центра национальных интересов: политика национальной безопасности США, энергетическая безопасность, изменения климата, стратегический баланс на Ближнем Востоке, морская безопасность и отношения США с Китаем, Японией, Европой и Россией. Центр регулярно издает в США свое периодическое издание «Национальный интерес» (National Interest) и имеет собственный информационный ресурс — www.nationalinterest.org. Центр пользуется финансовой поддержкой фондов, корпораций (главная — Корпорация Карнеги) и индивидуальных спонсоров. Издание Центра — журнал «Национальный интерес» существует с 1985 года и «прославился» в 1989 году публикацией «скандальной» работы Фрэнсиса Фукуямы «Конец истории». Предлагаемый к рассмотрению материал «Соединенные Штаты и Россия после Украины» интересен, в том числе и тем, что вышел из влиятельного экспертного сообщества, близкого к кругам Республиканской партии в период, непосредственно предшествующий в США президентской кампании 2016 года. Это подведение итогов и прогнозирование по одному из важных направлений внешней политики США в преддверии смены президентской администрации.
По форме «Соединенные Штаты и Россия после Украины» состоят из трех небольших по объему очерков, написанных тремя разными авторами и представляющих описания якобы уже случившегося на Украине и вокруг нее в период с 2016 по 2018 год включительно, а также российско-американских отношений в связи с этими событиями.

Сослагательные наклонения в каждом из вариантов в тексте отсутствуют. По существу, речь идет об альтернативных сценариях развития конфликта между США и Российской Федерацией в 2016–2018 годах.


Переворот в Киеве, присоединение Россией в 2014 году Крыма и поддержка восстания в областях Новороссии на Украине подняли фундаментальные вопросы о будущем отношений между США и Россией и их последствиях для национальных интересов США. Новый период в российско-американских отношениях по аналогии с известными событиями стали именовать «холодной войной». Авторы экспертной работы признают, что российское военное вмешательство в Сирии еще более усложнило проблемы российско-американских конфликтных взаимоотношений. В публикации «Соединенные Штаты и Россия после Украины» учтены самые последние события в Сирии декабря 2015 года. Предложенные сценарии написаны в стиле альтернативной истории. Они интересны тем, что в них конкретно указаны точки, представляющие особый интерес для США. Фактически, американские эксперты указывают своим российским коллегам, что желательно делать России в интересах США якобы для снижения степени конфликта. Авторы сосредоточили внимание на рассмотрении действия стимулов и факторов, с которыми каждое правительство сталкивается при их политическом выборе, и возможные действия других сторон, включая собственно правительство Украины и европейских стран.


Все три сценария подчеркивают центральную роль нынешнего конфликта вокруг Украины в американо-российских отношениях. Разногласия по Украине и другим вопросам катализировали распад российско-американских связей по модели постсоветских отношений. Эксперты полагают, что сценарий «замороженного конфликта» из-за «усталости» Украиной более вероятен, а также потребуется продление срока, в течение которого Киеву нужна обширная внешняя поддержка США и ЕС. Но при этом увеличивающаяся интеграция Украины в Европу будет способствовать долгосрочной конфронтации между Западом и Москвой. Сценарии также иллюстрируют признание роли трансатлантических отношений и единства (или его отсутствия) в рамках НАТО и Европейского союза. С точки зрения России, она нуждается в надежном и стабильном соседстве. Со своей стороны, Соединенные Штаты определили свои национальные интересы в том, чтобы соседи России были независимыми от нее и измеряли свою независимость посредством оппозиции к Москве. Американские лидеры стремятся использовать проявленные российской стороной слабости, чтобы заставить российских политиков пойти на дальнейшие уступки по Украине, по всему постсоветскому пространству и на Ближнем Востоке.


По всем трем сценариям становится ясно, что США сейчас важно понизить уровень конфликта, стабилизировать ситуацию, консолидировать свое приобретение Украины и зафиксировать полученные новые преимущества в континентальной и глобальной геополитической конструкции. При этом американцы весьма чувствительны к китайскому фактору глобальной политики. В США заинтересованы свести к минимуму повреждение жизненно важных национальных интересов США на этом направлении, т. е. США не намерены выигрывать с Россией и проиграть в итоге с Китаем. Поэтому в США внимательно просчитывают возможную дезинтеграцию России.


Во всех трех сценариях считаются маловероятными в рассматриваемый период решительные политические изменения в Москве, т. е. «дворцовый переворот» с устранением президента Владимира Путина или уличную революцию в России по сценарию оранжевых переворотов. Но при этом соперничество с Москвой сильно отличается от логики «холодной войны». В Вашингтоне признают, что открытые столкновения между ведущими государствами в решении экзистенциальных вопросов могут быть весьма опасны, особенно, когда они обладают ядерным оружием. Поэтому стратегия постепенного политического наступления с получением новых и новых преимуществ более предпочтительна для Вашингтона.


Сценарий первый: «Функциональные взаимоотношения» (авт. Самуэль Чэрэп). Этот сценарий рассматривает возможность относительного повышения уровня отношений США и России.

Это позитивный сценарий, который представляется наиболее желательным для российского руководства. Автор сценария констатирует, что противостояние на Украине привело к патовой ситуации и «контрпродуктивной конкуренции» во всем мире. Однако Минский процесс урегулирования кризиса на Украине, с американской точки зрения, доказывает возможность оттепели. Обе стороны в 2015 году, по мысли Чэрэпа, приступили к определению «новой нормальности» посредством именно Минского процесса, подключив к нему позднее урегулирование в Сирии. В результате автор сценария полагает, что имеются скрытые стимулы для обеих сторон, чтобы избежать новой холодной войны. Во-первых, ни Россия, ни Соединенные Штаты не могут решить без участия друг друга ни один из региональных кризисов. Во-вторых, кроме того, и Россия, и Соединенные Штаты могут заблокировать усилия друг друга по эффективному решению большинства из этих кризисов. С точки зрения США, особенно важен глобальный режим нераспространения ядерного оружия, в котором согласованные усилия США и РФ имеют ключевое значение. Кроме того, и Соединенные Штаты, и Россия находятся под угрозой, исходящей от экстремизма на Ближнем Востоке, прежде всего, от Исламского государства (ИГ). Это создает узел взаимного интереса.


К началу 2016 года обеим сторонам было ясно, что их соответствующие меры в гражданской войне в Сирии совершенно недостаточны для достижения конечной общей цели. Для Москвы особенно значимы экономические стимулы для возвращения к нормальной жизни. Россия признала, что режим санкций будет представляет долгосрочный ограничительный фактор для роста ее экономики. Это создает предмет для торга.
В свою очередь, лица, принимающие решения в США, пришли к выводу, что «победа» в новой холодной войне над Россией — исход, в котором никто не сомневается в США и Европе, может привести к «катастрофе». Понимая это, Вашингтон открыл дверь к мягкому сценарию уменьшения динамики кризиса. Кроме того, в США не заинтересованы в возможном сближении Москвы и Пекина.
Успешное завершение ядерных переговоров с Ираном служит напоминанием о важности двустороннего сотрудничества с Москвой для решения глобальных проблем.


Автор сценария прогнозирует, что после того, как тупик в Сирии окончательно определится, высокопоставленные деятели в обеих странах начнут значительные дипломатические усилия для решения проблем, исходящих с Ближнего Востока. Соединенные Штаты и Россия в ближайшее время обречены на более широкие дискуссии по обсуждению стратегий противодействия экстремизму. Однако, с точки зрения автора, для нормализации отношений необходимо, чтобы ситуация на Украине приобрела положительную динамику, независимо от остальных отношений.
С точки зрения американского эксперта, кризис в украинском руководстве, раскол между президентом Петром Порошенко и премьером Арсением Яценюком ведут к краху правящей коалиции и понуждает к созданию новой коалиции с участием «Оппозиционного блока» для того, чтобы избежать досрочных выборов. Тяжелая экономическая ситуация на Украине ведет к росту социальных протестов. Поэтому «горячечный милитаризм» на Украине 2015 года уступит место отчаянию, особенно после того, как украинцы поймут, что ни Соединенные Штаты, ни ЕС не готовы тратить больше средств для помощи украинской экономике.


Созданное на основе новой коалиции новое правительство на Украине поведет гораздо более примирительную политику по отношению к восставшим регионам. Киев сделает уступки в рамках Минского процесса. Градус антироссийской политики на Украине понизится. Украина вернется к внеблоковому состоянию.
Автор сценария предположил, что Минский процесс будет пр

одлен на первые полгода. (На самом деле, он был продлен на целый 2016 год). Санкции ЕС в отношении финансового сектора и энергетики почти полностью будут сняты с России в 2016 году. Санкции в отношение Крыма и военно-промышленного комплекса России, а также персональные санкции сохранятся. В итоге мирного урегулирования контроль Украины над границей «особых районов» с Россией останется более формальным, чем реальным.


США вынуждены будут зеркально повторять решения ЕС в отношении санкций, как для формирования более стабильных российско-американских отношений, так и из-за требований американских энергетических корпораций, опасающихся конкуренции на энергетическом рынке России со стороны европейцев и китайцев. Но с подобными отступлениями трансатлантический консенсус между американцами и европейцами в отношение несодействия российской военной модернизации будет сохраняться и дальше.


Реализация Минских соглашений сама по себе, по мысли Чэрэпа, не может обеспечить устойчивого и стабильного базиса для отношений Запада с Россией. С его точки зрения, требуется фундаментальное соглашение о стабильности и правилах геополитического соперничества. Однако вместо сделки по модели Ялты России будет предложен процесс переговоров по разным проблемам с несколькими соглашениями в итоге. Этот процесс уже начался переговорами по зоне свободной торговли Украины между ЕС и Россией. В результате переговорного процесса будет достигнуто соглашение ЕС и ЕАЭС о свободной торговле, в результате которого Украина останется в режиме свободной торговли одновременно с обеими блоками. Затем эта модель будет применена к Грузии и Молдове. Чэрэп прогнозирует, что к концу 2017 года будет достигнуто рамочное соглашение о свободной торговле между ЕС и ЕАЭС. Оно не будет столь всеобъемлющим, как Североамериканское соглашение о свободной торговле или Транс-Тихоокеанское партнерство США, но оно согласует некоторые чувствительные тарифные линии и правила.


По политической линии к концу 2016 года возобновится работа совета Россия-НАТО. Непосредственной задачей его работы станет согласование мер против воздушных и морских пограничных инцидентов. К середине 2017 года будут завершены переговоры по комплексному пакету мер безопасности от пограничных инцидентов. О военных полетах в пограничной зоне потребуется заблаговременное предупреждение. Кроме того, Соединенные Штаты и Россия начнут переговоры о военном присутствии в регионах Прибалтики и Черного моря и о тяжелых вооружениях НАТО в Восточной и Центральной Европе. Будет определен особый режим для развертывания вооружений в странах Прибалтики, Калининградской области РФ, части Польши в двухсоткилометровой пограничной полосе РФ на границах с Латвией и Эстонией.


Важный для обеих сторон Договор о ракетах средней и малой дальности будет фактически подтвержден в 2017 году.
В итоге, как полагает Чэрэп, будет достигнут новый уровень региональной стабильности, поскольку ни одна из сторон не захочет повторения конфронтации по модели Украины. Интенсивность конфликта значительно уменьшится. Мечта о единой евроатлантической Европе от Лиссабона до Владивостока возродится в Москве.

Однако крупные двусторонние вопросы к стратегической стабильности отнюдь не исчезнут. Россия, по-прежнему, будет обеспокоена технологическими достижениями США в военной области. Особенно в таких сферах, как кибервойна, быстрый глобальный удар обычными вооружениями, противоракетная оборона и повышение точности попадания существующих стратегических ядерных боеголовок. Геополитическая конкуренция между двумя странами, по-прежнему, останется на высоком уровне, больше, чем до кризиса на Украине, но ниже, чем в ходе этого кризиса. Обе стороны продолжат работать из предположений о худших намерениях друг друга. Кремль будет опасаться, что Вашингтон стремится к смене режима в России. Соединенные Штаты будут опасаться российского вторжения в соседние страны.


Для двухсторонних российско-американских отношений в итоге будет характерно: отсутствие стремления к подлинному стратегическому партнерству, сильные региональные разногласия, состязательность в военной и разведывательной сферах, отсутствие экономического балансира — такого как есть в торговых отношениях США и Китая, тактического взаимодействия в решении отдельных проблем и кризисов.
Оранжевой революции в России не будет, но для возобновления легитимности Кремль должен будет предпринять «скромные реформы» для совершенствования управления.


Сценарий второй: «Расколотый альянс» (авт. Николас Гвоздев). Этот сценарий рассматривает возможность кризиса трансатлантического единства, раскол среди европейских союзников США по проблеме отношений к России.

Автор сценария указывает, что статус-кво на Украине на протяжении 2016 года напоминает ситуацию с Грузией после войны 2008 года. Военный конфликт в регионе Донбасса продолжает «замерзать» без дальнейших крупных военных столкновений. Европейские правительства адаптируются к разделенной Украине, хотя европейцы, по-прежнему, глубоко подозрительно смотрят на Москву. Многие европейские правительства увидят в прекращении огня и начале политического процесса на Украине достаточное основание для медленного возобновления связей с Россией, несмотря на то, что Крым, Донецк и Луганск останутся вне рамок государственного контроля Украины. «Усталость» от Украины — ключевой фактор этого процесса. Многие европейцы в своих правительствах разочарованы в украинских политических и экономических элитах. Для преобразования Украины выделяются все более скудные финансовые ресурсы. Европейские лидеры бизнеса и общественность придут к выводу, что выведение Украины из российской сферы влияния и «восстановление» ее по европейскому образцу слишком дороги и не нужны. Нейтральная Украина, служащая в качестве буфера между ЕС и Россией, удовлетворит большинство стран ЕС. Уменьшение солидарности в ЕС в ответ на призывы к «перераспределению» мигрантов и беженцев получит оборотную сторону в виде отказа от солидарности в борьбе с Россией.


Эти настроения способствуют росту усталости от политики расширения Евросоюза, которая в 2016 и 2017 году отразится на характере продвижения ЕС на постсоветское пространство. Лидеры ЕС взвесят возможность широкого диалога с продвигаемым Россией Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) в качестве основы для достижения прочного урегулирования на Украине и для восстановления стабильности вдоль восточных границ Европы. Многие европейцы вернутся к широко распространенному мнению в Европе до 2000 года, что бывшие советские границы должны стать пределом на востоке для ЕС.


Подобные настроения в Европе значительно усложнят внешнюю политику США. Сами Соединенные Штаты сосредоточат свое внимание на Азиатско-Тихоокеанском регионе. Соединенные Штаты сочтут более трудной задачу сформировать дееспособную коалицию для компенсации российского преобладания в Евразии. Одновременно правительства стран Центральной Азии смотрят более пристально на стремление Китая увеличить свое влияние в регионе. А правительства стран Закавказья убедятся в том, что США и ЕС не желают предлагать им значимые гарантии безопасности или финансовой помощи. В результате на всей территории постсоветского пространства руководители постсоветских государств, при поддержке открытых линий связи с Вашингтоном, выразят большее нежелание делать что-либо во вред Кремля. Сами Соединенные Штаты поддержат Украину далее риторически, не предлагая при этом много практической помощи.


Москва, в свою очередь, погасит свою военную кампанию «раздражения» против европейских стран и остановит провокационные пограничные акции. В Европе Россия продолжает строить новый политический вес через связи с «новыми левыми» и «новыми правыми». Новые политические движения в странах ЕС настроены более скептически к Европейскому союзу и смотрят с подозрением на призывы к «солидарности». Они обеспокоены господством американской глобальной системы. Эти движения подрывают в ЕС «хрупкий консенсус» по отношению к политике в адрес России и будут подрывать его дальше.


В начале 2017 года Меркель станет смотреть в сторону следующих выборов в Германии. Тон Берлина в адрес российской политики смягчится. Другие ключевые европейские страны также не будут готовы уделять больше внимания сдерживанию России, особенно Великобритания, чьи политики и избиратели в подавляющем большинстве будут сосредоточены на отношениях своей страны с растущим неблагополучием в ЕС.
Как и Европейский союз, НАТО также сталкивается с внутренними противоречиями и национальными заботами, которые блокируют попытки сформулировать четкий план действий по отношению к России. Альянс примет сугубо оборонительную позицию, сторонясь разговоров о дальнейшем расширении. Некоторые союзники по НАТО станут открыто критиковать то, что они называют «провокационными действиями» в отношении России.

Пережив десятилетия в качестве центрального фронта в холодной войне, европейцы весьма неохотно последуют в другую холодную войну с Россией.
Помимо этого, многие европейские члены НАТО не в состоянии выполнять обязательства по расходам на оборону. Эти внутренние противоречия создают пространство для российского маневра, а также ограничивают свободу действий США по отношению к России и глобальным проблемам безопасности.
В 2016 году европейские лидеры применят большее давление на Киев, чтобы тот выполнял Минский процесс в обсуждении его мер с лидерами сепаратистов в Донецке и Луганске.


В Европе и США признают, что западные санкции отрицательно влияют на Россию. Но одновременно утверждается, что Кремль имеет достаточные резервы, чтобы финансировать свои бюджеты на протяжении 2016 и 2017 годов. Правительство России сможет успешно перемещаться между инфляцией и слабым рублем, чтобы поддерживать экспорт. В результате российская экономика остается под напряжением, но не разрушается. После кризиса беженцев многие европейские правительства пересмотрели разрушение российской экономики, как цель своей политики.


Прогресс в реализации Минских соглашений затруднит продолжение политики сохранения полного арсенала санкций. К середине 2016 года европейцы придут к частичному снятию санкций, в том числе к отказу от отраслевых санкций в отношении финансирования и передачи технологий.
Низкие мировые цены на энергоносители замедлят американские усилия по экспорту природного газа в Европу и сдерживают проекты нетрадиционного развития энергетики в странах Центральной Европы.


Конец некоторых санкций на уровне ЕС в отношении России заставит американских политиков задаться вопросом: может ли Америка рисковать своими коммерческими связями с Европой или поставить под угрозу формирующееся трансатлантическое партнерство? В итоге молчаливое согласие США на отказ Европы от санкций подорвет американские усилия по поддержанию широкого коалиционного давления на Кремль.
Кроме того, США весьма чувствительны к действиям других своих союзников по отношению к России. В частности, Япония стремится заполучить Россию в качестве партнера, чтобы сбалансировать Китай.


К началу 2017 года ослабление европейских санкций и усиление японо-российских экономических отношений окажут значительное давление американского бизнес-сообщества на правительство США для ослабления ограничений на отношения с Россией.


Несмотря на более сложные отношения США с НАТО и ЕС, улучшение отношений ЕС и России имеет одну важную выгоду для Соединенных Штатов: оно работает против возможного альянса Москвы и Пекина. В результате раскола в ЕС и восстановления сотрудничества с Европой Москва начнет пересматривать политику передачи некоторых чувствительных военных технологий Китаю.


Новая президентская администрация США в 2017 году вынуждена будет определить внешнеполитические приоритеты США. Вашингтон должен будет сосредоточиться либо на Москве, либо на Пекине. Состояние военного бюджета не позволяет США одновременно работать против двух своих противников — КНР и России. Будет выбрана более сложная стратегия нажима и взимодействия.


Сценарий третий: «Непреходящее противостояние» (авт. Мэтью Рожански). Этот сценарий рассматривает ухудшение отношений, ведущее к долгосрочной конфронтации без решающего военного конфликта между РФ и США.


К началу 2016 года стало ясно, что рамочные соглашения в Минске не имеют никаких шансов на полное осуществление. Ситуация на Донбассе фактически переходит в состояние самого крупного замороженного конфликта на постсоветском пространстве. Но относительная стабилизация конфликта на Донбассе не приносит обновления стабильности или нормализации отношений между Востоком и Западом. Вместо этого, замороженный конфликт на Донбассе определяет растущие тенденции к холодной войне и конфронтации на геополитическом уровне. Огромные размеры и политическая заметность Донбасса, как замороженного конфликта XXI века, гарантируют то, что отношения между Россией и Западом будут страдать от углубления враждебности и недоверия.


Обе стороны предрасположены продолжать конфронтацию и взаимно изолирующую политику не только на и вокруг Украины, но и в других региональных и глобальных конфликтных точках. Конфликт на Украине, таким образом, отмечает прочный и отрицательный сдвиг в отношениях России и Запада.
Обе стороны конфликта на Украине, и «сепаратисты», и «украинцы» переориентировали свою политику к состоянию постоянной войны, так что в настоящее время невозможно осуществить демилитаризацию конфликта. Военный аспект конфликта вводит постоянный элемент неопределенности.
Стороны не смогут договориться о допуске международных миротворцев в зону конфликта, так что конфликтующие силы останутся в опасном непосредственном контакте друг с другом.


Хотя сам конфликт на Донбассе не выходит за пределы границ двух областей, спорадические случаи насилия продолжаются в других регионах Украины, уязвимых для российского и сепаратистского влияний.


А пока Украина находится в плачевном состоянии, а ее население в целом отказывается от предыдущего энтузиазма в отношении революционных перемен. Результаты региональных выборов октября 2015 года не были благоприятными, как для президента Украины, так и для премьер-министра. К концу 2016 года президент Порошенко признает, что он не может игнорировать далее растущее недовольство в стране. Президент примет меры для укрепления своего контроля над национальным правительством. Самым большим символическим жестом станет удаление премьер-министра Арсения Яценюка. Премьером станет министр финансов и бывший американский дипломат Наталья Яресько. Бывший президент Грузии и новый губернатор Одессы Михаил Саакашвили все чаще рассматривается в качестве одного из ключевых союзников Порошенко. Саакашвили является архитектором сложной стратегии, направленной на согласование либеральных реформ с железной рукой внутренней безопасности и концентрации исполнительной власти. Возможно, наиболее опасным фактором в украинском обществе после 2015 года станет повсеместное распространение оружия и существование «непонятных» вооруженных групп. Крым останется серьезным больным местом в отношениях Украины и России.


Основным драйвером возвращения Украины к росту и относительной стабилизации в 2017 году и за его пределами остается МВФ и западная государственная помощь для предотвращения долгового кризиса. Вступившая в силу с начала января 2016 года «Углубленная и всеобъемлющая зона свободной торговли» (DCFTA) Украины с ЕС означает значительную переориентацию украинской экономики от своего традиционного российского и евразийского рынков. Однако быстрого прогресса здесь ждать не следует.


Перспективы экономического роста определятся вновь для России в конце 2016 года и в 2017 году во многом благодаря небольшому увеличению глобальных энергетических и сырьевых цен, что обусловлено азиатским экономическим ростом, переориентацией российского сырьевого экспорта и преимуществами от девальвации рубля.


Несмотря на плохие макроэкономические показатели, Кремль в 2016 году продолжит поддержание плановых военных расходов. Москва откажется от перехода на полностью контрактную армию. Увеличение до полутора лет службы призывников позволит России создать дополнительные воинские контингенты для одновременного прикрытия направлений Украины, Кавказа, Средней Азии и Арктики. На фоне возобновления напряженности Россия-НАТО из-за кризиса на Украине Россия продолжит свою военную программу модернизации. Облеты границ западных стран российскими стратегическими бомбардировщиками продолжатся. В итоге Россия сохраняет значительные возможности проецирования силы.
Хотя война с НАТО на уровне риторики продолжится, а милитаризация европейского фронта увеличится, основные заботы безопасности Кремля будут обращены на юг. Речь идет о регионе Кавказа и Средней Азии. Россия увеличит свое военное участие в Средней Азии при помощи Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и двусторонних соглашений с правительствами стран Средней Азии. Местные элиты разделяют озабоченность положением в сфере неконтролируемой безопасности в Афганистане после вывода оттуда американских войск и сил НАТО.
Несмотря на негативные долгосрочные показатели снижения роста экономики и населения, Россия не создает впечатления снижения мощи. Президент Путин по-прежнему очень популярен. Путин поддерживает высокий общественный статус как в России, так и на международной арене. Общественные протесты иногда происходят, но они немногочисленны и редки. Путин продолжает играть в единственного лидера. Ему нет ни одного заслуживающего доверия соперника.


Благодаря относительно здоровой экономике, президентская первичная и общая кампания в США примет более внешнеполитический крен. Но при этом американцы будут полагать, что и Россия, и США имеют достаточно стимулов, чтобы избежать эскалации вооруженного конфликта.
Без углубления конфликта на Украине ни уходящая администрация Обамы, ни новая президентская администрация 2017 года не сможет оправдать ужесточение санкций США против России. В целом, санкции по разным оценкам обойдутся США не более чем в несколько миллиардов долларов потерь в двусторонней торговле с Россией, хотя американские энергетические компании недовольны и крайне подозрительны к тому, что они называют недальновидной политикой, которая будет идти только на пользу их европейским и китайским конкурентам.
На широкой мировой арене становится ясно, что эпоха после окончания «холодной войны» в американо-российском сотрудничестве по глобальной безопасности пришла к концу в 2015 году. И Россия, и Соединенные Штаты остаются значительными игроками в конфликтах на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и по другим вопросам, но они перестали координировать или даже обсуждать общие интересы. Каждый преследует свои интересы. Особенно это опасно в Сирии, где все усилия направлены на многосторонний мирный процесс. Сирия и более широкие противоречия в отношениях между США и Россией пускают под откос надежды на эпоху радикальных американских и российских ядерных сокращений, а также сотрудничество в области нераспространения. Согласование глобальных усилий по контролю за делящимися материалами будет находиться в глубокой заморозке к середине 2016 года. Последний договор СНВ останется в силе, но рассматривается как достижение ушедшей эпохи сотрудничества. Между двумя сторонами нет доверия в контроле над вооружениями.


Главным бенефициаром холодной атмосферы отношений с Россией станет Министерство обороны США, которое находит готовую поддержку для своих бюджетных заявок в Конгрессе. Тем не менее, увеличение военных расходов не является адекватным по размерам для одновременных усилий, чтобы в военном отношении одновременно сбалансировать и Россию, и Китай, умиротворить Ближний Восток.
Хотя и в уходящей администрации Обамы и будущего нового президента США будут говорить о необходимости способствовать дипломатическому урегулированию давних региональных конфликтов, враждующие стороны в Москве и Вашингтоне сами признают новую конфликтную динамику между США и Россией.


Отношения между Европой и Россией по-прежнему страдают не только от негативного статус-кво на Украине, но и от неубедительных перспектив экономического развития России, которые ограничивают стимулы компаний ЕС настаивать на восстановлении нормальных торговых связей. В результате продолжающегося ухудшения американо-российских отношений идет фактическое сдерживание ЕС от полновесного сотрудничества с Москвой на политическом уровне.


Санкции ЕС в 2016 году будут дважды продлены. Списки подснакционных российских физических и юридических лиц могут быть обновлены в соответствии с более динамичным подходом США к санкциям. Каких-либо существенных уступок России не будет сделано без «прогресса» на Украине.
Вступление в силу соглашения о Зоне свободной торговли ЕС с Украиной в 2016 году откроет только очень ограниченный рост и постепенные инвестиции европейских фирм на Украину. Тем не менее, объемы торговли увеличатся, а чувство многих европейцев, что Украина, по сути, является европейской страной, укрепится.


В связи с конфликтом на Украине европейские государства более чем когда-либо убеждены, что они должны держаться своего союзника — США. НАТО вновь стало для всех европейских государств доминирующим инструментом коллективной безопасности и стабильности, а общая политика безопасности и внешняя политика ЕС переориентировались на решение таких проблем, как миграция, борьба с терроризмом. Границы России со странами ЕС, такими как Польша и страны Прибалтики, все больше милитаризуются, хотя торговля и путешествия между Россией и ЕС продолжаются. Одним из наиболее значительных событий в отношениях России и ЕС стал ускоряющийся поток российской эмиграции в Европу, «утечки умов» и бегства капитала в 2014–2016 годах.
Общая напряженность усугу

бляется усилиями Кремля по использованию обширной российской диаспоры в Европе для вмешательства в европейскую политику.


В период кризиса на Украине и ухудшения отношений России с Западом, Москва обратилась к Пекину за политическим, экономическим и стратегическим партнерством. Но Китай из-за своих торговых отношений с США и Европой по-прежнему опасается открыто встать на сторону России. Китай использует продолжающееся развитие евразийских институтов для признания и одобрения новой китайской региональной и глобальной руководящей роли. Не имея других значимых международных партнеров, Москва к своему несчастью признает расширение влияния Китая в Средней Азии, несмотря на то, что это представляет долгосрочную угрозу роли России в регионе.
В то время как Россия рассматривает торговлю энергоресурсами с Пекином и китайские инвестиции в инфраструктуру в качестве приоритетных, она не смотрит более приветливо на политическое и социальное влияние Китая точно так, как в своих отношениях с Западом. Сам Китай признал, что Россия будет доминирующим политическим игроком в области безопасности в регионе Средней Азии. Но при этом Пекин имеет хорошие двусторонние отношения с каждым из правительств стран Средней Азии. Аналогично Россия признает растущее экономическое превосходство Китая в регионе.
Таким образом, провал Минских соглашений станет последней каплей в отношениях между Россией и Западом, которые шли от разочарованных ожиданий и стратегического дрейфа на протяжении всего периода после холодной войны. Ни одна из сторон в геополитическом споре за Украину не реализует свои амбициозные видения региональной экономической интеграции, разработанные в предыдущее десятилетие. Но, несмотря на враждебную риторику, ни одна из сторон — ни США, ни Россия не будут проводить активную конфронтацию. В итоге подобного сценария к концу этого десятилетия станет ясно, что Китай является главным победителем в конфликте на Украине и выгодополучателем от ухудшения отношений между Россией и Западом.

 

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS