Мнения
«Генерал! Весь в бабушку!»: армия всегда будет первым приоритетом, больше никаких пацифистских иллюзий - Порошенко (ВИДЕО) | Продолжение проекта "Русская Весна"

«Генерал! Весь в бабушку!»: армия всегда будет первым приоритетом, больше никаких пацифистских иллюзий - Порошенко (ВИДЕО)

«Сильное государство невозможно без сильной армии, и мы очень хорошо усвоили этот урок», — отметил президент.

Армия всегда будет первым приоритетом, больше никаких пацифистских иллюзий. Об этом в ходе «Урока мужества» с киевскими лицеистами и курсантами, который транслировал телеканал «112 Украина», заявил президент Украины Петр Порошенко.

«Сильное государство невозможно без сильной армии, и мы очень хорошо усвоили этот урок. Я здесь, чтобы дать вам, нашим детям и внукам абсолютно четкую гарантию, армия всегда будет первым приоритетом украинского президента. Больше никаких пацифистских иллюзий», — заявил Порошенко.

Напомним, 29 января 1918 г. на железнодорожной станции Круты, в 130 км к северо-востоку от Киева, произошел бой между отрядами большевиков Михаила Муравьева и отрядом из киевских студентов и бойцов свободного казачества, которые беспорядочно отступили, пытаясь догнать убегающий собственный поезд со штабом и припасами.

Как писал исследователь «Боя под Крутами», убитый националистами украинский журналист Олесь Бузина: «Автор первых мемуаров о Крутах, опубликованных еще в 1918 году, — студент Университета св. Владимира Иван Шарый — нарисовал совсем другую картину. В статье «Січовики під Крутами» он писал: «Штаб, як тільки почали рватися ворожі шрапнелі, переполохався, переніс канцелярію з вокзалу у вагон і з усім ешелоном утік верстов на 6 від Крут, зоставивши керувати битвою офіцера Гончаренка, який весь час стояв у тилу і, певно, с переляку абсолютно не знав, що йому робити… Тікаючи, штаб захопив і вагони з патронами та набоями до гармат, що добило нашу справу під Крутами. З позиції раз за разом передають, щоб дали патронів, а тут огляділись — нема вагонів з патронами. Тоді офіцер Гончаренко кида битву і біжить сам з голими руками за патронами навздогінці штабові. Пробіг версти дві, побачив — далеко, і вернувся назад. Нарешті козаки з правого крила, примітивши недостачу патронів, а також те, що ешелони поїхали геть на другу станцію, почали одступати. Власне, одступати звелів і командир, але цей наказ був пізно переданий січовикам (то есть, Студенческому куреню сечевых стрелков, который лежал слева от железнодорожной насыпи. — Авт.) и вони бились до того часу, коли вже з правого крила станція була зайнята більшовиками… Битва була програна».

Если отбросить патетику, то главной причиной проигранного боя стало банальное бегство штабного поезда вместе с патронами. На это намекает и Гончаренко: «Тут би дуже придався штаб сотника Тимченка, що мав тепер у себе активних бійців»… Увы, не «придався» — дал деру. Остальное довершила плохая организация связи украинских войск, которая не позволила им даже нормально выйти из боя. Кадровый офицер Гончаренко мог переговариваться по станционному телефону со своим противником Муравьевым по другую линию фронта. Но никто в украинском отряде, растянутом по фронту на 3 км и разделенном насыпью, не позволявшей левому флангу видеть правый, не догадался прихватить полевые телефоны, которые обеспечили бы мгновенную передачу приказов.

К примеру, для связи со студенческой сотней, по словам Гончаренко, были назначены три студента. В результате приказ об отходе, переданный устно, перепутали. Левый фланг, где были студенты, вместо того чтобы отступать, перешел в атаку. Во время нее погиб командир студенческой сотни Омельченко. Это, по словам участника боя Игоря Лоського, только «збільшило загальне безладдя».

Между тем Гончаренко мог бы и позаботиться о телефонах. Еще по штату 1910 года в каждом русском полку полагалась команда связи, в которую входил 21 телефонист. Гончаренко служил офицером с 1912 года, два первых года Мировой войны провел на фронте, дослужился до командира батальона. Но приказы предпочитал посылать, как во времена Наполеона, — с помощью обычных ординарцев. А его старшие товарищи, сбежавшие в поезде, увы, были не предусмотрительнее чем он.

В результате беспорядочного отступления один студенческий взвод с перепугу забежал на станцию Круты, уже занятую большевиками, и был переколот штыками. Именно в этом взводе служил племянник министра иностранных дел Шульгина. Левко Лукасевич вспоминал, что пулеметы «майже не працювали із-за браку амуніції». «Амуніція», по украинской военной терминологии, это те самые боеприпасы, которые увез сбежавший штаб. Несколько километров отступления показались Лукасевичу «вечностью»: «Десь біля п’ятої години вечора купка відступивших і врятованих поранених, згідно з наказом старшин, сіла до потягу… Рештки нашого куреня вже не уявляли жодної сили з військового погляду».

Читайте также
Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS