Андрей Полевой: крымская линейка для измерения дистанции от народа | Продолжение проекта "Русская Весна"

Андрей Полевой: крымская линейка для измерения дистанции от народа

Как известно, 16 и 18 марта вся Россия — и, в особенности, Крым — вспоминали события двухлетней давности. Когда 23 года находившийся под украинской юрисдикцией полуостров ужаснулся очередным бурным событиям в политической жизни Киева, чаша его терпения переполнилась, и население приняло решение определять в дальнейшем свою судьбу самостоятельно. Категорически отмежевавшись от победившего на Украине нацизма — пусть даже ради этого выбора пришлось бы воевать, не говоря о менее глобальных рисках.

Закончилось, впрочем, всё благополучно — 16 марта 2014 года состоялся всенародный референдум о будущем Крыма, и по его итогам 18 марта в России появились два новых субъекта — Республика Крым и город федерального значения Севастополь.

Как правило, это событие всеми русскими людьми воспринимается положительно — хотя масштабы этой радости бывают разными, что зависит от индивидуального темперамента.

Русский народ, до сих пор остающийся самым разделённым народом в мире, стал более цельным, более двух миллионов соотечественников вернулись домой, попутно «закрыв» длящуюся четверть века дилемму «крымского вопроса» и идентичности населения. Вопроса, который, несмотря на лояльное отношение России к Украине, постоянно присутствовал в подсознании — слишком уж очевидной была дисгармония сложившегося порядка вещей, нет-нет да и находившая выход в кинорепликах и вспышках общественного недовольства крымчан.

Но, разумеется, существуют те, кто придерживается другой точки зрения. Она была достаточно выпукло продемонстрирована в передачах «Эха Москвы». Где своими соображениями поделился депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга от фракции «Яблоко» Борис Вишневский, мэтр альтернативной точки зрения на российские и общемировые реалии Николай Сванидзе и другие персоны.

И, честное слово, стоит уделить ей пару минут.

Душевного подъёма большинства россиян либеральное меньшинство искренне не понимает.

«Что праздновали?» — вопрошает депутат Вишневский. «То, что у соседа (которого до сих пор лицемерно называют „братским народом“), пользуясь его слабостью, „отжали“ часть территории? То, что сделало Россию (цитирую Григория Явлинского) страной с нулевой репутацией и не признанными на международном уровне границами? То, что привело к введению санкций и колоссальному ущербу для уровня жизни граждан России?».

Ссылаться на экспертное мнение Явлинского — это само по себе интересно. Правда, вряд ли депутат Вишневский и даже сам гуру Явлинский смогут объяснить — чем воссоединение Крыма сделало международную атмосферу для России хуже, чем раньше. Те государства, которые могут считаться нашими партнёрами, имеющими общие интересы, и даже друзьями — хотя это слово в realpolitik малоприменимо — партнёрами и остались. Те страны, блоки и альянсы, которые проводили системную антироссийскую политику — придерживались бы этой линии хоть с Крымом, хоть без.

Что до санкций — любому знакомому с историей санкций человеку очевидно: Крым — это лишь повод. Если против вас хотят вести экономическую войну (которую для приличия называют «ввод санкций»), то поводом для неё может быть что угодно. Не Крым, так права геев. На что хватит фантазии.

звестная поправка Джексона-Вэника, предлогом для которой был запрет на эмиграцию из СССР, после распада Союза была тут же заменена пакетом других санкций.

Чтобы не тонуть в аргументах, можно сразу резюмировать — у России есть ровно одна возможность избавиться от санкций и давления: самоликвидация.
Забавно, что депутат Вишневский вообще игнорирует соображения самих крымчан. Как бы депутату Вишневскому и другим не казалось, но Крым «отжался» от Украины сам, по собственной воле. Государственный переворот в Киеве зимой 2014 года лишь переполнил чашу терпения и создал условия для реализации того, что существовало с момента распада СССР.

Депутату Вишневскому в его печали о воссоединении Крыма вторят Николай Сванидзе и Ксения Ларина. В своей беседе на передаче «Особое мнение» 18 марта они приходят к схожим выводам: в Крым «никто не мешал ездить все годы, пока он был украинским», а его воссоединение доставляет Николаю Сванидзе много неудобств. При этом выгода от возвращения Крыма есть только у Владимира Путина, у которого подрос рейтинг.

Тот очевидный момент, что если одобрение действий Президента растёт — то, стало быть, он делает то, что соответствует ожиданиям граждан — от уважаемых экспертов «Эха» почему то ускользает. И если воссоединение Крыма вызвало очередной рост рейтинга — то именно потому, что это событие соответствовало внутренним настроениям россиян, устраняя ту самую дисгармонию, о которой говорилось выше.

Ценность Крыма в глазах либеральной части общества проста — «возможность туда ездить». А раз можно было делать это и при Украине, то, стало быть, разницы от воссоединения Крыма никакой, одно горе.

«Не было бы этой изоляции очень серьезной от развитой части мира. Соответственно можно было инвестиции перехватить и так далее. Прилавки были бы другие, — получше, цены были бы другие — пониже. Это все было бы. Путин был бы членом „восьмерки“. Не было бы боевых действий на Украине. Не было бы этого всего. Не было бы Донбасса» — выражает свою печаль Сванидзе.

Прилавки и «восьмёрка». При этом флот США уже осенью 2013 года, за несколько месяцев до госпереворота в Киеве, объявлял тендер на строительство для себя инфраструктурных объектов в Севастополе, а нацисты на Майдане прямо анонсировали геноцид в Крыму. Что вполне логично — для передачи США территорию разумно зачистить от нелояльного населения, каждый год срывающего совместные с американцами учения на территории полуострова.

Все последующие события наглядно показали, что «было бы» в гипотетическом случае отказа Крыма от сопротивления, а руководства России — от поддержки его воссоединения. Для этого не нужно быть сильным прогнозистом — достаточно оценить то, что происходит на территории Украины сейчас, где уже законодательно запретили всё русское, вплотную подобравшись запретами к самому слову «Россия».

Крым и Севастополь всегда вызывали особую ненависть украинских националистов, подсознательно чуявших, что там — живут другие. И, когда нацисты дорвались до власти, особенно бы тяжело пришлось Севастополю, который есть русский город, от домов и улиц до православных святынь и крепостей. Неважно, советского русского, имперского или древнерусского.

Примерно та же логика работает и в случае Донбасса. А отказ от своего Крыма, заявившего о желании вернуться, привёл бы к классической ситуации, описанной Черчиллем, о выборе между войной и бесчестием. Можно было бы проигнорировать волю двух миллионов соотечественников в Крыму — в результате, Россия бы получила полноценную базу США в Севастополе, направленную на ЮФО, существенное ухудшение своих военных и политических позиций, не говоря о катастрофическом падении доверия населения к власти. И на её границах возникло бы две зоны конфликта, а не одна.

Переходя на любимую тему прилавков и их ассортимента — вообще трудно представить, во что бы России обошлось купирование новой реальности. Достаточно прикинуть затраты на обустройство базы ВМФ в Новороссийске и выстраивание заслона от кораблей НАТО в Крыму. Не говоря о возможности реализации разных инфраструктурных проектов и поддержания статуса государства, способного справляться с вызовами.

Может быть, эксперты «Эха» этих очевидных вещей не понимают. Может быть — намеренно не говорят о них. К счастью, по их собственному признанию, они представляют не более 5% населения. Ну, а остальных 95% граждан России — хочется искренне поздравить с тем, что нам всем удалось выкрутиться из крайне непростой ситуации. И даже с существенным прибытком — возвращением исторической территории и двух миллионов соотечественников.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS