Военные эксперты предупреждают об угрозе возрождения военной мощи ИГИЛ | Продолжение проекта "Русская Весна"

Военные эксперты предупреждают об угрозе возрождения военной мощи ИГИЛ

Вывод группировки Воздушно-космических сил (ВКС) из Сирии продолжает активно обсуждать экспертное сообщество. Этому факту важно дать максимально взвешенную оценку, полагает член-корреспондент РАРАН, доктор военных наук Константин Сивков, передает ТАСС.

.
Что достигнуто в результате почти полугодовых совместных действий российских ВКС и сирийской армии? По официальным данным, освобождено 8,3% площади, занимаемой запрещенным в России «Исламским государством» (ИГ) и другими террористическими группировками. Но ключевые сирийские города, освобождение которых считалось первоочередной задачей, остались у противника, в частности, Идлиб.

И это при том, что взятие этого города позволило бы разгромить в дальнейшем всю северо-западную группировку террористов. Осталась в их руках и Ракка. Не освобожден до конца Алеппо. Не удалось перерезать коммуникации, по которым идет снабжение террористов из Турции.

То есть единственная задача, которую удалось решить полностью, — спасение законной власти в Сирии от краха. Это огромный политико-стратегический успех. Однако он не окончательный. Враг не разбит, а только оттеснен и имеет мощнейшую поддержку как минимум монархий Персидского залива. Да и США с их союзниками по антиигиловской коалиции не рвутся окончательно покончить с этим злом, скорее преследуя цель взять его под контроль, чем разгромить. Поэтому возрождение военной мощи ИГ — вопрос времени, причем относительно короткого.

Достичь решающего превосходства сирийской армии даже при поддержке российской группировкой ВКС над вооруженными формированиями ИГ и других террористических образований пока не удалось. В последнее время суточное продвижение правительственных войск весьма незначительно — на отдельных направлениях в лучшем случае 1,5–2 км. Боевики порой переходили в контрнаступление.

Задача изоляции алеппской группировки противника от Турции не решена. После кратковременного успеха сирийской армии противник смог восстановить положение. А это означает, что значительное сокращение активности российских ВКС в Сирии приведет к паритету потенциалов между правительственными войсками и террористами, а в худшем случае последние получат пусть и незначительное, но превосходство.

Важен и психологический эффект от объявленного решения на фронтах. Даже несмотря на интенсивную политическую работу в правительственной армии, ее морально-волевой потенциал будет скорее всего ослаблен. В противовес этому агитаторы террористов объяснят, что именно ИГ «выгнало» Россию из Сирии. Уже раздаются голоса, что Россия уходит из- за бандитских ПЗРК, из которых был сбит сирийский МиГ-21. Итогом может стать обретение противником морально- психологического перевеса, что неизбежно приведет к фатальному для Дамаска исходу.

Решение о начале военной операции России в Сирии запоздало. Режим Башара Асада находился в тот момент уже на грани крушения. Начни Россия оказывать более масштабную, чем осуществлялась, помощь — поставками боевой техники и боеприпасов, военными специалистами годом-полутора ранее, никакая катастрофа Дамаску не грозила бы.

И если уж было принято решение о военном вмешательстве, то привлекаемых для этого сил должно хватить, чтобы обеспечить решающий перелом в ходе боевых действий. В Сирии с обеих сторон действовали группировки, соответствующие по численности объединениям оперативно-стратегического масштаба. Поэтому ввод в бой по сути дела полкового российского контингента, пусть и великолепно подготовленного, радикально изменить соотношение сил не мог в принципе.

Однако катастрофу, связанную с падением режима Башара Асада, удалось предотвратить. Но обеспечить победу над ИГ и другими террористами такими силами явно невозможно. Для достижения победы численность российской авиационной группировки в Сирии, по оценкам некоторых экспертов, следовало бы нарастить до 120–150 боевых самолетов и 50–60 вертолетов.

Что помешало это сделать — остается только гадать. Вероятно, сказались давление Запада, ограниченные возможности транзита в Сирию материально-технических средств, необходимых для обеспечения деятельности российской группировки, недостаток подготовленных пилотов. Авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» так и не принял участия в боевых действиях в Сирии. Судя по всему, главная причина как раз в кадрах палубных летчиков.

Если руководство России приняло решение не привлекать для участия в боевых действиях собственные сухопутные войска, то необходимо было создать достаточно мощную для решительного наступления группировку сирийских войск численностью 50–60 тысяч человек. Этих сил с учетом нескольких десятков тысяч бойцов курдского ополчения и Хезболлы вполне было бы достаточно для разгрома ИГ и других противников законного правительства Сирии.

Но правительственным войска мешают недостаточный уровень подготовки командного состава, слабое взаимодействие, особенно между ВС Сирии и другими формированиями, а также острый дефицит оружия, боеприпасов и ГСМ для боевой техники. Поставки ВиВТ в достаточном для ведения интенсивных крупномасштабных наступательных операций количестве, полноценная помощь в организации боевых действий позволили бы обеспечить разгром ИГ и других террористических организаций в короткий срок.


Никто не мешал содействовать отправке в Сирию российских добровольцев, которых при надлежащей поддержке государства могло бы найтись несколько десятков тысяч человек, считает Константин Сивков. Этого было бы вполне достаточно, чтобы ощутимо повлиять на ход войны.

Надо признать, что сирийская армия сегодня не готова в полной мере к самостоятельным успешным наступательным действиям против ИГ и других террористических группировок. Исходя из этого с учетом имеющихся ограничений на наращивание российской группировки, вероятно, было бы целесообразным оставить российские войска в Сирии до момента, пока правительственная армия не обретет потенциал, позволяющий проводить успешные наступательные действия.

Есть мнение, что после примирения с «умеренной» и даже «патриотической» вооруженной оппозицией врагов у сирийской армии поубавилось и она может, сосредоточившись против террористов, обрести требуемый перевес в силах. Однако если сопоставить потенциал джихадистов и «умеренных», выигрыш от такого сокращения врагов невелик. Исламисты в пять-шесть раз превосходят по численности «умеренных». Значительно выше у них и идейные стимулы, выучка личного и командного состава. К тому же с объявлением перемирия многие боевики- исламисты начали диффундировать в ряды «умеренных», превращая последних в радикальных противников законной власти.

Да и сами «сложившие оружие», получив передышку и уверенность, что их не будет бомбить российская авиация, возможно, даже по рекомендации западных и восточных покровителей могут спокойно разорвать договоренности. Так что уповать на них особо не стоит. Два предыдущих перемирия в Сирии, воспрепятствовавших полному разгрому террористов, и привели к той катастрофической ситуации, которую пришлось исправлять российским Воздушно-космическим силам.

В заключение оценим последствия принятого решения для России. Совершенно очевидно, полагает Константин Сивков, что они будут целиком и полностью определяться развитием ситуации в Сирии. Вариантов здесь только два.

Первый из них благоприятный для России и Сирии. В результате массированной поддержки со стороны России как в военно-техническом, так и в политико-дипломатическом отношении сирийская армия обретет решающее военно- стратегическое превосходство над своими противниками и сможет в приемлемые сроки (максимум год) разгромить своих противников, развернув успешные наступательные действия более или менее высоким темпом.

Второй — неблагоприятный. По этому варианту сирийская армия оказывается неготовой самостоятельно разгромить террористические группировки из-за недостаточной подготовки и оснащенности, падения морально-психологического потенциала, других негативных факторов.

При первом, благоприятном варианте авторитет нашей страны и ее руководства существенно возрастет — население в России да и за рубежом будет рассматривать решение о выводе войск как тонкий и прозорливый ход, направленный на управление ситуацией в выгодном для нас и самой Сирии направлении. Существенно возрастет авторитет Москвы, укрепятся ее позиции в арабском мире (признающем только силу), а также лично президента Путина, чьи действия будут восприниматься как демонстрация не только эффективной силы, но и политической мудрости.

Осторожнее станут в своих действиях западные партнеры. Они поймут, что российское руководство способно на неординарные, но тщательно проработанные и поэтому особенно эффективные действия, которым они ничего существенного противопоставить не могут, по крайней мере, в качестве немедленной реакции (а фактор времени в политике ключевой).

При развитии ситуации по негативному варианту реакция будет отражать представление, что российское руководство подвержено внешнему давлению и не может принимать взвешенные решения, действуя в острых ситуациях спонтанно. Соответственно пойдет на убыль влияние Москвы в арабском мире. Так что можно смело сказать, считает Константин Сивков, после принятого решения о выводе войск судьба России будет решаться в Сирии.

ИГИЛ — запрещенная в России террористическая организация!

«Джахбат ан-Нусра» — запрещенная в России террористическая организация!

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS