Ницца, Анкара и Ереван: кто следующий? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Ницца, Анкара и Ереван: кто следующий?

Глобальная политика все более походит на мозаику, где разобранные фрагменты постепенно складываются в единую картину. Складывается довольно противоречивая линейка событий, которые на первый взгляд объединены хронологией, а не привычной для политиков географией. 15 июля произошел теракт в Ницце, на следующие сутки вспыхнул мятеж в Анкаре, а уже 17 июля в Ереване представители «внесистемной оппозиции» объявили о начале военного переворота, который ограничился захватом полицейского участка в районе Эребуни. Бывает ли так много совпадений сразу? Попробуем разобраться.

Почему Минская группа ОБСЕ собралась в Анкару?

Автор этих строк не стал бы связывать события в Турции и Армении в единый контекст, если бы не одно обстоятельство: 18 июля (на следующий день после захвата заложников в армянской столице) сопредседатели Минской группы ОБСЕ должны встретиться в Анкаре, чтобы обсудить урегулирование нагорно-карабахского конфликта. Интересно, не так ли? С какой стати представителям России, Франции и США обсуждать ключевой вопрос Закавказья именно в Турции? Логика подобного маневра кажется сомнительной, если не одно «но»: сообщение главы МИД Мевлюта Чавушоглу о предстоящей встрече в Анкаре прозвучало 15 июля, то есть за считаные часы до мятежа. «Мы ожидаем приезд 18 июля сопредседателей МГ ОБСЕ в Турцию, где обсудим карабахское урегулирование. На встрече мы представим позицию турецкой стороны по этому вопросу и ознакомимся с последним процессом вокруг карабахского урегулирования», — заявил министр. Это позволяет говорить о том, что позиция турецких властей по Нагорному Карабаху (которая так и не была обнародована) на определенном этапе устраивала Москву, Париж и Вашингтон. И тут в дело вступили путчисты. Судя по истерике в американских СМИ, направленной персонально в адрес Реджепа Эрдогана, он был готов пойти на уступки и в Сирии, чем вызвал изрядное недовольство в штаб-квартире НАТО. Отсюда проистекают обвинения Анкары в адрес союзников по Североатлантическому альянсу, которые эксплуатируют авиабазу «Инджирлик», где скрывалась часть мятежников. Кто-то хотел просто «перевернуть доску» и предотвратить сдачу Анкарой конкурентных позиций в Закавказье и на Ближнем Востоке. А когда замысел провалился, на следующее утро в армянской столице был захвачен полицейский участок. Возьмем пока данную версию в качестве рабочей.

Хотя наверняка найдутся и те, кто сочтет действия «внесистемной оппозиции» результатом экономических проблем в обществе, но где тогда тысячи демонстрантов и сочувствующих? Подобная трактовка не выдерживает элементарной критики, поскольку армянский народ, десятилетиями живущий в условиях блокады, всегда находил в себе силы и терпение, даже несмотря на явные просчеты и ошибки властей. Есть также мнение, что Ереван с подачи Москвы якобы готовится к «сдаче 5 районов» Баку. Подобная глупость, порожденная вражеской пропагандой, может иметь разрушительные последствия для российско-армянских отношений. В памяти всплывает циничная фраза Геббельса: «Чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной». Стоит ли обосновывать, что любой армянский политик, пожертвовавший безопасностью Нагорно-Карабахской Республики, будет тут же выброшен на свалку истории? Разумеется, нет. Пока же все наши устремления и действия властей Армении должны быть направлены на то, чтобы избежать бессмысленного кровопролития.

«Шелковый путь» по суше

Пришло время откровенно признать, что Армения, Нагорный Карабах и Азербайджан давно превратились в арену противостояния США, Китая и Евросоюза. Не случайно Тегеран с подачи Пекина идет на отмену виз с Ереваном, а болгарский премьер-министр Бойко Борисов предлагает Армении и Грузии стать мостом между Ираном и Старым Светом. Данная инициатива несет в себе большие возможности, которые идут вразрез с американской геополитикой. Тем более что логистика прокладывается через Черное море. А это, в условиях дестабилизации Турции, становится все более рискованным занятием. В качестве альтернативы Еревану бакинская сторона предлагает Пекину и Тегерану построить железную дорогу, которая связала бы Азербайджан с черноморским побережьем Грузии. Однако Иран занял выжидательную позицию, на которую может негативно повлиять история с захватом полицейского участка в Ереване. Тем не менее больше всего Тегеран тревожит размораживание нагорно-карабахского конфликта со стороны Баку, который после заявления президента Сержа Саргсяна о том, что «даже весь мир вместе не сможет убедить население Нагорного Карабаха жить в составе Азербайджана», находится в безвыходном положении и может в любой момент возобновить войну.

Между тем на верхнем этаже армяно-азербайджанского антагонизма расположились противоречия Вашингтона и Тегерана, уходящие своими корнями в исламскую революцию 1979 года, после которой США стали рассматривать Иран в качестве потенциального театра военных действий, что в настоящее время вылилось в череду вооруженных столкновений КСИР с боевиками в Иранском Курдистане и Белуджистане. Нечто подобное по своей сути происходит и в Сирии, которую американцы развалили для контроля над городами планируемого «Шелкового пути» — Дамаском, Раккой, Хомсом, Тартусом, Пальмирой, Алеппо и Дура-Европосом. Чем отвечает Китай?

Плавание к Африканскому Рогу

Поднебесная принялась развивать морские коммуникации «Шелкового пути». Ставка делается на Джибути — крошечную республику Африканского Рога, расположенную на западном берегу Аденского залива, по которому торговые караваны направляются через Красное море в Суэцкий канал, откуда выходят к Средиземному морю. Конечно, морской «Шелковый путь» сопряжен с множеством издержек, включая пиратство и 44-дневный путь следования из КНР в Евросоюз, но в нынешних условиях он представляется наиболее безопасным, особенно после того кровопролития, которое разведка НАТО учинила в Турции. Не случайно президент Джибути Исмаил Омар Гелле поспешил осудить мятеж в Анкаре, заявив о своем «неприятии захвата власти военным путем», передает агентство «Синьхуа».

Китай всерьез и надолго пришел в африканскую республику. По сообщению агентства East Africa Monitor, в конце июня с.г. КНР и Джибути договорились о создании «глобальных торговых путей», в том числе и зоны свободной торговли, куда будет инвестировано до $7 млрд, которые пойдут на развитие таких отраслей, как строительство, электроника, информационно-коммуникационные технологии и легкая промышленность.

Вот как комментирует усиление китайского влияния в Восточной Африке экс-глава комитета по разведке палаты представителей Конгресса (руководил с 2004 по 2007 год) Пит Хоекстра в статье для Daily Caller: «Пробелы в глобальном лидерстве Америки отразились на ее позициях в стратегическом районе Африканского Рога — порту Джибути. Несмотря на десятилетие военного присутствия США, которое сопровождалось борьбой против религиозного экстремизма, джибутийский диктатор Исмаил Омар Гелле все более склоняется на сторону китайцев. Самым наглым проявлением китайского влияния стало требование к США освободить военную базу Обок (Obock) в пользу новых жильцов — Народно-освободительной армии Китая (НОАК)». По его словам, в настоящее время Китай планирует увеличить свое военное присутствие до 10 тыс. человек (пока речь идет о 8 тыс. — ред),опередив таким образом остальные иностранные державы. Для сравнения: численность базы США в Джибути составляет 4,5 тыс. человек. «Пока Америка колеблется, Китай вкладывает значительные средства в инфраструктуру, чтобы усилить свое влияние. Среди стратегических инвестиций КНР выделяются следующие: контракт на $450 млн получила China State Construction Engineering Corporation, которая займется модернизацией портовых сооружений; $4 млрд пойдут на строительство железной дороги Джибути — Эфиопия; и $599 млн потратят на строительство двух аэропортов», — резюмировал Хоекстра.

Формула у китайцев простая: чем сильнее сдавливаются их позиции на Среднем Востоке и в Закавказье, тем активнее они укрепляются в странах Африканского Рога. Путь в Старый Свет никогда не был легким.

Саркис Цатурян
Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS