Четыре столпа российской дипломатии | Продолжение проекта «Русская Весна»

Четыре столпа российской дипломатии

«Внешняя политика России всегда отличается продуманностью и хладнокровием, она никогда не является плодом эмоций, даже в медийном пространстве. Российская дипломатия нацелена на среднесрочную или долгосрочную перспективу, но на краткосрочную перспективу — никогда», — пишет журналист-международник Le Figaro Рено Жирар.

«На последней конференции министров иностранных дел ведущих экономически развитых стран свободного мира G7, который проходил в Лукке 10—11 апреля 2017 года, итальянский министр напомнил коллегам дипломатическую теорему, доказанную историей: с русскими не разговаривают языком ультиматумов» — говорится в статье.

«Американскому госсекретарю, принятому в Кремле 12 апреля, пришлось выслушать главный упрек России: в глазах русских Америка не имеет никакого права вмешиваться во внутреннюю политику других стран мира и посредством своих денег или военной силы устраивать „смену режима“.

Американский воздушный удар 7 апреля по сирийской авиабазе не имел большого военного значения — раздражение у Путина вызвала его символичность. Он отказывает Америке в той роли мирового шерифа, которую она зачастую себе присваивает», — отмечает автор.

«Смехотворно любое черно-белое видение международных отношений, которое представляет Россию как святую весталку дипломатии, а Америку — как коварного военачальника, которого не остановит никакой Рубикон. Однако для того, чтобы вести переговоры с Россией, надо сначала как следует ее понять, — уверен Жирар. — Фундамент внешней политики России зиждется на четырех основных принципах».

«Первый принцип — это принцип независимости. Ничто не имеет для русских такого значения, как оставаться хозяевами своей судьбы при любых обстоятельствах. Иногда они согласны слушать советы, но получать инструкции — никогда», — утверждает Жирар.

«Второй дипломатический принцип России — принцип ее национального интереса, который состоит в создании наилучших условий для ее развития. Россия не рассматривает себя в качестве крепости. Она представляет себя частью евроатлантической цивилизации и желает, чтобы там с ней обращались пусть без привилегий, но без высокомерия», — продолжает журналист.

«Третий компонент — императив национальной безопасности. Россия остерегается западных армий, которые столь часто в нее вторгались. Она обвиняет Запад в том, что он не выполнил обещание о нерасширении НАТО в сторону российских границ, которое канцлер Коль дал Горбачеву в феврале 1990 года (чтобы добиться отвода российских войск с территории Восточной Германии). Она положительно оценивает то, что есть буферные государства между ее территорией и западными державами. Но она не готова к тому, чтобы НАТО водворилось в Белоруссии и на Украине», — говорится в статье.

«Наконец, Россия привязана к ООН. Она упрекает западные державы в том, что они являются в Совбез с резолюциями, которые надо либо принять, либо отклонить, и не соглашаются договариваться по старинке, то есть делая уступки», — пишет автор. «Процесс реинтеграции России в европейскую семью потребует времени. Однако на первом этапе надо ее понять, терпеливо анализируя основные положения ее стратегии», — заключает Жирар.