Бизнес по-украински: Разобранный на органы человек стоит 45 млн евро | Продолжение проекта «Русская Весна»

Бизнес по-украински: Разобранный на органы человек стоит 45 млн евро

В июне Верховная Рада Украины приняла изменения в законодательство о трансплантации органов. Его называют «прорывом» и даже «началом эры трансплантологии» в Украине.

Но в действительности «эра трансплантологии» началась гораздо раньше — Украина входит в десятку стран, лидирующих по количеству доноров для нелегальной пересадки органов.

Почему новый закон не решит проблемы черного рынка органов, сколько стоит часть печени, почка, роговица глаза или костный мозг, а также о том, почему никого из черных трансплантологов так и не посадили, выясняли украинские журналисты.

Историй о том, как живых людей разбирают на запчасти, в Интернете полно — и одна страшнее другой. А вот людей, готовых дать свидетельские показания или рассказать историю из собственного опыта, не так много.

Игорь рассказал журналистам, что получил за свой орган гонорар в 8,5 тыс. долларов.

— Не страшно было решиться на такой шаг? Часто говорят, что во время операции у человека могут отобрать и другие органы…

— Риск всегда есть. Рискованно и по улицам ходить. А если честно, то очень многие наши сограждане втихаря пытаются поправить собственное материальное положения с помощью своих органов. Жизнь без одной почки не означает инвалидность.

Игорь разводит руками — работы у него нет. Найти работу в маленьком райцентре Жашков Черкасской области очень сложно. Последние полгода он жил на мамину пенсию.

«Даже о самоубийстве думал. Кому я такой вот нужен — без денег, без жилья, не красавец», — говорит наш собеседник.

В маленьком Жашкове разбирать себя на органы пробовали еще несколько знакомых Игоря. Первым решился на такой шаг его близкий друг. Он в интернете нашел номер «вербовщика», искавшего волонтеров в украинской глубинке. Парня свозили в Турцию и через несколько недель он уже был дома. Затеял ремонт с размахом. Игорь просто последовал его примеру.

Написал письмо на проверенный ящик в Интернете. Вскоре к нему приехала женщина — Елена. Игорь признается, было жутковато и забавно одновременно.

«Оказалось, многое о краже органов попросту придумано. Елена мне объяснила, что существует такая вещь как иммунитет. А значит, чужеродный орган будет отторгаться организмом.

Поэтому доктора стараются для трансплантации найти донора, организм которого по всем параметрам приближен к организму реципиента. И если, допустим, почка подходит, то печень или селезенка скорее всего нет. Мы же не родственники.

А вырезать орган и потом искать, кому его пересадить — тоже проблема. Ведь почка может храниться отдельно от тела всего 48 часов. Другие органы и того меньше. Поэтому на органы живого человека вряд ли кто-то станет разбирать. Но риск есть всегда», — говорит Игорь.

По его мнению, операции за границей даже безопаснее, чем в Украине. Там это дело поставлено на поток — опытные специалисты, пересадка происходит непосредственно в клинике, операцию делают быстро.

Игоря на две недели увезли в Турцию, в небольшой городок. Человека, который будет доживать с его почкой, Игорь так и не увидел. Это запрещено по всем правилам.

«Вообще-то подпольная трансплантация и донорство существовали еще в советские времена, — замечает Игорь. — У меня мать в 1975-м году лежала в больнице после операции на мочевом пузыре. Она заметила, что другие женщины с таким же диагнозом и, соответственно, операцией поднимались на ноги уже через несколько дней. Через неделю их выписывали.

Мать всегда была молодой и здоровой. Много работала физически. А после операции несколько недель с кровати встать не могла. Одна из санитарок сжалилась над ней и сказала правду. У нее во время операции брали пункцию спинного мозга. Эту жидкость потом вливали жене местного партруководителя».

«Восемь месяцев боль была ужасная»

Володя продал свою почку в марте прошлого года за 13 тысяч долларов. «Я искал не покупателя, а посредника. Нашел в социальных сетях женщину. Она сама когда-то продала почку. Эта женщина мне сразу предложила сдать анализы — изначально на Украине, а потом в Турции.

Оплатила эти анализы, перелет в Турцию. Летел не один — вместе со мной летела еще одна женщина из Украины, тоже на трансплантацию почки. Прилетели в Стамбул, в государственную клинику. Еще две недели проходили анализы там. Я стал донором почки для 12-летнего мальчика-араба, у которого была почечная недостаточность.

Единственная загвоздка — перед специальной комиссией нам с этим мальчиком пришлось делать вид, что мы родственники. Комиссии сказали, что наши деды были родными братьями. Руководит всем доктор-турок. Он перед операцией сказал, что заплатит 13 тысяч долларов.

Сказал, что можно заработать и больше, только операцию будут проводить не в клинике, а на дому. Тогда стоимость почки составляет 50 тысяч долларов.

Но я побоялся — завезут черти куда, еще не только почку заберут, но и вообще на органы пустят. А тут все-таки государственная клиника, не так страшно», — рассказал Владимир.

Через несколько дней Владимир получил деньги и улетел домой — часть перевел на карту жены, часть провез наличными. «8 месяцев боль была ужасная. Ведь за это время оставшаяся почка увеличивается в размерах, становится, как две почки и занимает пустоту. Сейчас уже терпимее», — делится Владимир.

Пирамида органов

Почему-то у политиков, которые высказываются о новом «трансплантологическом» законе, постоянно смешиваются две разных истории.

Например, говорят, что новый закон положит конец украинскому рынку черной трансплантологии. На самом деле этот закон никак не повлияет на торговлю органами.

Причина в том, что в основном работают вербовщики — операции проводятся за границей. Украинские трансплантологи не пересаживают почку «после работы в гараже», да и в клиниках нелегальную операцию провести проблематично — хотя бы из-за большого количества врачей, которые будут в ней задействованы.

«Сейчас часто можно встретить в соцсетях небылицы, что трансплантологи — это те, кто на остановках убивает детей, изымает у них органы и продает за границу. На самом деле никакой черной трансплантологии в Украине не существует. Даже имея все технические возможности, клинику и большой коллектив поддержки, провести операцию получается не всегда.

Трансплантология — очень высокотехнологичная отрасль медицины. Невозможно заниматься ею подпольно, в частной клинике, на кухне или в гараже. Орган, который изымается из человеческого тела, живет вне организма 3–4 часа, а количество людей, участвующих в трансплантации, колеблется от 30 до 50. Это и лаборатория, и реанимация, и анестезиология, и перфузиология, и хирургия, и младший медперсонал.

Будучи хирургом, я не представляю, как можно сделать это нелегально и тайно», — говорит журналистам директор Института сердца, кардиохирург, доктор медицинских наук Борис Тодуров.

Известно о ряде громких дел прошлых лет против украинских трансплантологов, которые подозревались в незаконной пересадке органов. Например, под подозрение попадали хирурги Института Шалимова.

Например, пытались сделать «черным трансплантологом» хирурга Владислава Закордонца — по факту же он вероятно осуществлял пересадку органов между родственниками (украинский закон это позволяет), которые в действительности родственниками не являлись.

«Врачи не занимались проверками степени родства — наше дело оперировать», — комментирует этот факт сам Закордонец. Суд врачей оправдал.

Что же до вербовщиков, то ситуация здесь следующая. В октябре 2015 года СБУ совместно с милицией задержала членов транснациональной преступной группы.

Злоумышленники, имея связи в медицинских учреждениях стран Азии, в течение 2013–2015 годов вербовали на территории Украины потенциальных доноров почек среди бедных людей из провинции. Потом доноров переправляли за границу для участия в незаконных операциях по трансплантации органов. Всего успели переправить 25 доноров.

В апреле прошлого года суд арестовал с альтернативой внесения залога на общую сумму свыше 72 миллионов гривен «черных трансплантологов» из Турции и Украины. Для прикрытия нелегального бизнеса преступники «создали коммерческую структуру, которая якобы предоставляла услуги лечебного туризма».

После получения согласия от жертв преступники отправляли их за границу для проведения операций. Ежемесячно подозреваемые организовывали по четыре-пять таких «туров» для украинцев.

Донорам «черные трансплантологи» платили от 13 до 15 тысяч долларов, а сами при этом получали от 80 тысяч до 100 тысяч долларов от покупателя органа.

Осенью прошлого года правоохранители пресекли деятельность преступной группы, члены которой вербовали несовершеннолетних для незаконной трансплантации органов в России. Об этом тогда сообщил прокурор Киевской области Дмитрий Чибисов. Прокуратура установила четырех потерпевших — троих детей 14, 15, 16 лет из нормальных семей и 32-летнюю женщину.

Но при всем этом неизвестно, чтобы дело хотя бы одной такой группы реально дошло до суда и по нему был вынесен обвинительный приговор.

«Я о таких случаях не слышал, хотя в прессе довольно часто мелькают сообщения о задержании целых групп черных трансплантологов.

В прошлом году было довольно громкое задержание, в итоге вербовщики вышли под залог в несколько десятков миллионов гривен каждый. Что сейчас с ними — неизвестно. Но думаю, что деньги можно „отбить” довольно быстро», — утверждает бывший следователь МВД Украины Александр Стасюк.

По его мнению, историй, аналогичных тем, с которых начался наш рассказ, можно собрать тысячи. Причина в том, что в Украине действует настоящая пирамида по честному и «почти добровольному» изъятию органов у наименее обеспеченных граждан.

Люди соглашаются стать донорами, не понимая всех последствий. Вербовщики рассказывают им только о плюсах трансплантации, но умалчивают о том, что подобные операции никогда не проходят без непоправимого вреда для здоровья.

«Схема довольно проста — уже существующий посредник ищет человека, желательно, малообеспеченного, а таких сейчас хватает. Естественно, такой человек “пробивается” — утечки информации быть не должно. После всех процедур и изъятия органа, донор сам получается “в схеме”, потому что посредник свыше обещает ему процент за каждого нового донора.

Кто же откажется взять определенную сумму не за собственный орган, а просто «за услуги» знакомым и друзьям? Так возникает система или пирамида, как хотите. Посредников может быть несколько. Донор зарабатывает копейки за собственный орган, а вознаграждение посредника может колебаться от 1000 долларов до бесконечности.

Здесь играет роль сарафанное радио: “Вот сосед Иван продал почку, получил деньги, купил автомобиль, да и нормально себя чувствует, а чем я хуже?” Каждый нижестоящий посредник должен проконтролировать “своих” доноров, чтобы схема работала и дальше. То есть, Иван, продавший почку, получает свое вознаграждение только в случае, если может поручиться за своих знакомых-соседей.

Причем, в саму схему втягиваются люди из социальных низов — малоимущие, социально необеспеченные, сидевшие, жители сельской местности и т. д. Зачастую такие люди плохо информированы, не знают своих прав, не смогут “настучать” или заявить, да и после попросту не знают, куда обращаться за защитой. Чужих в эту систему стараются не допускать, поскольку на кону стоят немалые деньги», — рассказал следователь.

Легкие — 150 тысяч евро, костный мозг — 20 тыс. за грамм

По данным Всемирной организации здравоохранения, на черном рынке ежегодно проходит более 10 тысяч операций по продаже человеческих органов. В целом, цена здорового человеческого тела составляет порядка 45 млн евро, но только в том случае, если бы человек мог продать каждую его часть — то есть, уйти на органы целиком.

Давно известно, что без видимой угрозы жизни и здоровью можно продать роговицу глаза, почку, часть печени, легкие и костный мозг. В частности, легкие можно купить за 80–150 тыс евро, целую печень — по 150–550 тыс евро, часть печени стоит около 40 тыс евро. Цены разнообразные. Роговица глаза продается за 4–15 тыс евро. Почка в мире доходит до  250 тыс евро — все зависит от срочности и нужности органа. Костный мозг покупают на граммы, один стоит около 20 тысяч долларов.

В этих цифрах — ответ на вопрос, как можно остановить черную трансплантологию в Украине.

Единственное средство — победить бедность. Если человек работает, откладывает на старость, не боится создать семью, у него не появится и мысли о таком виде заработка. Продать почку — это только от безысходности.