Украинская оценка сил и средств российского мониторинга обстановки в Черном море | Продолжение проекта «Русская Весна»

Украинская оценка сил и средств российского мониторинга обстановки в Черном море

«Захваченные российским спецназом в марте 2014 г. в ходе операции по „оккупации“ Крыма добывающие и буровые платформы украинской государственной компании „Черноморнефтегаз“ (дочерняя компания НАК „Нафтогаз Украины“, 100%) стали удобными площадками для отработки форм и способов ведения радио- и радиотехнической разведки ЧФ РФ с использованием возможностей объектов гражданской морской инфраструктуры в северо-западной части Черного моря», сообщает издание «Чорноморська безпека».

Комплексная система мониторинга надводной и подводной обстановки с целью осуществления детекции надводных, подводных и низколетающих воздушных целей была развернута на искусственных сооружениях Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Черноморнефтегаз» (ГУП ЧНГ). Такими искусственными сооружениями на газовых и газоконденсатных месторождениях в Черном море являются морские стационарные платформы (МСП), самоподъемные буровые установки (СПБУ), блок-кондукторы (БК), центральные технологические платформы (ЦТП).

Система наблюдения над надводной обстановкой, в частности, в виде радиолокационной станции (РЛС) сантиметрового диапазона типа «Нева-БС», была развернута на СПБУ «Таврида», МСП-17 месторождения «Штормовое», МСП-4 месторождения «Голицынское» в количестве трех комплектов. РЛС «Нева-БС» осуществляет автоматический захват и сопровождение до 200 целей одновременно. Дальность их обнаружения в зависимости от размеров и условий распространения радиоволн — до 30 морских миль (55,5 км) для больших (крейсер, танкер), до 15–20 миль (28–37 км) для средних (ракетные и патрульные катера, лоцманские суда), до 8 миль (15 км) для сверхмалых целей типа лодка. На СПБУ «Таврида» был установлен комплект РЛС «Нева-Б» миллиметрового диапазона и комплект телевизионно-оптической системы. Указанная РЛС имеет такие дальности обнаружения целей: голова боевого пловца — до 0,5 мили (1 км), сверхмалые цели — до 4,3 мили (8 км), малые — до 8 миль (15 км), средние — до 13,5 мили (25 км), большие — до 24,3 мили (45 км).

Информация передается по радиорелейному каналу связи, обеспечиваемому комплектом цифровых радиорелейных станций. В режиме реального времени она предоставляется Пограничному управлению ФСБ РФ по Крыму, а также попадает и в систему разведки ЧФ Южного военного округа РФ.

Таким образом, размещение систем наблюдения над надводной обстановкой на объектах «Черноморнефтегаза» обеспечивает России почти полный контроль над трафиком коммерческих судов и военных кораблей, двигающихся в порты Украины и в обратном направлении.

Кроме установки РЛС для контроля надводной обстановки, развернута гидроакустическая система освещения подводной обстановки (ГАС ОПО) на объектах ГУП ЧНГ:

— МСП-4 Голицынского месторождения в 61 км на северо-запад от крымского мыса Тарханкут;

— МСП-17 Штормового месторождения в 72 км к западу от мыса Тарханкут;

— БК-2 Одесского месторождения в 66 км на северо-восток от острова Змеиный.

Установлено межведомственное взаимодействие в рамках обмена информацией о надводной и подводной обстановке в северо-западной части Черного моря, позволяющее с использованием технических возможностей ГУП ЧНГ руководству береговой охраны ФСБ РФ в Крыму и командованию ЧФ Южного военного округа ВС РФ осуществлять в реальном масштабе времени:

— комплексный мониторинг надводной и воздушной обстановки на линии мыс Тарханкут — остров Змеиный;

— контроль международного судоходства;

— разведывательное обеспечение оперативных решений по ведению боевых действий согласно задачам высшего командования.

Исходя из приведенного, можно прийти к такому выводу: наращивание потенциала системы освещения надводной обстановки путем размещения навигационных РЛС на стационарных и мобильных объектах морской инфраструктуры позволяет не только нарастить радиолокационное поле и обеспечить охрану объектов, но и мониторить международное судоходство и действия кораблей ВМС других стран в северо-западной части Черного моря и предоставлять необходимую информацию силам ЧФ РФ для проведения силовых акций в случае постановки боевых задач.

Вызывает вопрос регулярность и системность проведения учений противодиверсионной и антитеррористической направленности, в частности на Черноморском флоте и Каспийской флотилии.

На наш взгляд, они носят явно чрезмерный характер. Складывается впечатление, что отрабатывается определенная технология гибридного характера — создание casus belli ради превентивного удара, который будет аргументирован действиями в ответ на попытку диверсии на объекте, пишет издание.

Имеется в виду, что под прикрытием искусственно созданной чрезвычайной ситуации — прием сигнала от охранной системы о будто бы проникновении диверсионной группы в охраняемую зону объекта, мобильные силы могут прибегнуть к наступательным действиям против страны-диверсанта.

В этом контексте заслуживает внимания наращивание группировки на Азовском море под поводом защиты от возможных диверсионных действий против нового гидротехнического сооружения — мостового перехода через Керченский пролив с дальнейшим силовым влиянием на гражданское судоходство и экономику страны-пирата, «как Украину представляют в российских СМИ». Не следует исключать и сценарий, когда ситуация с диверсиями или терактами на объектах морской инфраструктуры может быть инспирирована самой РФ как повод для дальнейших силовых действий. У спецслужб РФ есть отработанные технологии и опыт их проведения, многозначительно уверяет издание.

Овладение новыми формами и способами ведения разведки, формирование архитектуры системы управления ее силами и средствами в оперативном пространстве Черного моря с использованием гражданской морской инфраструктуры может стать примером для Балтики, поскольку географически это похожие закрытые морские акватории. К тому же в Балтийском море есть морская газотранспортная инфраструктура российской государственной компании «Газпром», которая, с одной стороны, подлежит охране, а с другой — может быть использована как платформа для ведения разведки в глубине зоны ответственности НАТО, маскируя разведывательную функцию исполнением типичной функции охраны трубопроводов инструментальными средствами.

Один из важнейших компонентов морского мониторинга — пассивные станции гидроакустической разведки. Они ничего не излучают, а слушают морское пространство из-под воды. В конце 2016 г. Министерство обороны РФ начало развертывание глобальной подводной системы гидроакустического слежения. Цель — выявление и идентификация всех надводных и подводных объектов, а также низколетящих летательных аппаратов в ключевых районах Мирового океана, формирование каталогов данных, алгоритмов распознавания и классификации целей. Основным ее элементом является «Гармония» — сеть подводных роботизированных комплексов, которые могут разворачивать на дне мощные автоматические гидроакустические станции, собирающие информацию и передающие ее на командный пункт разведки (КП-Р).

Согласно российским планам, «Гармония» должна заработать не позже 2020 г.  Для Балтики эта дата синхронизируется с запуском «Северного потока-2».

Основа «Гармонии» — роботизированные автономные донные станции (АДС). Со специальной подводной лодки-носителя или надводного корабля (судна) их можно незаметно установить на дне. АДС могут вести пассивную гидроакустическую разведку, прослушивая окружающее пространство. Станция фиксирует характерные шумы гребных винтов, двигателей и других механизмов боевых кораблей и судов, а также шум низколетящих вертолетов и самолетов. Несколько АДС могут объединяться в единый комплекс и работать совместно в сетевом формате. В этом случае они смогут видеть подводную и надводную обстановку на площади в сотни квадратных километров.

Объявленные архитектура и принципы работы системы «Гармония» свидетельствуют о необходимости применения специальных судов-носителей, задачами которых будет доставка АДС к местам установки и дежурства. Это может быть сделано и гражданскими судами. Можно сказать, на виду у всех, если как носитель будет использовано соответствующим образом переоборудованное судно, осуществляющее регулярные рейсы в акватории Балтики. Например, один из танкеров российской компании «Совкомфлот» или исследовательское судно.

В качестве вывода следует отметить, что «Газпром» способен предоставлять доступ к информации из охранных систем своих объектов в коридоре газопроводов третьим сторонам, прежде всего ФСБ РФ для охраны морской границы и отслеживания коммерческих трафиков, разведывательному управлению Главного штаба ВМФ РФ для использования как источника информации в ЕГСОНПО РФ и т. п.

Итак, российские потоки — и существующий «Северный поток», и возможные новые «Северный поток-2» и «Турецкий поток» — будут использованы как платформы для повышения разведывательных возможностей России на Балтике и Черноморье в контексте ее подготовки к войне на море. Также логично предположить, что накануне времени «Ч» в коридорах газопроводов могут скрыто размещаться и средства поражения подводных и надводных целей, в частности боевые подводные ударные беспилотники.

Все это требует от всех балтийских стран — членов НАТО и ЕС взаимодействия в преодолении угроз с морского направления, ведь Балтика — это прежде всего море ЕС и НАТО, а не «российское озеро», в которое оба альянса позволили превратить Черное море. Очевидно, со стороны НАТО понадобится развертывание вдоль трассы российских потоков систем радиоэлектронного и гидроакустического противодействия, установление препятствий и гидроакустического подавления.

Также можно отметить, что трасса газопровода «Турецкий поток» в той своей части, которая выходит на мелководье Черного моря у турецкого побережья, а также его вторая нитка, предусматривающая ответвление в сторону Болгарии, могут использоваться как площадка для установки разведывательного оборудования и средств контроля над движением кораблей и судов НАТО через Босфор и их заходами в порты страны — члена НАТО Болгарии, сообщают украинские эксперты.

Украинская оценка сил и средств российского мониторинга обстановки в Черном море | Продолжение проекта «Русская Весна»