Инцидент со «Сметливым»: повод для войны или обычная практика для Эгейского моря? | Продолжение проекта "Русская Весна"

Инцидент со «Сметливым»: повод для войны или обычная практика для Эгейского моря?

Есть ли основания опасаться действий турецких судов именно в Эгейском море? Да. Причем, именно в этом регионе, который уже давно является ареной турецко-греческого противостояния

Обсуждая все, связанное с инцидентом между турецким сейнером «Гечицилер Балик Чилик» и российским сторожевым кораблем «Сметливый», необходимо сразу определить круг принципиальных вопросов. А они таковы:

 является ли обстрел приближающегося иностранного судна допустимой мерой?

 какую угрозу может нести агрессивно приближающееся неизвестное судно?

 какие еще инциденты с участием турецких судов происходили в Эгейском море?

 было ли все произошедшее турецкой провокацией?

Начнем с вопроса об обстреле как допустимой или недопустимой мере. Предупредительные выстрелы не на поражение в сторону корабля-нарушителя являются давней и проверенной практикой всех ВМС мира, а также кораблей пограничной охраны. Вспомним ситуацию с атакой активистов «Гринпис» на буровую платформу «Приразломная». Тогда только предупредительный огонь российских пограничников смог остановить ретивый «Арктик Санрайз» от дальнейших агрессивных действий. И в советское, и в новейшее время была масса случаев, когда пограничные суда обстреливали браконьеров  и на Дальнем Востоке (преимущественно японцы, но в 2009 году у берегов Камчатки попался даже грузинский траулер «Русно»), и в Черном и Азовском морях (в 2013 году была потоплена украинская рыбацкая лодка с браконьерами).

Но, переходя к следующему пункту, правомерно ли применение предупредительного огня в международных водах? Ведь на «ничьей» территории имеет право присутствовать и перемещаться любой корабль. Так допустимо ли открывать по нему огонь в случае непредвиденного сближения?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно вспомнить о вероятности террористической атаки судна-брандера. Прошли те времена, когда большие военные корабли были защищены толстой броней. Сегодня военные суда защищены, прежде всего, превентивными средствами  противолодочными и зенитными ракетами, установками типа «Кортик», сбивающими вражеские ракеты на подлете к кораблю и так далее. Поэтому «пассивная защита», как утяжеляющая корабль, минимизирована. И в том случае, когда врагу все же удается «получить доступ» к борту корабля, последствия взрыва могут быть катастрофическими  как в случае с американским эсминцем «Коул» в 2000 году. Тогда двое смертников-исламистов на обычной моторной лодке с 300 килограммами взрывчатки сделали огромную пробоину в борту эсминца, убили 17 и ранили еще несколько десятков человек.

После инцидента с «Коулом» ВМС США сделали выводы и без всяких сантиментов решили открывать огонь по всем приближающимся без разрешения судам. Это послужило поводом для множества больших и малых скандалов  в 2012 году возле Дубаи, в порту Суэц в 2008, и в ряде прочих. И это  просто в обычных мирных условиях. Что уж говорить об условиях, приближенных к боевым, каковыми по праву могут считаться все действия вооруженных сил России у турецких границ после инцидента с Су-24.

Кстати, судну вовсе необязательно быть заминированным, чтобы нанести существенные повреждения военному кораблю. Еще один американский эсминец, «Портер», в 2012 году столкнулся в Персидском заливе с японским танкером «Отовасан». После столкновения «Портер» смог уйти своим ходом, но вмятину в борту получил изрядную.

Есть ли основания опасаться действий турецких судов именно в Эгейском море? Да. Причем, именно в этом регионе, который уже не первое десятилетие является ареной турецко-греческого противостояния. То и дело здесь корабли ВМС Турции нарушают морские законы. Например, 12 ноября 2013 года турецкий фрегат типа MEKO-200TN нарушил морскую границу Греции и стал вести радиоэлектронную разведку, и грекам пришлось довольно долго выгонять его из своих вод. Не исключено, что и на турецком сейнере была радиоэлектронная аппаратура, которая должна была отследить возможность радаров и систем наведения российского корабля.

Последний и самый важный вопрос  было ли все произошедшее провокацией? Однозначно ответить на него невозможно. С равными основаниями можно сказать  да, турки получили приказ нарываться с целью получить несколько «невинных жертв» (вполне возможно, что, получив такой приказ, капитан не стал особо усердствовать) и потом обвинить Россию.

Но вполне возможно, что турецкие моряки просто продемонстрировали восточное раздолбайство и не среагировали вовремя, пока не получили «холодный душ» в виде предупредительного огня. Показательно, что после инцидента Анкара не стала раздувать скандал, и даже напротив  поспешила заявить, что «ничего не было», никто наш корабль не обстреливал. Видимо, поняли шаткость собственной позиции.

В связи с этим фактом есть основания считать, что воинственный пыл Эрдогана  штука весьма непостоянная. То он сбивает за несуществующую вину чужие самолеты, то боится ответить на обстрел собственного судна.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS