«Мёртвая Савченко» как эпизод медиавойны | Продолжение проекта "Русская Весна"

«Мёртвая Савченко» как эпизод медиавойны

Вчера в Донецком суде Ростовской области прозвучало последнее слово карательницы  Надежды Савченко, которую российская прокуратура обвиняет в причастности к убийству журналистов. 

21 марта будет оглашён приговор по делу о пособничестве убийству журналистов ВГТРК Игоря Корнелюка и Антона Волошина в июне позапрошлого года. Согласно обвинению, подсудимая дала карателям под Луганском координаты сотрудников российского ТВ для миномётного обстрела. Подследственная своей вины не признаёт. В своём последнем слове она показала суду фак, спела песню «Ще не вмерла» и потребовала, чтобы приговор зачитали не раньше чем через неделю — потому что иначе она умрёт.

Это то, что произошло в реальности.

А теперь о том, что произошло в огромной многопользовательской онлайн-войне, в которой вместо танков — медиаресурсы, а вместо занятых высот — навязанная противнику информационная повестка:

— «Похищенная украинская девушка-пилот умирает от голода в руках судей Путина»;
— «Украинская девушка-пилот не пьёт и не ест семь дней, протестуя против её похищения русскими спецслужбами»;
— «Украинская девушка-пилот показывает силу духа суду Путина»;
— «Участники митинга, требовавшие освободить лётчицу Надежду Савченко, задержаны».

Это я цитирую заголовки СМИ — прибалтийских, британских, российских.

Что тут важно понимать? Реальность уголовного дела и мощный наброс об «умирающей похищенной лётчице» — это, конечно, две разные реальности. Но это разные реальности одной войны, и к обеим нужно относиться одинаково серьёзно. Такова специфика боевых действий.
Реальности эти не пересекаются. Они, собственно, и не могут пересекаться, потому что целью медиа-марш-броска является инфицирование нас с вами легендой о несломленной патриотке, лётчице и мученице. А эта легенда на реальную Н. Савченко не налезает.

Если начать натягивать эту легенду на унылую реальность, то посыплется слишком много неудобных вопросов. Скажем, с какого перепугу девушкой-лётчицей зовут 34-летнюю крепкую женщину-солдата, имеющую диплом штурмана-оператора вертолёта, добровольца карательного бандитского батальона «Айдар» и вполне себе наземную наводчицу (то есть корректировщицу)? Почему девушка-лётчица после 80-дневной голодовки и семи дней без воды явно в неплохой форме, энергично поёт и бранится? Почему никому не интересно содержание обвинения? И так далее.

Но собственно доказательствами истинности Легенды о Лётчице никто из участвующих в медиаоперации по её внедрению и не заморачивается. Это просто не нужно. Имеются тезисы, с которыми наперевес участники атаки бросаются на российское государство, и их бессмысленно опровергать поодиночке — ибо они налетают роем, повторяя одно и то же:

— Это лётчица.
— Её похитили террористы на территории чужого государства.
— У неё есть алиби, подтверждённое Службой безопасности Украины (это особенно, конечно, убедительный аргумент. На фоне десятков заявлений СБУ о задержании российских офицеров ФСБ тут и там, позже превращавшихся в ноль, нет оснований думать, что они опять врут).
— Она выдержала 80 дней голодовки благодаря своей Силе Духа.
— Она умрёт от голода. Нет, уже умирает. Остались считаные дни.
— Против неё нет никаких доказательств. Вообще никаких.
— Она депутат ПАСЕ. У неё неприкосновенность.
— Это нарушение Минских соглашений.
— Евросоюз и Белый дом требуют освободить девушку-лётчицу.
— У нас в стране многолетняя традиция милосердия. Отпустите девушку!
— Её смерть ляжет несмываемым пятном на ваш режим. Немедленно освободите.
— Незаконно захватывать иностранных граждан. Освободите немедленно.

Как ни странно, уважаемые читатели, это всё нормально. Так и должно быть. Наоборот: было бы странно, если бы этого жужжания и воплей не раздавалось. Было бы даже подозрительно, если бы подозреваемую в содействии убийству журналистов спокойно судили, а мировая пресса бы оценивала аргументы сторон и анализировала доводы обвинения и защиты.

Не случайно же наводчице был дан не какой-нибудь скучный, обычный адвокат, а шоу-адвокаты. Адвокаты Pussy Riot и гринписовских хулиганов, штурмовавших платформу «Приразломная». Адвокаты с фейсбуками и твиттерами. Адвокаты, у которых подопечные почему-то поголовно идут на мученичество, давая поводы для новых твитов против проклятого режима.

Я, кстати, не шучу. Посмотрим, как складывались судьбы предыдущих подзащитных.

22 мая 2013 года: «Участница панк-группы Pussy Riot Мария Алёхина, отбывающая наказание в колонии в Пермском крае, объявила голодовку».
27 октября 2015 года: «Оппозиционер Леонид Развозжаев, осуждённый на 4,5 года по делу об организации массовых беспорядков, объявил голодовку».

Сравним с сообщением от 3 марта года нынешнего: «Украинская лётчица Надежда Савченко объявила сухую голодовку».

Тенденция какая-то. Это уже не защита, а артель по производству сакральных жертв. Или, вернее, «почти жертв» — как показала практика, подзащитные артели рано или поздно догадывались, что собираются из них сделать, и «соскакивали».

В этом смысле, кстати, становится более понятен энтузиазм, с которым разочарованные в предыдущих жертвах юристы взялись за новую кандидатуру. Вдруг она окажется достаточно отмороженной, чтобы пройти до конца и не просто пообещать «Я умру» (это Н. Савченко делает достаточно давно и уверенно), а в самом деле превратиться в единицу «небесной сотни»? Ну вдруг?

Смысл всего этого внезапного приступа гуманизма глубоко прагматичен. И он, разумеется, не имеет никакого отношения к самой обвиняемой в преступлении. И к неким международным принципам тоже никакого отношения не имеет.

Не может же, в самом деле, всерьёз произносить спичи про «недопустимость захвата иностранных граждан» официальный представитель страны, спокойно похищающей сотни иностранных граждан и вывозящей их за пределы действия всех юрисдикций в секретные военные тюрьмы для пыток. И заключающей тысячи иностранных граждан в лагеря. И бомбящей зарубежные государства без каких-либо разрешений от Совбеза ООН по своему усмотрению.

И не могут всерьёз произносить спичи про тысячелетние традиции русского милосердия граждане, во-первых, сами неустанно пишущие про тысячелетние традиции русского рабства и хамства, а во-вторых — ни единым словом не вступившиеся ни за сожжённых в Одессе, ни за Горловскую Мадонну, ни за своих убитых соотечественников и коллег с ВГТРК.

Все они просто юниты большого информационного фронта, существующего параллельно реальным фронтам. Причём уж в чём-чём, а в противостоянии с Российским государством доказано, что победы на информационном фронте тут невероятно важны. Российское государство до сих пор никому не удавалось опрокинуть извне, но неоднократно получалось разрушить изнутри. А это значит, что именно информационное измерение войны для чаемой победы над этим государством критически значимо.

Поэтому, собственно, наше государство и долбят информационными налётами с той же регулярностью, с какой ВСУ под Донецком начинают по ночам свои обстрелы.

Залп: русские вторглись на Украину. Вот-вот будут доказательства.
Залп: русские собираются оккупировать Прибалтику. Прибалтика спешно вооружается.
Залп: русские разбомбили сразу несколько школ и больниц. Вот-вот будут доказательства.
Залп: русские специально напускают на Европу мигрантов.
Залп: русские все свои спортивные победы завоевали под «Милдронатом».
Залп: русские похитили и доводят до голодной смерти девушку-лётчицу. Вот-вот умрёт.

Эта медиабомбардировка не первая и не последняя, обрушивающаяся на наше общество. Есть все основания полагать, что чем дальше, тем их будет больше.

К ним пора начать относиться спокойно. А судебное следствие по делу о пособничестве убийству всё равно завершится своим чередом.

Выбор редакции
Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS