Российская стратегия президента Хиллари Клинтон | Продолжение проекта "Русская Весна"

Российская стратегия президента Хиллари Клинтон

Что ждать от возращения неоконов во внешнюю политику США

В американском истеблишменте убеждены, что победителем президентской гонки в США Кремль хочет видеть Дональда Трампа.

Анализ практических шагов показывает, что видимая доброжелательность в адрес кандидата-республиканца со стороны России — это, в первую очередь, результат неприятия фигуры Хиллари Клинтон.

В то же время российское руководство обоснованно полагает, что при президенте Клинтон отношения Москвы и Вашингтона могут ухудшиться до состояния прямого противостояния, в том числе и военного.

Несмотря на то, что 55% американцев, по данным опросов CBS, придерживаются «в целом негативного мнения» о Клинтон, экс-госсекретарь остается абсолютным фаворитом предстоящей кампании. В контексте выхода из борьбы Теда Круза и Джона Кейсика Клинтон с высокой долей вероятности станет кандидатом «широкой коалиции» центральной группы американского истеблишмента: демократов — потому что близка к Овальному кабинету, республиканцев — потому что у них практически не осталось инструментов противодействия Трампу.

Хиллари-Госсекретарь, Хиллари-сенатор и Хиллари-кандидат предоставляют достаточный материал, чтобы внятно очертить её внешнеполитические ориентиры. В том числе и в отношении России. Клинтон предлагает избирателю (а в большей степени, истеблишменту) позицию, доминировавшую в Вашингтоне в 90-е и нулевые годы, когда в Белом Доме кресло президента занимал ее муж, Билл Клинтон, и его преемник, Джордж Буш. При ближайшем рассмотрении она успешно объединяет политику их обоих.

Либеральная, по крайней мере публично, в социальных вопросах и немного более левая в экономике, чем истеблишмент демократической партии — в этом она близка к политике Билла Клинтона. Что же касается внешней политики, то она — прямой наследник президента Буша, ястреб-неоконсерватор. Именно этот дуализм делает ее уникально привлекательной для истеблишмента — как ориентирующегося на демократов, так и сторонников республиканцев, хотя вряд ли они скажут об этом вслух.

Продукт послевоенного поколения, Хиллари не придерживается идей американской исключительности и самоназначенной роли страны в качестве лидера «свободного мира». В этом она не более разрушительна для российско-американских отношений, чем Барак Обама. Но это вовсе не делает ее «голубем».

В отличие от действующего президента она показала себя убежденным сторонником военных инструментов и фанатичным приверженцем насильственных форм интервенционизма. Она поддерживала вторжение в Ирак и Ливию. Ярким свидетельством её восприятия может служить облетевшая американские телеканалы сцена почти психопатического ликования по поводу смерти Муаммара Каддафи, в которой она примеряла на себя венок Юлия Цезаря: «…. Мы пришли, мы увидели, он умер».

В случае победы Хиллари Клинтон Москва должна быть готова к большему влиянию неоконсерваторов во внешней политике США. Язвительно критикуемый в России Барак Обама сопротивлялся давлению неоконов в 2012 году, когда они требовали активного участия в войне в Сирии. В том, что касается Украины, Обама проигнорировал предложения занять жесткую линию, которая предполагала предоставление Киеву летального современного оружия. Кроме того, именно действующий президент фактически закрепил отказ США от практических шагов по расширению НАТО за счет других государств бывшего СССР. В президентство Клинтон с высокой долей вероятности России придется со всем этим столкнуться.

Обама позволил Хиллари в бытность госсекретарем сохранить аппарат госдепартамента, сформированный неоконами из администрации Буша в качестве базы своей команды, формирующей политику в отношении Восточной Европы. При Джоне Керри те же люди остались на еще один президентский срок. Так, помощник государственного секретаря по делам Европы и Евразии Виктория Нуланд — жена знакового представителя неоконсервативного лагеря Роберта Кейгана. Не стоит ожидать, что, став президентом, Клинтон пойдет на пересмотр кадровых подходов к формированию внешнеполитического ведомства. Американские ястребы, получив идеологически близкого президента, обретут лишь новые возможности для реализации провокационной антироссийской политики.

Характерная черта отношения Обамы к России — отсутствие интереса к теме. Как и большинство политиков его поколения и биографии, Обама рассматривает напряженность в отношениях с Москвой не как проблему сегодняшнего дня, решение которой нужно искать действующим политикам в Москве и Вашингтоне, а как пережиток холодной войны.

Хиллари исходит из совершенно иной парадигмы. В ее картине мира Россия занимает одно из центральных мест в списке антагонистов. Что еще более важно, Клинтон на сто процентов совпадает с неоконсерваторами в выборе стратегий противодействия. Центральной идеей для нее остается деконструкция неугодных политических систем. В отношении Ирана Клинтон единственная из всех основных кандидатов в ходе дебатов подчеркивала необходимость поддержки сил, оппозиционных текущему режиму, как гарантию безопасности США. Для нее основным инструментом дипломатии представляется не поиск компромиссов и сближение позиций, а устранение оппонента.

Неоконсерваторы, на которых опирается во внешней политике Хиллари, не смогут принять никакой вид партнерства или сотрудничества с Кремлем ни по одному из вопросов. Для неоконов неприемлемы никакие попытки самостоятельной внешней политики прочих государств. Четким доказательством этого факта выступает непрекращающаяся более десяти лет в контролируемых неоконсерваторами изданиях кампания жесточайшей критики Франции и Германии за противодействие вторжению в Ирак в 2004-м. Еще одним доказательством является прямое и открытое вмешательство неоконов в агитацию на референдуме в Великобритании по статусу страны в ЕС.

Президентство Хиллари Клинтон, если быстро не сформировать политику блокирования таких «стратегий», рискует привести отношения России и США в самую нижнюю точку, сопоставимую с ситуацией кубинского ракетного кризиса. И это не преувеличение. В 2014 году она сравнила Владимира Путина с Адольфом Гитлером. Любой аналитик, в том числе в США, понимает, что это была четко выстроенная провокация. Тем не менее, ответ Путина тогда был подчеркнуто примирительный. «Лучше не спорить с женщинами… Но г-жа Клинтон никогда не была очень уж изящна в своих заявлениях», — сказал он телеканалу «France 24». Так можно отреагировать на заявления претендента. Но на подобную фразу президента уже придется реагировать куда жестче — и Путин это отлично понимает.

В глазах не только российского, но и даже американского читателя неоконсерваторы всегда были боевым отрядом республиканской партии. Очень вероятно, симпатии Хиллари Клинтон позволят им вернуться на первые роли в политике США и в администрации демократов.

Сегодня именно это — важнейший внешнеполитический вызов для России на американском направлении.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS