Прощание с Брюсселем | Продолжение проекта "Русская Весна"

Прощание с Брюсселем

Побег из Единой Европы удался. Сенсация, в которой сильно сомневались мировые аналитики, состоялась. Окончательные результаты всенародного голосования по поводу членства Великобритании в ЕС таковы: 52 % британцев (17,41 млн избирателей) проголосовали за выход Соединенного Королевства из Союза, тогда как 48 % (16,14 млн) выступили за то, чтобы остаться.

Премьер-министр Дэвид Кэмерон уходит в отставку. А ведь провести референдум в случае победы Консервативной партии — это была его инициатива, его предвыборное обещание, данное ещё в январе 2013 года. Идею всенародного голосования по поводу нахождения страны в ЕС поддержали разные политические силы — от крайне правых до умеренно левых: Партия независимости Соединенного Королевства, Британская национальная партия, Зелёная партия Англии и Уэльса, Демократическая юнионистская партияи партия "Respect" («Уважение»).

В то же самое время руководство Лейбористской партии заявило, что референдум стоит проводить только в том случае, если возникнет угроза перехода каких-то государственно-политических функций страны к ЕС. Примерно такие же позиции заняла и партия либеральных демократов, являющаяся наиболее последовательной силой еврооптимистов.

Сам Кэмерон видел свою главную задачу в том, чтобы провести переговоры с другими странами ЕС и добиться нового статуса, дающего гарантии сохранения национального суверенитета. Такого соглашения удалось достичь 20 февраля 2016 года: Великобритании позволено было не участвовать в дальнейшей политической интеграции Союза. Однако в юридическую силу особый политический статус туманного Альбиона должен был вступить только после того, как Великобритания подтвердит своё членство в ЕС, чего так и не произошло.

По инициативе Кэмерона Европейский Совет расширял возможности национальных парламентов, желающих оспорить какой-либо союзный законопроект.

Был создан и защитный механизм, призванный сдерживать стремительный наплыв «мигрантов». Компромиссом казалась следующая схема. Если одна из стран ЕС сообщает Еврокомиссии и Совету об угрозе для социально-политической стабильности, то Брюссель может разрешить данной стране ограничить доступ мигрантов к рабочим пособиям. Но распространять этот запрет планировалось лишь на тех, кто приехал после ограничительного решения Совета и Комиссии. К тому же, такая мера могла вводиться только на четыре года и только один раз.

Как очевидно, успех, достигнутый британским руководством на переговорах с евробюрократией, был весьма относителен. За ЕС оставалось право вето на законодательные и антимиграционные инициативы национальных правительств, и этим правом Брюссель, скорее всего, пользовался бы без лишних церемоний. Между тем сам Кэмерон посчитал свои цели достигнутыми и призвал голосовать за членство в ЕС. (Хотя в то же время отдельным функционерам правящей партии было торжественно разрешено агитировать за выход страны из Союза.)

Вопрос о членстве в ЕС вызвал жаркие дискуссии, в ходе которых противники выхода представили довольно-таки серьезную аргументацию. На первом месте были доводы, скажем так, «торгово-экономического» характера. Еврооптимисты отмечали, что членство в ЕС облегчает продажу британских товаров в разные европейские страны. Да и саму проблему миграции они интерпретировали в позитивном ключе: мол, мигранты, которые приезжают в страну, — люди, в основном, молодые. Они желают работать, что очень даже на благо британской экономике и казне.

Еврооптимисты обращают внимание на то, что примерно 3,5 млн рабочих мест зависят именно от нынешних, тесных отношений с другими странами ЕС. На эти страны приходится и более половины всей торговли. А львиная доля инвестиций поступает в Британию благодаря принадлежности к единому европейскому рынку.

Высказывались и соображения «идеологического» характера. По мнению еврооптимистов, выход страны из ЕС разрушит имидж Великобритании как серьёзной державы. Вполне вероятен и удар по национальной безопасности. Так, полиция страны лишится доступа к общеевропейским программам по борьбе с терроризмом.

Против выхода страны решительно выступили региональные политики. Премьер-министр фрондирующей Шотландии Никола Старджен заявила, что решение покинуть ЕС должно быть принято всеми народами Соединенного Королевства. Иначе выход будет противоречить их воле. (Кстати, в самой Шотландии, согласно результатам голосования, за выход высказалось менее 40 % пришедших к урнам.) Вдобавок руководство Шотландской национальной партии пригрозило вторым референдумом о независимости региона. (Если Англия выйдет из ЕС, Шотландия останется там как независимое от Англии государство.)

Евроскептики также представили свои аргументы. Они говорят об угрозе создания «Соединенных Штатов Европы», в которых будет растворён национальный суверенитет всех европейских стран. (Здесь можно вспомнить знаменитого британского премьера, тори Уинстона Черчилля, призвавшего в 1946 году к образованию именно СШЕ.) По мнению сторонников выхода, членство в ЕС замедляет развитие британской экономики. Брюссель принимает много совсем уж лишних директив и законов. А Лондон вынужден платить солидную сумму в общеевропейскую казну, получая оттуда намного меньше вложенного.

Вот характерное мнение парламентария-консерватора Филиппа Дэвиса, который первым из всех депутатов призвал к выходу из ЕС: «Экономические причины — основные причины, по которым мы должны выйти из ЕС. Великобритания выстроила свою мощь благодаря торговле со всем миром. ЕС — это сила, которая сейчас находится в упадке. Как мы можем расти, если будем частью увядающей экономики? Это угроза, а не потенциал. Наше будущее процветание зависит от торговли с такими странами, как Китай, Индия, Бразилия, африканские страны. Именно в этих регионах сосредоточен будущий рост, и именно туда нам нужно идти, избавившись от балласта ЕС, который замкнут на себе. Европейский союз был создан как экономический проект, но он превратился в проект политический. Стоит посмотреть на такие страны, как Греция, Италия, Испания — они сейчас беднее, чем были до вступления в ЕС! Конечно, в Европе есть маленькие страны, которым очень выгодно членство в ЕС, потому что они являются получателями европейских денег. Великобритания же среди спонсоров! Мы — пятая экономика мира, ЕС нам совершенно не нужен. Мы ничего не выигрываем от членства, мы, наоборот, за него платим». («Британцы не любят, когда их запугивают и склоняют силой» // «Политконсерватизм.Ру»)

Любопытно, что крупный бизнес как раз выступает против выхода. «Акулы капитала» уверены, что членство в ЕС облегчает продажу товаров, а также перемещение капиталов и сотрудников. А вот средний и мелкий бизнес, напротив, склоняется к выходу. Его представители считают, что полная независимость страны облегчит заключение торговых договоров с другими странами. Кроме того, они жаждут сокращения бюрократических процедур, которые так любят в Брюсселе. При этом Торговая палата Великобритании раскололась (как и вся страна) надвое. За выход из ЕС выступают 45 % её членов. Налицо ещё один раскол британского общества — теперь уже по линии бизнеса.

В авангарде евроскептицизма стоит правоконсервативная Партия Независимости Соединённого Королевства («United Kingdom Independence Party»). Она была создана в 1993 году функционерами Консервативной партии, недовольными подписанием Маастрихтских соглашений. ПНСК выступает за выход из ЕС и за проведение довольно жёсткой антииммиграционной политики. Она настаивает на том, чтобы новые рабочие места создавались именно для «коренных британцев».

Проведём небольшой экскурс в историю. Отношение Великобритании к евроинтеграции всегда выглядело сложным и противоречивым. Было время, когда Лондон пытался возглавить, или точнее — перехватить этот процесс, создав в 1960 году мощное альтернативное образование — Единую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ). В неё вошли Дания, Норвегия, Швеция, Австрия, Швейцария и Португалия. Потом присоединился и вездесущий Лихтенштейн. ЕАСТ был в некотором роде параллельным европейским проектом, конкурирующим с Европейским экономическим сообществом, где тон задавали Франция, ФРГ и страны Бенилюкса.

Великобритания очень выгодно использовала ЕАСТ: она покупала товары из стран Содружества наций (своих бывших колоний) и перепродавала их партнёрам по ЕАСТ. Но при этом хитроумный туманный Альбион пытался вступить в Европейское экономическое сообщество (прообраз нынешнего ЕС). Заявку на вступление англичане подали ещё в 1961 году, но этому воспротивилась Франция. Тогдашний президент республики, легендарный генерал Шарль де Голль, сначала склонялся к тому, чтобы принять англичан, но потом изменил своё мнение — ввиду совсем уже откровенной проамериканской политики Лондона.

Положение осложнялось тем, что к евроинтеграции очень скептически относились лейбористы (по «иронии судьбы» сейчас они занимают в целом проевропейскую позицию). Наконец, ЕАСТ надоел Великобритании, и в 1972 году она вместе с Данией вышла оттуда. После этого началось сближение оставшихся членов ассоциации с ЕЭС, которое завершилось образованием единого рынка. А уже в 1973 году Великобритания стала членом Союза, что вызвало очень жёсткие споры. Их разрешили на референдуме в 1975 году — тогда евроинтеграцию поддержало 65 %.

К слову, незадолго до эксперимента с ЕАСТ Великобритания всерьез вынашивала весьма амбициозные планы по... присоединению Франции. В январе 2008 года историки обнаружили давно рассекреченные документы. Из них следовало, что в 1956 году Британия и Франция готовы были объединиться в единое государство. В документах зафиксированы консультации, которые вели между собой премьер-министр Англии Энтони Иден и его французский коллега Ги Молле (в Четвертой республике именно председатель правительства был главой исполнительной власти). Молле вполне себе допускал, что Франция и Британия могут объединиться под главенством королевы Елизаветы. Просчитывался и другой вариант, по которому Франция должна была вступить в Британское Содружество Наций. (Любопытное совпадение: в том же 1956 году Англия вместе с Францией и Израилем вступила в войну с Египтом, чье руководство национализировало Суэцкий канал. Тогда этой акции активно воспротивились заклятые враги — США и Советский Союз, — отложившие на время свои разногласия.)

Итак, после стольких маневров Великобритания выходит. Но возникает вопрос — а что же дальше? Ведь теперь возникнут новые проблемы, уже связанные с политическим единством страны. Очевидно, что поднимет бунт Шотландия, да и Северная Ирландия, где за ЕС высказались более 56 % избирателей, тоже не смолчит.

Впрочем, для самого ЕС выпадение одного из «краеугольных камней Европы» тоже не пройдёт бесследно, Брюсселю не удастся сделать вид, что ничего особенного не произошло. Налицо мощнейший удар по самой идее евроинтеграции.

Означают ли итоги референдума триумф идеи национального суверенитета? Возможно, но стоит предположить и то, что теперь со всей силой будет запущен процесс интеграции евро-атлантической. Давно уже ожидается подписание США и ЕС договора о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнёрстве (ТТИП). Его итогом станет создание обширной зоны свободной торговли, грандиознейшего единого рынка, который охватит 650 млн человек.

Причём одной экономикой этот интеграционный процесс не закончится, ведь ещё в 2009 году Европарламент принял резолюцию, которая предполагает создание некоего «Трансатлантического политического совета». Его планируют наделить весьма солидными полномочиями в вопросах международной политики и безопасности. Характерно, что при этом никаких консультаций с гражданами европейских стран Европарламент не проводил, зато за резолюцию голосовал практически единогласно.

А сам британский опыт могут повторить и в других странах. О таком же голосовании уже заговорили в Нидерландах и в Австрии. Так что в ближайшее время нам предстоит увидеть множество интереснейших политических трансформаций.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS