Это действительно была попытка переворота. Пусть и удивительно бестолковая по содержанию | Продолжение проекта «Русская Весна»

Это действительно была попытка переворота. Пусть и удивительно бестолковая по содержанию

В силу того, что победителям и выгодоприобретателям всего происшедшего оказывается Эрдоган, безусловно, есть большой соблазн заподозрить турецкого президента в том, что он таким затейливым, изощрённым способом подтолкнул события. И псевдопереворот стал поводом для окончательной зачистки вооружённых сил Турции и всех недовольных курсом на исламизацию страны. Такой соблазн существует, и он может быть отражением реальности, а может быть вполне естественным в этой ситуации синдромом заговора. Уж слишком много жертв, уж слишком много обстоятельств, которые говорят в пользу того, что если у Эрдогана и были такие намерения, то осуществление стало авантюрой высокого полёта, которое могло закончиться плачевно для «организаторов». Поэтому что-то удерживает меня от мысли — видеть след Эрдогана.

Куда более правдоподобное обстоятельство — постоянное недовольство, в котором не могут не пребывать вооружённые силы Турции, которых лишили их прежней политической роли, которых персональным образом дискредитируют, вычищают со службы. Турецкие военные живут под впечатлением той роли, которую конституция и завещание Кемаля Ататюрка им предоставили. И они, конечно, не могут не видеть разницы между своим нынешним состоянием и ролью, которая была определена основателем турецкого государства. Тем более, что портреты Ататюрка некто не решается снять, даже Эрдогану, при выступлениях на публике, в спину всегда смотрит портрет Ататюрка. И пока Ататюрк является непререкаемый отцом турецкой нации, Эрдогану приходится сложно объяснять, почему он ведёт свою политику именно так, а не иначе. И главная для него угроза — это военные, которые привыкли к переворотам, и которые осуществляли их несколько раз на протяжении современной истории страны.

Поэтому можно предположить, что это действительно была попытка переворота. Пусть и удивительно бестолковая по содержанию. Но испуг был значительный, и он теперь даёт большие политические выигрыши Эрдогану. Конечно же, Эрдоган спишет на путчистов всё, что угодно, как уже успел списать сбитый в небе над Сирией российский самолёт. Ясно, что Эрдоган пытается выстраивать курс Турции как можно более независимо от мировых центров силы, его не назовёшь верным и во всём послушным союзником США. Он и прежде проявлял своеволие, и теперь его проявляет, требуя выдачи Гюлена. И это своеволие основывается на одному Эрдогану известных основаниях, связанных с действиями США в регионе. Мы видим, что под ударом правительства оказалась база Инджирлик, столица американского присутствия в Турции. Руководство базы арестовано, командир просил у США убежища, но не получил его.

Так что и у США есть основания не любить Эрдогана и желать, чтобы на его место пришёл кто-то другой. Но это вовсе не значит, что я уверен в том, что США двигали офицерами-путчистами. Топорность действий, жертвы, глупые действия лишний раз говорят, что путчисты были слишком самоуверенны, не представляли всех сложностей избранного пути, что обычно бывает с людьми, не имеющими достаточно широкого политического кругозора. Они явно поставили на авантюру, которая не удалась. У путчистов не хватило ни умения, ни решимости, ни понимания довести переворот до конца.

Появились сообщения, со ссылкой на турецкие источники, что целый ряд арестованных действительно когда-то имел отношения с Гюленом. Но если арестовывать всех, кто имел отношения с Гюленом, то надо арестовать самого Эрдогана. Они были союзниками достаточно долгий период. И многое из того, что сегодня проводит Эрдоган, например, курс на новую османизацию — вещи, которые объединяют его с Гюленом. Другое дело, что их дороги в какой-то момент разошлись. Но речь вовсе не в идейных разногласиях, но в личных претензиях и контрпретензиях, прежде всего, в борьбе за лидерство.

Запас прочности у Эрдогана оказался высок. Турция в результате этого псевдопереворота опустилась в любых рейтингах, включая туристические. Но её лидер использует события 15—16 июля как повод для укрепления власти. Он всегда действовал таким образом. Безусловно, сохраняется и зона риска — сегодня не вышло, завтра получится. Для того чтобы этого не произошло, Эрдоган по полной попробует провести устрашение. Отсюда все разговоры о возвращении смертной казни.

Эрдогану придётся наводить свой порядок в вооружённых силах. Это непросто, потому что армия, по крайней мере, офицерский корпус, была и остаётся закрытой кастой. И быстро всё поменять — довольно сложно. Эрдогану не удалось в полной мере стать для вооружённых сил тем, кем он стал для большинства турецкого населения. Турции придётся заново создавать свою армию, заново учить своих офицеров и толпами убирать людей, которые прошли, допустим, через колледжи Гюлена или натовские структуры. Но это может привести к далеко идущим расхождениям между влиятельным военно-политическим истеблишментом и правительством, что опять же будет усугублять ситуацию для Турции как союзницы США по НАТО. Поэтому от Эрдогана следует ожидать некоторой паузы во внешних авантюрах: ему надо разобраться с неизбежными помощниками по таким делам, с вооружёнными силами.

Что касается «связи» турецкого путча с последующими событиями в Армении и Казахстане, то по логике ток-шоу можно подмешать в этот коктейль и «Брекзит», и трагедию в Ницце, и убийства американских полицейских. Но если разбирать по существу, ни армянские, ни казахстанские события не имеют прямой связи с турецкой авантюрой. В первом случае искать такую связь — просто анекдот, учитывая отношения между Арменией и Турцией. В армянском обществе есть радикалы, которые требуют некой войны до победного конца. Жирайр Сефилян, освобождения которого требуют захватившие заложников в Ереване, один из кондотьеров, проявивших себя в ходе карабахской войны. Сефилян зарекомендовал себя в армянской политике как крайний радикал. Он арестовывался, когда в Армению на столетие геноцида приезжали иностранные гости, в том числе Владимир Путин и Франсуа Олланд. Он арестовывался совсем недавно в превентивном порядке, когда визит в Армению совершал Папа Римский. Сефиляна задерживают именно потому, что от него можно всякого ожидать.

Что касается Казахстана, то здесь, на мой взгляд, могут быть две версии. Первая -человек, который открывший стрельбу, как-то связан с ИГИЛ. То есть проявил себя один из одиночек, которые пытаются подтолкнуть Казахстан к исламистскому пути развития. Не только Казахстан, но и Россия, и Таджикистан, и Киргизия стали невольными поставщиками добровольцев в ИГИЛ. И одним из мотивов российской операции в Сирии был — не дать этим людям вернуться, не дать им перенести споры терроризма на территорию России. Второй вариант более прозаический — это неуравновешенный человек, или уголовник, который имеет проблемы в отношениях с правоохранителями. Вспомним, что совсем недавно, до всяких событий в Турции, было вооружённое нападение в Актобе. Общая обстановка в Казахстане не может не подогреваться как в силу ухудшения экономического положения, так и потому, что пробуют себя силы, которые хотят вырваться наружу в постназарбаевский период. Власть пытается действовать достаточно жёстко, и майданы в Казахстане при Назарбаеве вряд ли возможны. Что будет потом — посмотрим. Все понимают, что человек, столько лет находящийся у власти, когда-нибудь да уйдёт. И делают заявки, формируют на будущее свою повестку дня. Казахстан ожидает период, связанный с престолонаследием и реакцией на него — вот к этому, безусловно, надо серьёзно готовиться. Но этот период явно не будет сводиться к стрельбе по отдельным прохожим или сотрудникам правоохранительных органов, которая в данном случае произошло в Алма-Ате.

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS