На этой неделе лидеры «неприлично правых» партий Европы — включая французский «Национальный фронт» Марины Ле Пен, голландскую «Партию Свободы» Герта Вилдерса и «Альтернативу для Германии» — собираются на конференцию.

Обсуждать им, безусловно, есть что. Этот год для европейских «неприлично правых» будет крайне насыщенным.

К реабилитации апартеида

Во Франции Ле Пен гарантированно пройдёт во второй тур президентских выборов, в котором будет биться с приличным правым — Франсуа Фийоном.

В Германии «альтернативщики» предположительно ворвутся в парламент с 12-17% голосов.

В Нидерландах парламентские выборы уже на носу, 17 марта — и, согласно последним опросам, Партию Свободы Вилдерса ожидает яркий триумф и первое место.

Однако кроме потенциальных триумфов (впрочем, не гарантированных: на пути даже Вилдерса к реальной власти стоит бойкот со стороны «приличных партий») национал-популистам Европы предстоит обсуждать ещё и новую идеологию отношений с остальным миром

Как ни странно, общая европейская позиция тут понадобится даже евроскептикам. Поскольку континент всё равно в ближайшие годы останется если не пространством общих интересов, то пространством общих проблем.

И тут есть нюанс, о котором стоит поговорить.

Нынешняя «волна национал-популизма» — это, по сути, реакция граждан Запада на издержки глобализации (вроде терактов, мигрантов и эмиграции промышленности). И если упростить идеи лидеров «новой правой волны» до лозунгов — то они сведутся к восстановлению до-глобалистского уклада жизни.

То есть это, в частности:

1) Поддержка отечественного производителя (см., например, идею Ле Пен о введении солидарного налога на импорт), 2) ужесточение иммиграционного законодательства, 3) прекращение «поддержки паразитов», в число которых внутри европейских стран попадают разного рода понаехавшие, а в рамках большого ЕС — страны Юга и Востока, получающие многомиллиардную непрерывную помощь. «Русский вопрос», хоть и очень громкий, для самих европейских правых по сути лишь часть «вопроса о паразитах», многих из которых ЕС поддерживает именно как часть политического курса на противодействие Москве.

Однако штука вся в том, что в случае реализации национал-популистских программ в Европе т.н. «гобальные дисбалансы развития» никуда не исчезнут. Они могут даже усугубиться.

До последнего времени Запад развивался в рамках наднационального имперского проекта. То есть той самой либеральной глобализации, которая сегодня явно вошла в штопор. Метрополией в этой наднациональной империи была, в конечном счёте, даже не Америка, а интернационал элит, десятилетиями выносивших производства из «первого мира» туда, где дешевле, или ввозивших рабочую силу из бедных стран в богатые. В результате элиты эффективно богатели, нищие страны стремительно поднимались к уровню европейской бедноты, этническая картина стран «первого мира» менялась, а белые европейцы и американцы испытывали нарастающее чувство, что они тут лишние.

Так вот: реиндустриализация передовых стран, прекращение «поддержки паразитов» и бархатная самоизоляция от мигрантов — по логике скорее увеличат разрыв между Первым и Третьим мирами, чем сотрут его

Заметим, что все последние годы в мире фиксируется нарастающее отставание бедных от богатых по всем параметрам. Бедные слои глобального населения отстают от богатых, а «развивающиеся» страны — от развитых. При этом бедные могут даже богатеть — просто богатых им всё равно не нагнать. Бедняк, получающий 100 долларов, может нарастить свои доходы на 20%. Миллионер, получающий 1 млрд долларов, может нарастить свои доходы всего-то на 1%. Но в его одном проценте уместится миллион бедняков со всем их ростом богатства.

Отказ стран Запада от какого-никакого, но всё-таки глобального мессианского проекта это неравенство скорее подсветит, чем смягчит.

То есть передовым государствам предстоит жить в мире, где увеличивающееся большинство населения будет всё более отставать от меньшинства

При этом (с учётом того, что современный мир куда теснее, чем в прошлые века) — самоизолироваться от «отсталых» той же Европе также будет куда сложнее. Если сегодня европейские берега штурмует от полумиллиона до полутора миллионов нелегалов ежегодно — вряд ли в будущем, где бедных станет больше, претенденты закончатся. Если сейчас «белую Европу» мстительные нищие взрывают и давят фурами несколько раз в год — вряд ли в будущем желающих делать это станет меньше.

А далее начинается самое интересное.

Есть основания полагать, что образцом для нового будущего мироустройства, скорее всего, станет Южная Африка времён апартеида

Напомним: эта концепция состояла в раздельном проживании различных расово-этнических групп в рамках одной, достаточно тесной территории. Богатые белые кальвинисты проживали в европейских домах с бассейнами, виноградниками и угодьями, огороженные каменными заборами. Бедные чёрные кафры жили в самоуправляемых бантустанах и обязаны были носить с собой аусвайсы. Белые допускали чёрных на территорию своих городов исключительно «с восьми до восьми» в качестве рабочей силы, именовали низшей расой и запрещали с ними смешиваться.

Тот апартеид, как мы помним — был разгромлен совместными усилиями глобализирующегося человечества. Аусвайсы были отменены, а смешиваться разрешили. Президентами ЮАР начали выбирать негров. Попытка белых радикалов отгородиться от новой Южной Африки и объявить независимость от неё была оперативно раздавлена.

И ЮАР превратилась в своего рода «пародию на глобализацию».

То есть сегодня, спустя 20 лет после формальной победы равенства, система раздельного проживания никуда не исчезла. Просто она обогатилась, усложнилась и стала мультикультурной.

Иными словами, теперь богатые белые и богатые чёрные проживают в европейских домах с бассейнами, а нищие чёрные и белые — по-прежнему за заборами — влачат что-то похожее на жизнь в обстановке непрерывного бандитизма, изнасилований и гуманитарной помощи.

Кто выиграл от случившегося — так это производители заборов. Теперь последние стали куда выше, и они оснащены колючей проволокой, и снабжены мощнейшей сигнализацией, и вообще секьюрити-бизнес в ЮАР процветает.

Так вот: в ближайшие годы Западу (если он действительно «деглобализируется» и откажется от либерального мессианства) предстоит, возможно, официально реабилитировать в глобальном масштабе ту самую систему, которую он в своё время демонтировал в Южной Африке

То есть систему «раздельного проживания» образованного и богатого меньшинства наций с необразованным и нищим большинством.

С разделением если не открыто по расовому, то по «культурному» признаку. С организацией на глобусе «традиционных бантустанов». С восстановленной системой аусвайсов. И с очень быстрым и чётким механизмом репрессий в отношении возомнивших о себе кафров.