Опережающий рост. Миссия выполнима? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Опережающий рост. Миссия выполнима?

Главная тема Петербургского Экономического форума — к 2019–2020 годам обеспечить опережающий рост российской экономики. Предложены две программы развития — Кудрина и Титова — авторы которых рассчитывают, что темпы роста отечественного ВВП должны превзойти среднемировые.

При каких условиях возможно ускоренное развитие России и какая из этих программ более реальна? На эти вопросы «РусНекст» отвечают демограф Владимир Тимаков и экономист Иван Таляронок.

В. В. Тимаков: Чтобы конкурировать с быстрорастущими странами, надо начинать с демографии

Обеспечить рост выше среднемирового очень затруднительно по следующим причинам. Их озвучил, но слишком робко, министр экономического развития Максим Орешкин.

Самый быстрый рост экономики в тех странах, где быстро растёт население, где много новых рабочих рук каждый год добавляется в производство. Там, где население стареет (в Японии, в Европе) рост замедляется.

У нас в ближайшие годы население расти не будет. Скорее всего, на следующие 10–15 лет нас ожидает некоторое сокращение. И точно будет сокращаться число рабочих рук, потому что в рабочий возраст вступает прореженное поколение девяностых, а покидает рабочие места самое многочисленное поколение пятидесятых годов рождения.

В таких обстоятельствах обеспечить опережающий рост экономики, на мой взгляд, невозможно. Знаете, кто сейчас растёт быстрее всех? Эфиопия, Бангладеш, среди стран СНГ — Узбекистан. Это страны, где в трудовой возраст вступает втрое больше людей, чем уходит на отдых. Конечно, у них волей-неволей появляются новые рабочие места.

— Так они же на заработки уезжают за границу?

— Далеко не все уезжают. Но и те, кто уезжает, переводят деньги домой, тем самым вкладывают в свою экономику. Мировой рост будут определять страны юга, где происходит демографический бум.

Кроме того, необходимо учитывать климат. Мировая экономика в целом смещается в зону безморозных зим. Всё, что не привязано к территории, все урбанистические отрасли (это всё, кроме сельского хозяйства и добычи ископаемых) перемещаются в мегаполисы с минимальными энергетическими издержками, в субтропики. Я докладывал об этой тенденции на Московском Экономическом форуме. Такая тенденция наблюдается и в США, и в Китае.

Россия как холодная страна непривлекательна для инвестиций в эти городские отрасли. Согласитесь, зачем строить завод там, где нужно отапливать помещения (и производственные, и офисные, и жилые), если можно построить его там, где отопление ни к чему, что позволит сократить издержки на энергетику и строительство?

Наши кабинетные экономисты мыслят в каком-то виртуальном, безвоздушном пространстве. Людские ресурсы ещё как-то учитывают (тот же Кудрин, который предлагает не отпускать в 60 лет на пенсию), а природу вообще игнорируют. Поэтому их планы кажутся мне беспочвенными.

На мой взгляд, разговор об опережающем развитии надо начинать с демографии. Человеческий капитал — это не только образование и здоровье. Это прежде всего сам факт рождения людей. Если не будут предприняты энергичные вложения в демографический рост, если в России не станет нормой трёхдетная семья, экономика не сможет расти быстрее среднемировой.

— Инерционный прогноз обещает нам прирост около 1,5% в год. Примерно столько же, сколько в Евросоюзе. Так мы никогда не догоним Европу?

— Полтора процента у нас и у них — это совершенно разный рост. У нас население стабильно, и даже может сокращаться, то есть уровень жизни при инерционной ситуации будет ощутимо расти. В большинстве европейских стран рост ВВП почти целиком нивелируется таким же приростом населения за счёт миграции. В Европе при таких темпах роста ожидается стагнация жизненного уровня, отягощённая нарастающим миграционным кризисом, конфликтом этнических культур.

Полагаю, если мы в этих условиях обеспечим рост, равны европейскому, это будет вполне реалистично и очень неплохо.

Думаю, не стоит переживать, что Россию не ожидает лавина инвестиций и экономический бум. Это значит, что миграционный бум тоже не ожидается. Китайцев, которыми пугают вот уже несколько десятилетий, точно никаких не ожидается. Для меня это гораздо важнее.

Гораздо важнее сохранить наш народ, нашу территорию, а не радикально повысить потребление. Все «заевшиеся» нации плохо кончали: возьмите Карфаген, Рим, Византию. И Евросоюзу светит такая же кончина, по очень похожему сценарию.

Поэтому я призываю политических вождей озаботиться тем, как обеспечить демографический рост. Будут люди — они и экономический рост обеспечат.

И. С. Таляронок: Либеральный шаблон для нас — это катастрофа

Задача опережающего роста? Очень интересно слушать рассуждения, выраженные в умных терминах. А давайте посмотрим, что говорит мировой опыт? У кого был опережающий рост за последние лет двадцать-тридцать?

Обычно говорят, что для опережающего роста нужны свободная экономика, демократия, либеральные условия, свобода, частная инициатива, инвестиционный климат. Но вот страны, которые оказались на вершине мирового рейтинга, по данным Всемирного банка, с 1990 года, очень плохо подходят под этот «идеальный портрет».

Давайте не будем ориентироваться на примеры всяких карликов, типа Сингапура или Экваториальной Гвинеи, потому что для большой страны такие примеры не годятся. А без них кто же там впереди? Китай, Вьетнам, Лаос — социалистические страны. Бирма (Мьянма) — военная диктатура. Бангладеш — военная диктатура. (Имею в виду не современное состояние, а основную часть исследуемого промежутка с 1990 года). Эфиопия — тоже диктатура. Южная Корея — ещё более-менее подходит под определение либеральной страны, хотя с большой натяжкой. Малайзия — смешанный такой тип, национально-авторитарные тенденции во власти. Мозамбик, Уганда, Индия — все весьма далеки от идеальной либеральной модели.

Из наших бывших братских республик кто развивался быстрее всех? Узбекистан, Азербайджан и Туркмения — на пути к либерализму последние в очереди. Зато первые в рейтинге роста за 25 прошедших лет. А хуже всех развиваются — Грузия и Украина, которых всё время приводят в пример, как прилежных учеников свободного мира.

— Что же, либеральная модель не ускоряет, а тормозит экономический рост?

— Не так категорично. Просто экономика очень мало зависит от политического шаманства, у неё свои законы. Либеральная теория — это такая религия, которая не хочет изучать реальную жизнь. Это вроде диетологических сект таких безумных, когда одни кричат: ни в коем случае нельзя пить молоко! Другие заявляют: не может человек быть здоровым без молока! А на самом деле всё индивидуально, одним молоко полезно, другим нет — и главное дело в мере. Каждому надо подобрать свою меру. Так и экономика — каждой стране в каждую эпоху нужна своя мера государственного контроля и свободы.

— С этим трудно поспорить. Но всё же, в чём секрет экономического роста перечисленных Вами стран? Ведь именно они развивались с 1990 года быстрее всех…

— Никакого секрета. Опережающий рост правильнее назвать догоняющим ростом. Быстрее других развивались те, кто отстал. Когда молодёжь этих наций получила более-менее сносное образование, когда они получили информацию о технических достижениях передовых стран, когда начали это осваивать — у них и пошёл ускоренный рост.

Таким образом Япония, например, догоняла Европу и Америку. У японцев была самая высокая образовательная база, потому они очень быстро смогли перенять лучшие достижения, первыми совершили рывок. А когда приблизились к европейскому уровню, тут «японское чудо» и закончилось. Потолок достигнут. Потом в такую же фазу вступили Китай и Корея, теперь настало время Индии и Вьетнама, и вот уже Африка на подходе. Скорость роста — это, прежде всего, скорость освоения передовых технологий, что тесно связано с образовательным уровнем.

— А разве не тот растёт быстрее, кто создаёт технологии? Быстрее того, кто перенимает?

— Создавать труднее, чем перенимать. Первому идти труднее, догонять легче. Догоняющий быстрее бежит.

— Но ведь страны Запада ушли вперёд, когда стали центрами технологического прогресса…

— Страны Запада ушли вперёд, кода стали центрами мирового колониального грабежа. Тогда у них появились деньги на то, чтобы стать центрами технологического прогресса.

Когда рухнула система колониализма — бывшие колонии начали навёрстывать отставание. Хотя и сегодня неоколониальные механизмы продолжают действовать в пользу Запада — даже эмиссия доллара и евро выполняет функцию перекачки денег. Но опережающего роста обеспечить уже не может.

— Хорошо, а Россия не может наверстать своё отставание путём опережающего роста?

— Отставание от кого?

— От западных стран.

— Кто-то из блогеров сформулировал вопрос по книге Робинсона и Аджемоглу: Почему одни страны богатые, другие бедные, а Россия ни то, ни сё? Я бы ответил на него очень просто. Объяснений, конечно, много, но надо уметь выделять главное. А главное в том, что Россия никогда никого не грабила, и никому не позволяла грабить себя.

До эпохи колониальных захватов все локальные цивилизации мира находились на очень близком уровне развития. Мэдиссон признаёт, что до 1500 года ведущие нации различались не более чем на 20–40% по душевому ВВП. А потом уже пошли различия в разы и на порядки. Метрополии ушли вперёд, колонии провалились. Россия же всегда была близка к среднемировому уровню.

Сегодня уровень жизни в России существенно выше среднемирового, процентов на 50–60. (Это по паритету покупательной способности). Это уникальная ситуация в нашей истории. Мы никогда так богато не жили.

В нашей экономике не может работать догоняющий фактор, — мы развиты выше среднего. Догоняют те, кто ниже, они приближаются к среднему. Нам же предстоит не догонять, а удерживать достигнутое.

Повторить опыт тёплых приморских стран — Японии, Южной Кореи, далеко перепрыгнувших середину, почти дотянувшихся до уровня европейского благоденствия — мы не сможем, потому что мы не тёплая приморская страна. Инвестиции в холодное, редконаселённое пространство гораздо менее рентабельны, чем инвестиции в тёплые, приморские, густонаселённые зоны.

— А как же Канада, Финляндия, Швеция? Эти страны холодные, но относятся к числу богатейших…

— Называть Швецию и Финляндию холодными странами (по нашим, российским меркам) может только тот, кто судит о климате, лёжа в шезлонге на летнем отдыхе. В Сочи летом загорать жарко, в Стокгольме холодно. Но холодно летом в шезлонге и холодно зимой в шубе — как это можно сравнивать?

Я жил в Стокгольме, изучал там налоговую систему и знаю тамошний климат. Шведская зима сравнима с краснодарской, нигде больше в России такой мягкой зимы нет. А энергетические издержки создаются как раз зимой, а не летом. Зимняя температура — критерий издержек. Скандинавское лето как раз снижает энергетические издержки — не надо кондиционер включать. Хотя кондиционер в сравнении с отоплением — это тьфу, пустяковый расход.

Канада — другое дело. Климат Канады сравним с российским. Но в России на квадратный километр производится 210 тысяч долларов ВВП, а в Канаде — всего 160 тысяч. Какая же территория недоинвестирована? Куда потекут вложения в первую очередь? Ответ очевиден.

Россия по среднемировым меркам, по стандартам мирового рынка — чрезмерно развитая страна. В условиях свободного рынка, максимально либерального, не сюда будут течь инвестиции, а отсюда. Что мы, собственно, и наблюдаем с 1991 года, Отток капитала стабильно превышает приток.

Наша главная задача, чего не хотят признавать либеральные шаманы: не приток чужих капиталов обеспечить, а удержать отток своих.

— Если такие условия у нас неблагоприятные, как же удалось подняться выше среднемирового уровня? В какой-то момент было у нас, выходит, опережающее развитие?

— Это было впервые достигнуто в советский период. Был полностью перекрыт отток капиталов и всё сэкономленное вкладывалось в развитие, в образование, науку, инфраструктуру и производство. Наши деды, прадеды не видели роскоши, на всём экономили, но создали для нас мощнейший задел, который их потомки под либеральные заклинания начали бездарно прожигать.

Если бы не Путин, который вернул в экономику хоть какие-то элементы государственного контроля, и не удачная конъюнктура нефтяных цен в нулевые годы, мы бы уже сидели у разбитого корыта. При начале реформ либералы обещали, что выведут страну на мировой уровень — вот и достигли бы уже среднемирового уровня, то есть упали. Жили бы на треть хуже, чем сейчас, примерно как Алжир или Колумбия. Да, собственно к 1998–99 годам мы на этом уровне, среднемировом, и оказались. Это наше место по либеральным правилам игры.

— Считаете, социалистическая экономика эффективней?

— Далеко не во всём. Повторяю, экономике идеологические клише противопоказаны. Но без мощнейшей роли государства Россия быстро развиваться не сможет и даже нынешние позиции не удержит. Либеральный шаблон для нас — это катастрофа.

— Между программами Кудрина и Титова Вам какая ближе?

— Конечно, Титова. Кудринские реформы — это бла-бла, а титовское снижение кредитных ставок — конкретная мера, которая стимулирует бизнес.

Поймите, за либеральной теоретической завесой стоят аппетиты вполне определённых людей, например, банковского сектора. На деловом завтраке ПЭФ Глазьев, Титов говорят: давайте более дешёвые кредиты для развития, снижайте учётную ставку. А Греф, Набиуллина отвечают — нет, надо проводить реформы. Что за эти скрывается? Как это перевести на понятный гражданину язык? Банкиры отвечают: вы там в реальном секторе у себя что-то поменяйте, реформируйтесь, а мы у себя ничего менять не будем, как отжимали драконовский процент, так и продолжим отжимать.

Вы думаете, почему борьба с инфляцией у нас в стране который год важнее борьбы за экономический рост? Всё очень просто. При низкой инфляции максимальна прибыль банков. Они же кредиты выдали под старые, высокие проценты, а снижение инфляции увеличивает их маржу. То, что при этом реальный сектор не растёт, для банковского лобби неважно — важно, что у них в кармане растёт.

— Что бы Вы предложили делать?

— Прежде всего, не приватизировать, как предлагают либералы, а национализировать госсектор. Да, не удивляйтесь, потому что сейчас госкорпорации действуют как частные предприятия, отданные на откуп чиновникам. Руководители госкорпораций получают на порядки больше, чем министры. Это что, госсектор? Это частная лавочка.

Во избежание массовой утечки капитала нужно национализировать всю добывающую сферу, потому что именно в ней в России за здорово живёшь поднимаются основные деньги и именно отсюда идёт утечка. Посмотрите, в 2015 году разразился кризис, а бегство капитала сократилось. Почему? Это же из кризисной, падающей экономики должен бежать капитал, у нас наоборот! А дело в том, что доходы сырьевиков упали и вывозить стало нечего. Нечему бежать, нет лишнего капитала. В остальных отраслях люди столько не зарабатывают, чтобы миллиарды в оффшоры выводить.

Поэтому добыча должна стать национальной, а вырученные средства государство должно инвестировать в науку, образование, инфраструктуру и производство. В производство не напрямую, а через дешёвый кредит, о чём говорят Глазьев и Титов, поддерживая малый и средний бизнес.

И ни в коем случае не увеличивать размер валютных резервов, это же тоже форма вывода капитала. Во время удачной нефтяной конъюнктуры такой вывод был оправдан, как создание запаса на случай удешевления нефти. Вот, пришло время дешёвой нефти, возвращайте накопленное из-за бугра в родную экономику!

В образование надо минимум удвоить вложения, в науку — удесятерить. За счёт сокращения аппетитов сырьевой и банковской олигархии. Тогда мы сможем если не опережать мировые темпы, то, по крайней мере, удержать то почётное место, которое было завоёвано Россией в середине ХХ века. Развитие, с чего я начал, это освоение и создание новых технологий, то есть, прежде всего, образование и наука. Это априори нерыночные сектора, хотя для внедрения их достижений нужны развитые рыночные механизмы, чего не хватало в СССР.

А рассчитывать, что Россия сравняется по уровню жизни с Евросоюзом — заведомый обман, идеологическая приманка для манипуляции сознанием. У нас неравный исторический и географический бэкграунд, это заклинаниями шаманов не преодолеть.

Сравняться мы можем только в одном случае — когда Евросоюз под потоками беженцев просядет до нашего уровня. Когда потомки колониальных рабов приедут и вернут себе награбленное. Но это программами экономических светил не предусматривается.