День, когда снесли памятник

Мы часто и с удовольствием произносим слова «цивилизованный мир». Так часто, что перестали думать о смысле того, о чём говорим. Так, устойчивое словосочетание, идиома, не более.

Да, я знаю, есть научные определения — и в философии, и в истории, и в социологии, и в экономике.

И есть общепринятые.

Чем измеряется цивилизация? Уровнем жизни? Соблюдением прав и свобод? Техническим оснащением? Всем вышеперечисленным, безусловно. И ещё, как мне кажется, умением жить в ладу с историей собственной страны. И даже не в ладу — в гармонии.

Умением признавать и принимать всё, что было в прошлом, — и успехи, и провалы, и победы, и поражения, и гениев, и злодеев, и героев, и палачей.

Потому как любое настоящее есть не что иное, как продукт прошлого, а будущее, соответственно, формируется именно сегодня.

И совершенно непонятно, состоялись бы герои, не будь злодеев, и случились бы победы, не будь поражений.

Ну помним же бессмертное уже: «Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени?» … «Так что пусть растут деревья, пусть будут тени на земле».

И это ведь не только про добро и зло в библейском прочтении, это и про земных героев и злодеев, про тени и свет в истории стран и народов.

К чему я это?

Этим летом в США сносят памятники конфедератам.

Героям гражданской войны 1861—1865 гг., которые сражались на стороне южан.

Неправильной стороне, как решили спустя 150 лет некоторые неблагодарные потомки.

В ходе новой гражданской войны уже пали генералы Ли, Дэвис, Борегард.

Бесславно пали.

Как презренным конокрадам, им набрасывали петли на шеи и сдёргивали с постаментов. А потом глумились над павшими изваяниями — плевали, пинали ногами, плясали на головах.

Фотография странного юного существа невнятной гендерной принадлежности — большого, нездорово рыхлого, пляшущего на голове поверженного солдата — обошла все мировые СМИ.

И это, если вдуматься, очень страшная фотография. Потому как на ней — торжествующий победитель. И уж не знаю, как вам, но мне этот победитель очень несимпатичен.

К тому же надо понимать, что это может быть только началом.

Говорят, что на очереди знаменитый барельеф в Голливуде, ставший едва ли не вторым символом Америки после статуи Свободы.

А ещё говорят, что первый президент Америки Джордж Вашингтон тоже был рабовладельцем: первых десятерых невольников он получил, когда ему было 11 лет, в наследство от отца. И вполне логично предположить, что рано или поздно настанет его черёд.

Нет, я не радуюсь и не злословлю.

Страшный путь борьбы с собственным прошлым моя страна проходила дважды, в 1917-м и 1991 году.

Оба раза этот парад безумия обернулся для неё годами разрухи и гражданского противостояния.

И нет тут никакой мистики: просто, как думаю, отрекаясь от собственного прошлого, люди заступают за порог того самого условного цивилизованного мира, за которым заканчиваются отнюдь не материальные блага цивилизации, но куда более ценные её достижения — закон и порядок.

И если сегодня неистово, под вопли толпы, можно сдёрнуть памятник с постамента, то завтра почти наверняка можно на той же верёвке вздёрнуть уже и живого человека. Потому что говорит, думает и живёт иначе, чем кажется правильным кому-то другому. Кто пришёл с толпой сторонников, которых на тот момент просто оказалось больше. Но уже завтра мобилизуются те, кто мыслит иначе. И уже к нему, вешателю, придёт толпа с верёвкой. Или приедет чёрный воронок.

Нет, даже не утрирую ничуть. Сколько раз уже было в истории. И нашей, и соседской. У соседей так бушует до сих пор.

Да и у нас нет-нет, да и полыхнёт войной с очередным памятником, бывшим или будущим. Или угрозой сжечь кинотеатр. Кино, да и любое произведение искусства, оно ведь тоже в определённом смысле памятник.

И, если помнит кто, запрещённое в России ИГИЛ начинало в Афганистане именно с этого — с того, что сносило с лица земли памятники чуждой цивилизации.

Варварство начинает сокрушать цивилизацию именно с этого — с памятников.

Не суть, исторических или культурных.

И не важно, как выглядит варвар — как бородатый боевик запрещённой ИГИЛ или рыхлый американский подросток.

День, когда снесли памятник, всегда очень плохой день.

День торжества варварства над цивилизацией.