О, кто-нибудь, приди, нарушь чужих людей соединённость | Продолжение проекта «Русская Весна»

О, кто-нибудь, приди, нарушь чужих людей соединённость

Предстоящий референдум в Курдистане всколыхнет не только Ближний Восток: в ближайшее время мир будет пристально обсуждать тему непризнанных независимых государств и территорий. Если в иракском Курдистане будет провозлашена независимость и ее признает только Израиль, как прдполагают аналитики, то он окажется в статусе Тайваня или Северного Кипра. Эти самопровозглашенные государства признаются одним или несколькими членами ООН, но сами доселе не входят в содружество наций.

Парадоксально, но крупнейшая после Тайваня среди «самопровозглашенных», Приднестровская Молдавская Республика, входит в группу не признанных доселе ни одним членом ООН. В преддверии предполагаемых горячих дебатов о Курдистане и других образований на Ближнем Востоке стоит призадуматься о том, как это может повлиять на судьбу Приднестровья и других непризнанных вотчин на постсоветском пространстве.

Если в кавказском регионе мирное обсутройство осложняется неурегулированностью болезненных конфликтов, то в Приднестровье за четверть века не зафиксировано ни одного выстрела. Молдова и Приднестровье мирно сосуществуют, невзирая на наличие границы и даже на хождение разных денежных знаков. Пересечение границы — быстрая и недокучливая процедура.
Положение дел там никак не напоминает угрюмое и полное напряжения состояние людей при пересечении границ на территории бывшей Югославии. Да и на даже Кипре переход с греческой зоны на турецкую не похож на обыденную и формальную процедуру.
Можно сказать, что межчеловеческие узы, частично оборванные в ходе военных действии в Приднестровье четверть века назад, восстановились и только крепнут. Это государственное рамежевание скорее напоминает полюбовное разделение на два государства Чехословакии, нежели прочие процессы распада и развода на постсоциалистическом пространстве.

Молдаване пошли на сближение с румынами, но без избыточной русофобии, а жители Приднестровья остались оазисом русского мира. Отметим, что молдаване составляют не менее 20% жителей Приднестровья, а в Молдове русское присутствие тоже сохраняется самым заметным образом. Выросшее в постсоветскую пору поколение в обеих странах не испытывает никакой враждебности к соседям, но различные и противоречивые культурные и геполитические направления явственно наблюдаются там.
Собственно, это отражает состояние дел в регионе в течение последних веков. Если Приднестровье было частью России, то прирумыненная Молдова — присоединена вследствие пакта Молотова-Риббентроппа, который был объявлен анулированным властями Молдовы.

Вся эта малодуступная отдаленным от Приднестровья людям проблематика начинает обретать добавочную актуальность вследствие эскалации событий в регионе. И это еще до референдума в Курдистане.

В Москве много говорят о добром настрое молдавского президента Додона. Однако именно за последнее время наблюдается некоторое ожесточение по отношению к Приднестровью со стороны Молдовы. Много делается наперекор воле президента его оппонентами внутри Молдовы, но чувство осажденной крепости в Приднестровье крепнет.

В создавшейся ситуации признание независимого статуса Приднестровья международным сообществом мог бы сыграть позитивную роль. Это звучит парадоксально, но манифестация доброй воли по отношению к Приднестровью и одновременно раширение экономического сотрудничества с Молдовой пошли бы на благо обеим сторонам, и это могло бы стимулировать интеграционные процессы.

События в иракском Курдистане показывают, насколько сложно сохранить унитарную государственную систему, когда различные группы демонстрируют противонаправленные устремления. Не все границы в этом мире соответствуют историческим и геполитиечским реалиям нашего времени. Долгие годы незыблемость границ была незыблемым принципом (за исключением требования к Израилю создать государство Палестина). Однако сам факт существования дюжины самопровозгашенных и непризнанных говорит негерметичности существующих систем сохранения границ. А если взглянуть на расчлененную Сирию и на расчленящийся Ирак, а затем реально посмотреть на тенденции раздрая в некоторых других странах, то задумываешься, не стоит ли прислушаться иногда к поэту? А поэт завещал нам вот так: «О, кто-нибудь, приди, нарушь чужих людей соединённость и разобщённость близких душ!» Ради возможной интеграции в будущем и ради мира в настоящем.