Чьи уши торчат за «Христианским Государством»? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Чьи уши торчат за «Христианским Государством»?

Чего еще захотят эти по непонятным поводам негодующие люди? Может, они, если не остановить их сейчас, вообще заставят всех молиться, поститься и слушать радио «Радонеж»? И тут на сцене появляются провокаторы.

Важный, хотя не единственный, элемент в прискорбных скандалах вокруг фильма «Матильда» — это культурное недоразумение. Две (и более) субкультуры, с разными ценностями, говорящие на разных языках, не понимают друг друга и ошибочно приписывают друг другу зловещие намерения.

Режиссера Учителя обвиняют в том, что он хочет глумиться над святыми и плевать в лицо русскому народу. Сильно сомневаюсь, что это когда-либо входило в его планы. Он просто снимает костюмную драму с адюльтером.

В костюмной драме, помимо собственно костюмов, должны быть бурные эмоции. Мужчины должны подраться из-за женщины. Ну или женщины из-за мужчины, как в данном случае.

Меня самого весь этот эмопорн скорее раздражает, но я тут явно в меньшинстве, поскольку, раз это повторяется из фильма в фильм, народу скорее нравится.

А то, что у наследника престола был платонический роман, который так и не перешел в телесную близость (судя по дневнику самой Матильды) и завершился до его брака — это как-то совсем не бурно, никто ошалело не бегает с кинжалом, никаких эротических цен, повышающих продажи попкорна, и вообще скучновато.

Значит, историческую фактуру надо улучшить — что является совершенно обычной практикой для костюмных фильмов из жизни эксплуататорских классов. Это совершенно стандартная общемировая практика — снимай хоть про святую Жанну д’Арк, но адюльтер вынь да положь.

Ни с каким желанием плевать в русский народ и хулить святых это не связано — а просто таковы законы ремесла, все знают, как снимать коммерческий верняк.

Со стороны православных людей это выглядит иначе. Николай и Александра воспринимаются как светлый, согревающий образ супругов, глубоко преданных друг другу, как свидетельство того, что в мире пошлости и цинизма бывает настоящая, преданная любовь между мужчиной и женщиной. Медовый месяц продолжительностью в 23 года. Они любили друг друга и умерли в один день.

То обстоятельство, что по всему, что нам известно, Николай был глубоко предан своей семье, является важной частью его образа. Соответственно, попытки вписать Николая в любовный треугольник, а Александру заставить пылать злобой к сопернице воспринимаются как клеветнические и невыносимо оскорбительные.

Что, в свою очередь, у части сетевой аудитории вызывает непонимание — ачотакова? А кто не бабник?

Почему бы здоровому мужчине и не разнообразить свою сексуальную жизнь? Босс спит с секретаршей, преподаватель элитной школы — с ученицами, такова жизнь, чтобы мужик имел возможность — и ею не воспользовался, да так не бывает, и что вы нам сказки рассказываете. Все мужики такие, да и бабы тоже…

А тут человек с такими возможностями, как у наследника престола, а затем императора — и чтобы он не пользовался?

На это православные сильно огорчаются и говорят о том, что не только бывает, что босс, или преподаватель, или даже император не спит ни с кем, кроме своей жены, но и такое положение дел является достойным и праведным, должным и спасительным, и в том Николай показывает нам пример, злейшие же клеветники и растлители народных нравов пытаются этот пример уничтожить.

Но ни режиссер, ни те, кто его поддерживают, не являются ни намеренными клеветниками, ни растлителями — гораздо больше похоже на то, что они искренне не понимают всей системы ценностей, в которой брачные обеты имеют значение и у людей могут быть серьезные внутренние причины отказываться от того, чтобы разнообразить свою сексуальную жизнь.

Чтобы служить черную мессу, нужен был священник-расстрига, который ведает, что творит. Но в данном случае мы имеем дело вовсе не с людьми, которые намеренно хулят святых или поощряют такую хулу.

Мы имеем дело с людьми, которые никогда и не были наставлены в этике верности и самоконтроля — и едва ли пытаются разрушить ее сознательно. Не следует домысливать за людьми намерения, которых они, видимо, не имеют.

Не следует приписывать конфликт между двумя субкультурами намеренной агрессии с той или другой стороны — это просто культурное недоразумение. В одной субкультуре считается тяжко компрометирующим то, что в другой считается нормальным.

И в глазах этой субкультуры недовольство православных фильмом, где государь показан участником любовного треугольника, воспринимается как непонятное и потому крайне пугающее — мало ли что еще захотят эти по непонятным поводам негодующие люди? Может, они, если не остановить их сейчас, вообще заставят всех молиться, поститься и слушать радио «Радонеж»?

И тут на сцене появляются провокаторы.

Некое «Христианское Государство — Святая Русь», с названием, явно позаимствованным известно у кого, начинает угрожать кинотеатрам поджогами. А потом человек, состоящий на психиатрическом учете, пытается поджечь кинотеатр, и какие-то неизвестные хулиганы сжигают машину «За Матильду».

Что мы знаем на самом деле про это «Христианское Государство»?

Что Церковь его не знает и знать не желает, и реакция со стороны абсолютно всех церковных людей на поджоги была резко негативной — и Владимир Легойда, и митрополит Иларион, и даже всеми ругаемая Поклонская недвусмысленно осудили противоправные действия, подчеркивая, что настаивают исключительно на мирных и законных путях выражения своей позиции.

Ни на каких церковных ресурсах я не видел интервью с представителями ХГ или статей в их защиту — только статьи с резкой критикой в их адрес.

Зато пространные интервью с лидером ХГ Александром Калининым охотно разместили у себя либеральная «Медуза» и принадлежащая М. Б. Ходорковскому «Открытая Россия». В этих интервью Калинин старательно озвучивает принятые в определенных кругах антицерковные страшилки — мол, да, мы православные, хотим всех загнать в православный Иран. А ослушников сжечь, это уж само собой.

При этом его язык для людей церковных выглядит несколько странно — как будто человек внецерковный старается изображать из себя какого-то глубокого, исконно-посконного православного, но имеет мало опыта общения в церковной среде.

Другой участник ХГ, Мирон Кравченко, как выяснили дотошные журналисты, был не так давно участником «Учредительной конференции по созданию Антипутинского информационного фронта» и снимался, кидая зигу на фоне красно-черного знамени «Правого сектора».

Вся медийная паника про «Православный ИГИЛ», который осуществляет «теракты» и даже «погромы», основана на заявлениях этого странного сообщества, которое никак не связано с Церковью, и на действиях неизвестных хулиганов. Тут явно торчат чьи-то уши, издалека даже несколько похожие на уши М. Б. Ходорковского.

Как же реагировать на все это?

Для начала — изолировать провокаторов. Нет никакого православного ИГИЛ, а равно «Талибана». Есть какой-то слишком уж нарочитый Калинин и боец антипутинского фронта Кравченко.

Да и намеренных хулителей и плевателей тоже нет — а есть субкультура, нравы которой православным чужды и непонятны, и это взаимно.

Поэтому давайте несколько понизим градус полемики.

И обсудим вопрос, который в последнее время, в связи с делом Серебренникова и скандалом вокруг «Матильды», крайне обострился — вопрос о культурной политике государства. Что именно в культуре государство должно поддерживать за счет налогоплательщиков, а какие сто цветов пусть расцветают — но целиком за частный счет.

Выбор редакции
Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники ВКонтакте Telegram RSS