RusNext.ru - Продолжение проекта «Русская Весна»

Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что сайт существует только благодаря доходам от рекламы!

1 GBP   82,6688
1 EUR   73,9327
1 USD   63,4888
10 UAH   24,0124
«Постылая свобода» и великая цифровая революция. Часть 2 | Продолжение проекта «Русская Весна»

«Постылая свобода» и великая цифровая революция. Часть 2

Продолжение. Начало см.здесь.

ПЕРСОНОЦЕНТРИЗМ: РУССКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ ПРОЕКТ

Мы предлагаем иное стратегическое представление о будущем: цифровая революция, как своего рода локомотив, может повлечь за собой информационную революцию (революцию в умах и душах). Это не значит, что цифровая революция неизбежно влечет за собой революцию информационную; это означает следующее: цифровая революция нужна не сама по себе, не для того, чтобы «исправлять нравы с использованием новых возможностей интернета» и прочей цифири, а для того, чтобы высвободить человеческие ресурсы, чтобы развивать мышление, основу основ прогресса. Великая цифровая революция дает человеку великий шанс: не исправлять «старые-добрые» нравы — а мыслить по-новому.


Для этого нужна личность. Персона. Персоноцентризм.


В этом случае русский культурный проект сулит превращение России в мировую культурную державу, а Китаю — в регион с самобытным тоталитаризмом. Ибо: качество «бьет» количество («переходит» в количество, и наоборот; ставка на количество, которое не переходит в качество, — это ставка на стагнацию).

Высвобождение от механической работы (где нет места для раскрытия творческого потенциала разума) порождает не проблему досуга, как это представляется индивиду; она порождает проблему создания разумных потребностей человека, если говорить прямо. Проблема личностного роста из вечно второстепенной превращается в главную. Проиллюстрируем сказанное на примере литературы. Почему — литературы?


Потому что нам нужен простой, яркий и убедительный пример из сферы «человеческого измерения»; где его искать, как не в литературе, специализирующейся (уже тысячелетиями) на поведенческих моделях человека.

Русской, разумеется, литературы. Почему — русской?

В китайской, и даже европейской, подобных примеров попросту нет.


Мы станем говорить о «Евгении Онегине», этой энциклопедии «жизни духа», восхождения от индивида — к личности. Между прочим, мы сейчас обратили внимание на знаковый нюанс: в мировой литературе книг, подобных роману в стихах А. С. Пушкина, не существует. Это книга книг, если угодно.
Книга, как мы помним, о мыслящем человеке, который оказался в драматической ситуации «горе от ума». Кредо Онегина было жестким и принципиальным: «кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей» (следовательно, и себя). Однако кредо содержало в себе и такой момент: Онегин тяготился бесцельным существованием, мучился от того, что никак не мог отыскать главного: за что людей (а значит, и себя) нельзя не уважать. Это ситуация в полной мере экзистенциальная. Универсальная. На все времена. Этим она нам и интересна.


Обратимся к одному из пиковых этапов восхождения Онегина (предфинальному). Напомним: Онегин сполна был наделен дарами судьбы — он был богат, здоров, умен, красив, образован, любим; свободен, наконец. Чего ж вам больше? Однако какой-то неуловимой мелочи, какого-то ментального компонента катастрофически не хватало для счастья. Дары судьбы не радовали, свобода была «постыла» («свою постылую свободу я потерять не захотел», признается Онегин Татьяне). Наступил самый-самый темный час. Который бывает только перед рассветом.


Дожив без цели, без трудов
До двадцати шести годов,
Томясь в бездействии досуга,
Без службы, без жены, без дел,
Ничем заняться не умел.


Вот она, проблема эпохи ИИ: чем занять нигде не работающего, ничем не занятого молодого человека?


На взгляд человека конфуцианского (социоцентрического) и западного (индивидоцентрического) ситуация с Онегиным демонстрирует идеальный капкан: чем богаче одарен человек, тем больше у него шансов оказаться в ловушке праздности. Онегин воспринимается как «лишний человек» в прямом и точном значении этого слова. Человек-разрушитель будущего.


Зачем «мыслителю» ум, если в результате этот несчастный («я думал: вольность и покой замена счастью») оказывается у разбитого корыта без цели, без трудов, без службы, без жены, без дел, в бездействии досуга, без перспектив? Ему и свобода постыла, и воля не мила. Не в коня корм.
Следовательно, человека надо занять, то есть помочь ему избежать гибельных соблазнов праздности (досуга, пустых мечтаний). Ма предлагает твердой рукой направлять человека во всем; Запад предлагает свободно тешить свое эго, также не отвлекаясь на познание себя.
А теперь посмотрим на ситуацию глазами личности. Чем был занят Онегин, в то время, когда он «ничем заняться не умел»? Он думал, мыслил, был занят поисками истины. Он работал, если угодно.


Я думал: вольность и покой
Замена счастью. Боже мой!
Как я ошибся, как наказан.


Он нашел рецепт счастья, он нашел смысл жизни. Он реализовался в сфере высших культурных ценностей человека: истина, добро, красота, свобода, достоинство, счастье для него не пустой звук, а каждодневная реальность. Он нашел, за что следует уважать человека: за то, что человек способен занять себя сам, способен прожить жизнь мыслящего существа, жизнь сознательную, а не бессознательную.


Онегин замечательно, хотя и драматично, воплотил в жизнь русский культурный проект. Занятие ничем не занятого, «бесцельно» живущего Онегина называется жизнетворчество. Джек Ма и иже с ним изо всех стараются занять человека жизнью без творчества, навязать ему образ жизни и образ мыслей, то есть отвлечь его от самого главного в жизни.


Чего не разглядели тонкий Восток и интеллектуальный Запад в умном Онегине?


Они оказались не способны увидеть личность как совокупность разумных потребностей. Сформированные разумом потребности в один прекрасный момент (с точки зрения интеллекта — вдруг, ни с того ни с сего, как-то сказочно!) материализуются в жизнь, которая никому не угрожает, которой война просто ни к чему, ибо негласный девиз Онегина — познай себя ради счастья. Свободная личность никому не угрожает и творит добро ради счастья, которое и есть истина. Бессознательные потребности конфуцианского и западного человека, сформированные с помощью определенных информационных технологий, обрекают человека на жизнь под негласным девизом служи силе, побеждай, подталкивай падающего — стремись к покою и наслаждению. ЗАБУДЬ ПРО ТЕМУ «СТРАТЕГИЧЕСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИНФОРМАЦИЕЙ» — ЭТО ПРЕРОГАТИВА СИЛЬНЫХ МИРА СЕГО.


До поры до времени Онегин действительно воспринимался самими русскими как «лишний человек» — то есть человек из будущего, как мы сейчас понимаем. Для сознания индивидо- и социоцентрического — он останется вечно лишним, потому что сознание такого типа уже вечно вчерашнее.


Высвобождение гигантского количества людей от нетворческой работы «за ради хлеба» (от работы, которую способен выполнять ИИ) порождает невиданную ранее проблему: человек избавляется от необходимости прятаться за работу, прятаться от себя; он поставлен перед необходимостью находить себя,познавать себя. Человек предоставлен самому себе, и проблема смыслов становится проблемой существования и выживания человека.

Ради выживания человек вынужден пестовать в себе личность.

Познание себя (в процессе жизнетворчества) должно стать работой, каждодневным упорным трудом для человека.


Высвобождение от рутинной, механической работы порождает не проблему досуга; она порождает проблему создания личности. Философский (разумный) труд должен стать главным трудом человека.

Почитайте письмо Онегина к Татьяне — письмо умного, тонкого, чрезвычайно одаренного человека. Письмо личности. Такое письмо никогда не напишет ни западный, ни конфуцианский человек. Для них подобный уровень человеческого общения — запределен, роскошь человеческого общения — за семью печатями. Как вход в пещеру в сказке про Али-Бабу, который не умел наживать деньги. Надо знать пароль (культурный код).


И не надо питать иллюзий: нас не поймут. Отношение индивида (информационная основа которого — интеллект) к личности (основа — разум) — комплекс неполноценности. Объективного отношения ждать не приходится.Остается добавить, что персоноцентризм предполагает социально-экономическую модель, противоположную суперкапитализму и конфуцианскому коммунизму. Какую?


На данном этапе это преждевременный вопрос (который, тем не менее, следует держать в уме).


Почему мы настаиваем на том, что ИИ как персоноцентрически ориентированный проект является для России не просто приоритетным, но и, так сказать, традиционно российским, русским (не в этническом смысле, а в культурном)?


Во-первых, у России (к сожалению, пока об этом мало говорится) есть колоссальный задел в отношении указанной нами проблемы; этот задел мы обозначаем следующим образом: ПЕРСОНОЦЕНТРИЗМ: РУССКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ ПРОЕКТ КАК ВЫЗОВ ПРОЦЕССУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ. Личность, которая становится субъектом в контексте проекта ИИ, убедительно была изображена (смоделирована) в классической русской литературе (и не только литературе).

Иначе говоря, всей своей культурной историей Россия подготовлена к этому проекту в аспекте гуманитарном (те же достижения социализма не стоит торопиться стыдливо списывать в утиль).


Во-вторых, сегодняшняя Россия, по нашему разумению, обладает всеми иными условия для реализации проекта. Под необходимыми условиями мы имеем в виду не только материальные, научно-образовательные и человеческие ресурсы, но и моральный климат в обществе, волевой тонус лидеров, понимание стоящих перед страной задач и общий настрой страны (консенсус) на «переворот технологического уклада»; все это позволяет надеяться, что пилотные проекты, наподобие ИИ, должны быть успешными.


В-третьих, время не ждет. Фактор времени становится чрезвычайно важным. Вот почему стратегия «дождаться, пока проблема созреет, оформится и будет осознана до степени „пора что-то делать“», — недальновидна. Проблема созреет и оформится где-то там, на Западе или в Китае, в соответствии с представлением наших партнеров «о добре и зле»; если мы хотим решать проблему в нужном нам ключе, необходимо самым активным образом способствовать ее созреванию в нужном направлении и переводу в плоскость практических решений.

ЛИЧНОСТЬ — МЕРА ВСЕХ ВЕЩЕЙ

Итак, мы имеем три базовых информационных модели, которые предлагаются человечеству в качестве футуристических проектов: социоцентризм, индивидоцентризм и персоноцентризм.

Для социоцентризма мера всех вещей — социальная лояльность и значимость. Отсюда ключевой постулат в трактовке человека: человек (индивид) есть существо СОЦИАЛЬНОбиологическое.


Для индивидоцентризма мера всех вещей — деньги (то есть культ силы). Ключевой постулат: человек (индивид) есть существо БИОсоциальное.

Для персоноцентризма мера всех вещей — личность. Человек есть существо информационное, и приоритет в управлении всего информационного комплекса под названием человек — за разумом. Ключевой постулат: человек есть существо биосоциоДУХОВНОЕ (НРАВСТВЕННОЕ).

Выбирать надо уже сегодня. Понятие «эпоха ИИ» становится больше, нежели понятие «технологический прорыв» («смена технологических укладов»), и даже больше, чем цифровая революция; эпоха ИИ становится моментом истины. Скажи мне, что ты выбираешь, и я скажу, какое будущее тебя ожидает.

При этом первые два проекта направлены на безусловное и бескомпромиссное доминирование. В случае если Западный или Китайский проект станут успешнее иных и обеспечат соответствующим странам лидерство, не стоит ожидать, что они поделятся с кем-либо технологиями. Именно — и принципиально — не поделятся. Ибо цель — господство одного типа социума над всеми остальными. Ожидать следует «жесточайших противостояний в техническом и идеологическом отношениях». Средство разрешения конфликтов в индивидоцентрической модели — война, война, только война и ничего кроме войны. Средство разрешения конфликтов в модели социоцентрической — мягкая сила, принуждение, весьма напоминающее «гуманную войну» и не исключающее применение грубой силы.

И только персоноцентрический проект является подлинно универсальным, в равной степени важным для всех. Именно он потенциально исключает конфронтацию и силовое решение конфликтов (войны), ориентируясь на принцип справедливости. Именно он позволяет направить имеющийся потенциал человека на познание себя и познание мира.

«Информационная смена вех» — переход от бессознательного (психического) типа управления информацией к сознательному (разумному), от индивидоцентризма к персоноцентризму — воспринимается сегодня как фантастика или утопия, то есть не воспринимается в качестве условия для развития ИИ. Проект не замечают ни друзья, ни враги. Почему?

Потому что русский культурный проект воспринимается с позиций индивида, который сегодня, безусловно, доминирует. Он «не захлебывается фантазиями». Однако современному массовому человеку с его культом неразумного потребления нечего делать в эпоху ИИ. Такой тип человека изжил себя. На повестке дня — новый подход к использованию информационных возможностей человека, главный ресурс которого — разум. Иных ресурсов у человека нет!

По сути, речь идет о переходе человека на новую ступень информационного развития. Именно в этом видится революционность «цифровой экономики»: в высвобождении личности. ИИ создает условия для освобождения разума от черновой, не требующей личностных затрат работы. Цифровая революция влечет за собой революцию информационную.


Таким образом, с позиций персоноцентризма задача видится не в том, чтобы сделать производство «безлюдным», а в том, чтобы «безлюдное производство» стало условием для личностного роста (не для более эффективного управления массами). Если «цифровая революция» влечет за собой информационную эволюцию, человечество получает шанс на устойчивый прогресс; если цифровая революция становится инструментом порабощения — мир может скатиться в рабство.

Потребности личности должны стать приоритетом для развития ИИ: этот гуманитарный парадокс — ключ к развитию цифровых технологий. Гуманитарных, философско-этических препятствий для развития ИИ не существует. Выявление точек роста для потенциала ИИ сегодня требует одного условия, которое завтра окажется решающим, судьбоносным, а именно: наиболее благоприятная информационная среда для развития ИИ как инструмента беспрецедентного развития экономики — это зона интересов личности.

ИСТОРИЧЕСКИЙ ШАНС ДЛЯ РОССИИ

В этой связи обратим внимание на очень важный момент. Фактически Россия получает шанс (либо — утрачивает этот шанс) оказаться в авангарде колоссальных изменений информационного климата на планете. Уже само участие в подобном проекте обеспечивает России, даже с точки зрения имиджа, статус величайшей культурной державы мира. Перед нами тот случай, когда участие само по себе — победа. Но главное, конечно, — победа в битве цивилизаций. Одна на всех (в масштабе планеты).

Перспективы превращения России в величайшую культурную и технологическую державу мира стоят того, чтобы к ним отнестись серьезно.
Можно, конечно, назвать то, что мы предлагаем, очередной вариацией на тему создания нового человека (классическую тему всех революций) — и тем самым приписать проекту черты прожектерства (дескать, все это — плохо забытое старое).

В этой связи хочется сказать следующее. Речь идет не о создании нового человека (такая постановка вопроса действительно отдает авантюрой и утопией); речь идет о создании новых потребностей, нового качества мышления — в конечном счете, о новом отношении к миру.
Новый (другой) человек — и новое отношение к миру: разница очевидна.

В чем суть новых потребностей, порожденных новым мышлением?

Сегодня никого не удивишь отношением к человеку как феномену, в котором противоречиво сосуществуют план природно-соматический и план ментальный (духовный). Телесно-психологическое начало при этом часто рассматривается как низшее, а сознательно-психологическое — как высшее. Пожалуй, такой подход можно назвать традиционным раскладом информационных возможностей человека.

В таком подходе выделяются две крайности. Первая: преобладание потребностей тела (в широком смысле — сферы бессознательного) над сферой сознания. Именно такова информационная модель массового человека.

Вторая: отдельные (и потому часто яркие) случаи доминирования потребностей идеальных над телесно-материальными.
Как мы полагаем, невозможно изменить информационный расклад тело — психика — сознание. (Все революционные изменения, заметим, ведущие к созданию нового человека, суть изменения в сознании, которые ведут к изменениям в области эмоций.) Однако можно по-новому к нему отнестись.


Наши предложения сводятся к следующему:Прогресс в информационном развитии человека закономерно и неизбежно приводит ко все большему смещению функций управления от сферы бессознательного к сфере сознания. Обратный процесс следует квалифицировать как регресс и деградацию.

Очевидно, что сам процесс информационного развития (прогресс) поддается регуляции. Речь не идет о тотальном контроле; речь идет именно о стратегическом управлении.


Если это так, то указанный нами прогресс неизбежно приведет к тому, что количество людей разумных (ориентированных на разумные потребности) рано или поздно возрастет настолько, что можно и нужно будет ставить вопрос о новом качестве человеческой жизни — то есть о структурном изменении в сфере потребностей. Прогресс — это движение от потребностей неразумных (взращенных бессознательно) к разумным.


Подчеркнем: речь не идет об обращении всех неразумных в разумную веру, не ставится задача превратить всех неразумных в разумных и тем самым сделать человека разумного массовым человеком (новым человеком). Это все из области революционных химер (принимающих, само собой, форму добрых намерений). Речь идет о человеке разумном как социальном ориентире.


Смена одной информационной модели человека на другую (социоцентрической на персоноцентрическую) естественным образом приводит к созданию новых потребностей.

Описанный процесс информационных изменений (прогресс) можно назвать сменой типов управления информацией. Этот процесс нельзя назвать революцией, ибо изменения (революционные по факту) принципиально эволюционны.

Инвестиции в личностный рост — это лучшие инвестиции в будущее. При любом раскладе это беспроигрышные инвестиции.

Ориентация на личность — это инвестиции в дело мира. Рано или поздно это должно стать общемировой стратегией. Социально-политическое устройство мира на принципах справедливости — прямое дело личности. Без личности как инструмента прогресса про социальную справедливость можно забыть. СОЦИАЛЬНАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ РЕАЛИЗУЕМА ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ ЛИЧНОСТЬ.

Ориентация на личность — это подготовка высокоразвитых и высоконравственных патриотов. Даже если мир — это война, личность все равно необходима. Личность и патриотизм — понятия неразделимые.

Личность — это вопрос национальной безопасности и открытости миру одновременно. Тут ни убавить ни прибавить.


Ориентация на личность — это вклад (уже в технологическом смысле) в подготовку завтрашних специалистов в сфере ИИ, ибо люди с развитым мышлением, умеющие оперировать массивами информации (вычленяя скрытые закономерности), будут определять горизонты развития ИИ. РАЗУМ БУДЕТ ОПРЕДЕЛЯТЬ РАЗВИТИЕ ИИ, НИКАК НЕ НАОБОРОТ.

И в широком, и в узком, и в универсальном, и в каком угодно смысле ориентация на личность — это беспроигрышная инвестиционная стратегия.

 

Об авторе: А.Н.Андреев  —  доктор филологических наук, профессор (Минск, Беларусь)