Про так и не выжатую слезу | Продолжение проекта «Русская Весна»

Про так и не выжатую слезу

B самый раз к католической Пасхе, к шоколадным зайцам, яйцам и курочкам в ажурных корзинках с Конференции епископов Франции (CEF) подоспела интересная статистика.

В Пасхальную ночь с субботы на воскресенье обряд католического крещения прошли 4.258 человек.

Среди них около 60% — молодые люди в возрасте от 18 до 35 лет.

Из всех перечисленных 53% — выходцы из семей, практикующих христианство, 22% — из семей не практикующих никакой религии и 7% — новообращенные из мусульман.

Все упомянутые цифры свидетельствуют о росте соответcтвующих показателей примерно на 40% за последние 10 лет.

Ничего сногсшибательного в этих цифрах, конечно, нет, но есть одна любопытная деталь в официальной трактовке такой статистики.

Директор «Национального ведомства по отношениям с мусульманами» о. Венсан Ферольди в своем объяснении опубликованных данных упоминает «повышение количества атеистов в странах с подавляющим количеством мусульманского населения», а также «чувство большей свободы по прибытии в Европу у мигрантов арабо-мусульманской культуры», которое будто бы и толкает их на внезапную смену религии.

Такое объяснение официального представителя CEF (Конференции епископов Франции) многие не разделяют.

То есть, в той его части, где оно касается роста количества атеистов в мусульманских странах, ему приходится верить на слово, потому что соответствующих цифр никакая статистика не выдает.

А вот по поводу новоприбывающих и «новообращающихся» в христианство мигрантов-мусульман есть мнения, что не все из апостатов делают это по искреннему порыву.

Самые закостенелые циники и непоправимые скептики окрыто формулируют возможность «инфильтрации», иначе говоря, проникновения под прикрытием, как это обычно делается на всех других уровнях латентного завоевания менталитетов и госструктур.

В исламе, как известно, вероотступничество карается смертью, а вот так называемая «такия», или «благоразумное скрывание своей истиной веры, когда это необходимо для достижения определенных целей», наоборот, приветствуется и усиленно поощряется.

Сам термин «такия» с некоторых пор хорошо известен европейскому обывателю, вследствие личного опыта, и даже самые еще недавно такие беззаботные европейцы, много раз обжегшиеся на конкретных примерах, теперь, что называется, «дуют на воду» и подозревают худшее, плохо веря в искренность новоявленных апостатов.

Само упоминание такой умилительной возможности «светлого будущего» переходящих в христианство «бедных мигрантов», сделанное на Конференции епископов Франции вкупе с недавними официальными заявлениями папы Франциска, многими рассматривается как откровенно политизированная попытка обоснования и поощрения растущей мусульманской миграции, заполоняющей Европу и подминающей под себя ее историю и традиции.

И в этом плане «благая весть», озвученная на Пасху солидной католической организацией, некоторым образом звучит, скорее, с оттенком известного куплета «Все хорошо, прекрасная маркиза».

И отнюдь не вызывают слезу нежданного умиления в черствеющих от ставшего постоянным обмана сердцах.

Судя по многочисленным крайне резким и язвительным комментариям на соответствующих форумах, европейскому обывателю все меньше хочется подставлять вторую щеку.

Все больше чувствуется решимость при всей надежде на Бога не плошать самому.