RusNext.ru - Продолжение проекта «Русская Весна»

Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что сайт существует только благодаря доходам от рекламы!

1 GBP   82,4700
1 EUR   72,7955
1 USD   62,2556
10 UAH   23,7481
Тереза Мэй заигралась с делом Скрипаля | Продолжение проекта «Русская Весна»

Тереза Мэй заигралась с делом Скрипаля

Произведён ли яд, которым отравили Скрипаля, в британском Портон-Дауне?

За 15 лет, прошедших со времени англо-американской агрессии против Ирака, позабылось одно немаловажное обстоятельство: выступивший против «иракского досье» Тони Блэра известный британский микробиолог и эксперт по разработке биологического оружия Дэвид Келли являлся сотрудником секретного центра в Портон-Дауне. Этот центр привлечён сегодня к изучению ядов, которые применили против Скрипаля и его дочери. За своё публичное выступление учёный заплатил жизнью, а все собранные им доказательства лживости британского правительства были уничтожены.

Общественность эти подробности забыла, но едва ли их забыли коллеги покойного Дэвида Келли. Они в очередной раз столкнулись с выбором между свободой стоять за правду и необходимостью говорить ложь. Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон разыграл на глазах сотрудников Портон-Дауна лживый спектакль; вот выдержка из его интервью «Немецкой волне» от 20 марта 2018 года:

— Вы утверждаете, что нервнопаралитический газ «Новичок» происходит из России. Как вы могли установить это так быстро? У Великобритании имеются пробы этого газа?

— Позвольте мне выразиться ясно. Когда я смотрю на доказательства людей из Портон-Дауна, тогда нет никаких сомнений. Я спрашиваю человека: вы уверены? И он отвечает: никаких сомнений. Поэтому у нас не было другого выбора, кроме как решиться на акцию, которую мы провели.

Борис Джонсон точно знал в момент интервью, что эксперты в Портон-Дауне не только не выявили причастности России к этому случаю, но и противились тому, чтобы правительство ссылалось на них в своих утверждениях. Они не могли не помнить о судьбе Дэвида Келли.

Бывший британский посол и правозащитник Крейг Мюррей (Craig Murray) утверждает, что «британское правительство создало систему угроз для учёных в Портон-Дауне и эти угрозы нужно воспринимать с полной серьезностью… Идея о том, что линия „Новичок“ была успешно реализована в России, оказалась лживой. Как я доказал ещё комментируя публикации от 2013 года, научный совет ОЗХО отмечал, что свидетельства о том, что „Новичок“ был когда-либо произведен, неубедительны и отрывочны. Этого же мнения придерживалась и лаборатория Портон-Дауна».

Теперь оттуда поступают новые вести, пропущенные через сито Би-би-си: «Во вторник исполнительный директор лаборатории Портон-Дауна Гэри Эйткенхед (Gary Aitkenhead) заявил, что он не может установить производителя яда, которым были отравлены Сергей Скрипаль и его дочь. Лаборатория, которая ранее идентифицировала этот яд как нервнопаралитический газ „Новичок“, утверждает, что он, по всей вероятности, был применен с участием государства, но не её дело определять, где он был произведен».

Вокруг дела Скрипаля незримо витает атмосфера лжи и умолчаний, но если любопытный сунет свой нос глубже и попытается понять, что на самом деле происходит, он почувствует страх. Страх — великая сила, поэтому спектакль «Дело Скрипаля» до каких-то пор будет идти на британской сцене успешно.

Между тем появляются новые данные в поисках ответа на вопрос «Откуда яд?». Немецкий химик и токсиколог Ральф Трапп (Ralf Trapp) дал интервью агентству ДПА, в котором утверждает: «Источником примененного к Скрипалю яда могла быть только государственная лаборатория, работающая по государственной программе и имеющая большой опыт работы с такими веществами. Лаборатории террористических организаций и криминальных банд исключаются. Рассматриваться могут только учреждения, имевшиеся в бывшем СССР, а теперь в России, которые ранее такими работами занимались. Но производить такие вещества могут и лаборатории, которые разрабатывают защитные меры против них. К ним можно причислить мощности в Чехословакии и Иране, а также лабораторию в Портон-Дауне на юге Великобритании» [подчёркнуто нами. — Д.С.].

Почему учёные в Портон-Дауне теперь отрицают такую возможность, понять можно. Однако и на межгосударственном уровне дела выглядят не лучше. Разве руководители тех государств, которые присоединились к необоснованным обвинениям Вашингтона и Лондона в адрес России, не испытывали страх? А позицию Германии точно характеризует автор немецкого сетевого журнала «Страницы для размышления»: «Агрессивное поведение немецкой стороны в случае поддержки Лондона не имеет никакого отношения к „солидарности“ с ним. Допустить, что Ангела Меркель и Хайко Маас верят хоть одному слову Бориса Джонсона и Терезы Мэй, было бы оскорблением интеллекта [подчёркнуто нами. — Д.С.]. Германское правительство заинтересовано в поддержании напряжённости…»

Показательно и поведение западных участников внеочередной сессии исполнительного секретариата ОЗХО. Несмотря на предложение РФ ввести расследование по делу Скрипаля в международно-правовые рамки, члены секретариата от стран-членов ЕС неожиданно объединились в «группу ЕС» и от имени ЕС сделали невероятное заявление: пусть Россия сначала выполнит условия Лондона и докажет, что не производила «Новичок» и не травила Скрипаля и его дочь. О международном праве ни слова. Не потому ли, что в случае введения расследования в международно-правовые рамки обнаружилось бы, что яд произведён в Портон-Дауне, его опробовали на Скрипалях вместе с антидотами и использовали «эксперимент» в политических целях?

Скрипаль не прервал связь с британскими спецслужбами после переезда в Англию и на каком-то этапе стал для них отработанным материалом. Такие люди быстро становятся ненужным балластом, и их «утилизируют» обычно с максимальным политическим эффектом. Основная схема «утилизации» всегда одна и та же.

После внеочередной сессии исполнительного секретариата ОЗХО, где российскую позицию поддержали 14 из 41 члена секретариата, у российского министра иностранных дел Сергея Лаврова есть все основания перейти от предположений о том, что «задумана какая-то провокация», к утверждению, что провокация разворачивается. Москва вправе заявить, что в этом деле для Лондона должны наступить совершенно определённые международно-правовые последствия. В первую очередь подлежит международной инспекции секретный центр в Портон-Дауне на предмет точного (а не в стиле highly likely) ответа на вопрос о производстве там отравляющих веществ в нарушение Конвенции 1993 года о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении. А в случае отказа Лондона допустить такую инспекцию, Москва должна призвать ФИФА исключить Великобританию как отравительницу международного мира из числа участников предстоящего в России ЧМ-2018.

Даже если ФИФА призыву не последует, политические последствия для авторов этой аферы наступят. У британской общественности начнут появляться вопросы. Например:

— почему российские телекомпании отказываются транслировать игры английской команды (если ФИФА всё же допустит её к ЧМ-2018)?;

— почему российские болельщики бойкотируют матчи с её участием?;

— почему британских болельщиков по прилёте в аэропорты встречают приветствия с напоминаниями о «Новичке»?

Россия — не Ирак и прощать Лондону ничего не будет. Иракцы смирились с жертвами, которые принесло фиктивное «иракское досье» Тони Блэра. А здесь Великобритании придётся платить за провокацию. Возможной платой станет уход в отставку кабинета Терезы Мэй, взбудоражившей Европу, но не сумевшей ничего доказать.