Обещать — не жениться | Продолжение проекта «Русская Весна»

Обещать — не жениться

По итогам встречи итальянского премьера Конте с американским президентом Трампом состоялась пресс-конференция, на которой вождям был задан вопрос касательно поставок в Италию энергоресурсов. В ответ на что итальянец говорил про Фому, а американец — про Ерёму.

Конте сообщил, что обсуждал с Трампом идею трубопровода через Адриатику: «Я подчеркнул, что стратегическая задача заключается в том, чтобы обеспечить поставки энергоресурсов в Италию и страны Южной Европы».

Тогда как Трамп заявил, что у Америки иной подход к решению стратегической задачи: «Мы уже обсуждали с властями Евросоюза вопрос о строительстве в Европе 9–11 портов, которые будут принимать американский сжиженный газ». При этом Трамп особо подчеркнул, что строительство будет за счёт европейцев: «Они заплатят, чтобы мы могли поставлять свой СПГ в различные части Европы. И это приведёт к расширению конкуренции».

Очевидно, что Конте и Трамп говорили о разных вещах. Адриатическое море есть, в сущности, большой залив, отделяющий Апеннинский полуостров от Балканского. Соответственно, смысл трубы через Адриатику — принимать обыкновенный (а отнюдь не сжиженный) газ с востока. Газ российский, азербайджанский, туркменский, иранский — как получится, но отнюдь не американский.

Тогда как Трамп говорил как верховный вождь капиталистического лагеря, оглашающий директивы развития народного хозяйства ЕС. В рамках этих директив надлежит организовать поставки СПГ с запада через океан и построить порты, установки для перевода американского топлива из жидкого в газообразное состояние, а также систему трубопроводов от этих 10 портов вглубь европейского континента. Оплатят всё жители Старого Света.

Резоны Трампа и американского ТЭК очевидны. С одной стороны, получение нового рынка сбыта, с другой стороны, поскольку энергопоставки неотделимы от политики, — получение возможности (хотя бы потенциальной) влиять на европейских союзников. Ведь все разговоры об энергетической дубине, которой СССР (Россия) угрожал и угрожает Западной Европе (хотя за сорок с лишним лет ни одного случая прямого шантажа так и не было), базируются на общем принципе военного планирования: «оцениваются не намерения, а возможности».

То есть сегодня намерения хорошие, но завтра могут стать нехорошими, и Генштаб обязан предусматривать все варианты. Если в принципе партнёр имеет возможность напасть, значит, надо учитывать и этот вариант.

Очень хорошо, но тогда надо учесть, что принцип «оцениваются не намерения, а возможности» универсален, то есть в равной степени применим к любому поставщику ресурсов. Если считается, что Россия (вообще говоря) может применить энергетическую дубину, то почему Америка (тоже вообще говоря) применить её не может ни при каких обстоятельствах? Это ни из чего не вытекает.

Впрочем, жителей (и даже вождей) Старого Света никто особо и не спрашивает. Расчёт на европейский бизнес, который в погоне за наживой всегда рад вложиться в живое дело, тоже малооснователен. Уже существующие в ЕС мощности по приёму СПГ в первом полугодии 2018 года были загружены на 19,9%, в 2017 году — на 22%. Когда у ЕС уже есть свободные мощности, которые могут принять в несколько раз больше СПГ, чем США способны произвести, заявленное Трампом могучее строительство может иметь только политический смысл — «на идеологии мы не экономим». Так что стоимость начинания (около 10 млрд евро по минимальной оценке) представляет собой чистую любезность, которую Еврокомиссия намерена позволить себе ради ублажения Трампа.

«Плюнь и поцелуй добродею ручку», а равно лозунг наших бывших восточноевропейских вассалов-братьев «С Советским Союзом на вечные времена!» — это всё уже было, и ничто не ново под луною.

Во всяком случае сейчас оптимистическое «Цели ясны, задачи поставлены, за работу, товарищи!» исходит лишь от Трампа, тогда как подобных победных реляций от европейцев пока не слыхать. И тем более не слышно о конкретных проектировках — с местами, сметами и сроками строительства.

Возможно, умудрённые жизнью европейские политики соглашаются с желанием падишаха научить ишака читать, поскольку полагают, что за двадцать лет кто-нибудь обязательно помрёт: или Насреддин, или падишах, или ишак.