Затянувшаяся панихида | Продолжение проекта «Русская Весна»

Затянувшаяся панихида

После продолжительной гражданской панихиды тело было предано земле.

Спустя восемь дней после смерти Джона Маккейна гроб с телом сенатора опустили в глубокую могилу на кладбище Военно-морской академии США в Аннаполисе, штат Мэриленд. Эту академию Маккейн закончил в 1958 году, за девять лет до того, как зенитная ракета, выпущенная вьетнамским солдатом, сбила его самолёт, летевший бомбить Ханой.

Сбитый лётчик, надо отдать ему должное, тщательно продумал всю церемонию прощания: если бы речь шла о менее печальном мероприятии, можно было бы предположить, что он воспользовался услугами дорогостоящей event company — из тех, что организуют свадьбы и дни рождения. Расписано было буквально всё: кто будет приглашён на панихиду, а кто ни в коем случае не будет, кто будет говорить речи и кто будет идти за гробом.

Сделано это было не только из соображений престижа или из гордыни, но и для того, чтобы обозначить некое последнее послание — буквально из-под крышки гроба, как выражались писатели XIX века. Именно так расшифровала последнюю волю Маккейна Саманта Пауэр, служившая при Обаме постоянным представителем США при ООН.

«Безусловно, не является совпадением, что Джон Маккейн, который планировал каждую деталь сегодняшней поминальной службы, пригласил украинского президента Порошенко и поставил его рядом с Йенсом Столтенбергом, главой НАТО. Это прощальное послание Владимиру Путину и Дональду Трампу: Америка солидарна со своими друзьями и союзниками».

Позаботился Маккейн и о том, чтобы за его гробом шли не только американцы, но и русские. Точнее, один русский — известный российский оппозиционер Владимир Кара-Мурза — младший.

Слово «известный» здесь, по-хорошему, должно быть взято в кавычки. Кара-Мурза — младший (в отличие от многих своих коллег по либеральной оппозиции) известен в основном не в России, а на Западе. Он учился в Великобритании, работал в США, да и сейчас там живёт, хотя неоднократно в разных интервью говорил, что «прятаться и убегать не станет». Кара-Мурза глубоко убеждён, что «кровавый путинский режим» ищет его, чтобы убить, и уже пытался это сделать дважды — в 2015 и в 2017 годах, когда оппозиционер оказывался в больнице с отравлением неясной природы.

Поскольку главным сюжетом моего рассказа всё-таки являются похороны Маккейна, я не стану углубляться в детали происходивших с молодым диссидентом неприятностей, замечу только, что в феврале 2017-го, после второго отравления, Русская служба BBC сообщила (со ссылкой на жену отравленного), что «образцы волос, ногтей и пробы крови» Кара-Мурзы отправлены в Израиль и во Францию для токсикологического анализа.

«Уж там-то разберутся, что к чему!» — можно было прочесть между строк. С тех пор прошло уже полтора года, а результаты токсикологического анализа по-прежнему неизвестны.

Из этого можно заключить, что г-на Кара-Мурзу ничем не травили, а выводы независимых экспертов подтвердили домыслы злых языков, обвинявших молодого оппозиционера в неумении соблюдать меру при употреблении спиртных напитков.

Вернёмся, однако, к Маккейну. Итак, Владимира Кара-Мурзу умирающий американский сенатор велел вписать в список особо избранных людей, которые должны были нести его, сенатора, гроб. Наряду с такими уважаемыми (без всякой иронии) американцами, как Уоррен Битти (голливудский актёр), Уильям Коэн (бывший министр обороны США), Майкл Блумберг (миллиардер и бывший мэр Нью-Йорка), Джо Байден (бывший вице-президент США при Обаме) и Стивен Дарт (крупный бизнесмен).

И Кара-Мурза не подвёл. Во-первых, несмотря на свою субтильность, он в целом с поставленной задачей справился и гроб не уронил. Во-вторых, написал — на хорошем английском — колонку в The Washington Post под названием «Джон Маккейн видел Путина насквозь, лучше, чем кто-либо». Там он рассказал американским читателям историю о том, как его когда-то познакомил с Маккейном покойный (убитый кровавым режимом!) Борис Немцов, как они вместе работали над законом Магнитского, который при энергичном участии сенатора Маккейна был принят сенатом США взамен отменённой поправки Джексона — Вэника. И, конечно, о том, как Маккейн, потешаясь над Джорджем Бушем — младшим, который, как известно, заглянул в глаза Владимиру Путину и увидел там душу, повторял, что в глазах у российского президента можно увидеть только три буквы: K, G и B.

И вот первый результат: спустя два дня после появления колонки Кара-Мурзы в той же The Washington Post появляется ещё один текст (на этот раз написанный неким британским стажёром, проходящим в этой газете практику) под названием: «Российский диссидент понесёт гроб с телом Маккейна — это молчаливый удар покойного сенатора по Путину». Естественно, речь идёт о распространённой практике информационных войн: главный текст подсвечивается несколькими текстами попроще и пожиже.

Ранее The Washington Post подобным образом раскручивала ещё одного знатного российского оппозиционера — Гарри Каспарова, но креатива у ведущих ту кампанию не хватало, и статьи выходили скучными, под однообразными заголовками вроде «Гроссмейстер ставит шах русскому царю». Из Каспарова вождя оппозиции не получилось, теперь его усиленно лепят из Кара-Мурзы — младшего. И дух покойного Маккейна, витавший над гробом, который нёс Кара-Мурза, призван был осенить подающего надежды диссидента и вдохновить его на дальнейшую борьбу с Кремлём.

Может, и не стоило бы так подробно на всей этой истории останавливаться, но меня неприятно поразила одна деталь, проскользнувшая в интервью гробоносца Кара-Мурзы, которое он дал радио «Эхо Москвы» уже после похорон.
Журналист «Эха» Ксения Ларина, задававшая Кара-Мурзе вопросы о Маккейне, закончила интервью следующим образом (прошу прощения за длинную цитату):

«В заключение могу сказать, что у меня самой брали интервью на днях и спросили, горжусь ли я Россией за что-нибудь, например, за победу во Второй мировой войне, в Великой Отечественной. Я сказала, что нет, конечно. И вообще не смогла назвать ни одной… Но я могу сказать искренне абсолютно: я действительно горжусь, что являюсь гражданкой той страны, гражданином которой является Владимир Кара-Мурза — младший, которого попросил сам Джон Маккейн быть человеком, который будет идти за гробом. Это действительно большая честь. Я этим горжусь — как гражданин России. Надеюсь, не только я».

Ещё раз: Ларина («конечно») не гордится Россией за победу в Великой Отечественной войне, а гордится тем, что российского гражданина Кара-Мурзу идти за гробом «попросил сам Джон Маккейн».

Конечно, можно отмахнуться: мол, это личные психологические проблемы гражданки Лариной (тоже уехавшей из России и где-то прячущейся от наймитов Кремля). Но тонкость в том, что герой её интервью Владимир Кара-Мурза воспринял эти слова как должное. Не сказал: «Ксения, вы с дуба рухнули? Как можно сравнивать победу в войне и приглашение нести гроб? Что вы вообще тут несёте?..»

Ничего не сказал. А значит — согласился с журналисткой.

И вот это, пожалуй, самый главный урок для тех, кто думает, что российская либеральная оппозиция, возможно, в чём-то права.

Возможность понести гроб американского сенатора для либеральных оппозиционеров всегда будет бóльшим поводом для гордости, чем победа их Родины, их народа в самой страшной войне в истории человечества.

Возможность постоять рядом с уважаемыми людьми из «золотого миллиарда» всегда будет важнее поисков справедливости (не случайно же Кара-Мурза демонстративно проигнорировал документальный фильм-расследование Андрея Некрасова, раскрывающий неудобную тому же Маккейну правду о деле Магнитского).

Да и сами эти уважаемые люди — паладины Цивилизации, Свободного Мира, Благословенного Запада — всегда будут в глазах российских либералов высшими существами, даже биологически отличающимися от «генетического мусора», населяющего «эту страну». Думаете, я утрирую? Если бы!.. Из того же интервью: «Для русского человека 70 лет — это действительно глубокий старик, который уже мало что соображает, как какой-нибудь Андропов, Черненко… А в Америке совершенно другие люди, которые продолжают действовать».

Послание Джона Маккейна президенту и народу России оказалось, таким образом, чрезвычайно содержательным.

Америка, которую, по мысли Саманты Пауэр, олицетворял покойный сенатор, готова иметь дело с Россией и русскими только в том случае, если они будут такими, как Владимир Кара-Мурза — младший. Хорошо выдрессированными в университетах Запада туземцами, покорными, услужливыми, исполнительными. Готовыми по первому щелчку пальцев своих хозяев и помочь в составлении антироссийского законопроекта, и написать злобную антипутинскую колонку во влиятельной газете, и подставить плечо под тяжёлый гроб, накрытый звёздно-полосатым флагом.