Два ключа к одной Корее | Продолжение проекта «Русская Весна»

Два ключа к одной Корее

Переговоры о денуклеаризации КНДР очень бодро стартовали — вопреки ожиданиям многих политиков Дональд Трамп и Ким Чен Ын встретились и успешно побеседовали в Сингапуре — и столь же быстро застопорились. Причины этого очевидны.

Уже понятно, что на предложенных США условиях — разоружение в обмен на снятие санкций — никаких документов подписано не будет, поскольку это стало бы по сути безоговорочной капитуляцией КНДР (притом не звучало даже заверений, что будут сняты все санкции). Оснований для такой унизительной сдачи позиций северокорейцы не видят.

Принципиальным вопросом становится предоставление Вашингтоном Пхеньяну реальных гарантий безопасности. Очевидно, что к этому не имеют никакого отношения ни снятие санкций, ни какой бы то ни было документ (пусть и снабженный всеми необходимыми подписями и печатями). Даже если заключенные с Ким Чен Ыном соглашения выполнит Дональд Трамп, для любого следующего президента США (в том числе республиканца) они не будут значить ничего. Как международное право в целом — для Вашингтона. Договор в буквальном смысле не будет стоить бумаги, на которой написан. После всего, что происходило в мире в последние три десятилетия, верить Белому дому на слово (или документам, под которыми стоят подписи американских руководителей) может только очень больной человек. Соответственно подобный вариант для КНДР неприемлем, о чем тамошние официальные лица говорят уже вполне откровенно. В частности, после последней встречи руководителей двух корейских государств в Пхеньяне принимающая сторона заявила: любые ее шаги по денуклеаризации должны сопровождаться встречными действиями США.

Сама по себе постановка вопроса о необходимости ядерного разоружения только КНДР несколько удивительна. Израиль, Индия и Пакистан также являются «неофициальными» ядерными державами, но здесь разоружения никто не требует, их не душат санкциями, им не грозят войной. Впрочем, в нынешнем мире говорить о справедливости и отказе от двойных-тройных стандартов бессмысленно. Просто надо иметь в виду, что ядерный статус уже записан в конституции КНДР.

Бригады мира

На самом деле гарантии безопасности Пхеньяну могут быть предоставлены. Только для этого надо, чтобы, во-первых, в Вашингтоне осознали необходимость разговора с Пхеньяном на равных, во-вторых, чтобы к процессу как полноправные участники подключились Пекин и Москва.

В частности, Белый дом должен не только отменить все санкции против КНДР, но и полностью вывести контингент ВС США из Республики Корея (что совершенно не означает отказа от гарантий безопасности для Сеула).

Пекин и Москва со своей стороны могли бы принять на хранение ядерный арсенал КНДР и часть ракетного вооружения (БРСД и МБР, если таковые имеются). Юридически заряды и ракеты оставались бы северокорейской собственностью. Участие как Пекина, так и Москвы необходимо, чтобы Пхеньян не попадал в чрезмерную зависимость от одной страны — Китая или России.

Возможно, Северную Корею следовало бы также разделить на условные зоны ответственности, оставив за КНР западную, за РФ — восточную. Ядерные заряды и ракеты из КНДР в этом случае вполне возможно вывезти в арсеналы соответствующей страны, но оставить максимально близко от границы. Причем размещать их на объектах ВС (чтобы у США не возникло нездоровых побуждений разоружить КНДР на чужой территории). Для Китая это подразделения Северного командования НОАК (79-я армия сухопутных войск, 16-я авиадивизия ВВС, часть сил Северного флота ВМС) в провинции Ляонин. Для России — соединения ВВО (5-я общевойсковая армия, шесть полков ВВС и ПВО, основные силы ТОФ) на юге Приморского края. При очевидной угрозе агрессии Пхеньян должен получить право обратиться к Пекину и Москве с просьбой о возвращении зарядов и ракет.

Кроме того, КНР и РФ могли бы разместить с северной стороны демилитаризованной зоны между двумя Кореями по одной пехотной (мотострелковой) бригаде. Китай — на западе, Россия — на востоке ДМЗ. Эти соединения следует предельно «облегчить», то есть оснастить только стрелковым оружием, легкой бронетехникой и автомобилями. Сам факт нахождения бригад на линии разграничения предотвращает войну на Корейском полуострове. В случае нападения на КНДР с юга первый удар пришелся бы именно по ним, что моментально делает Китай и Россию воюющими сторонами (не только Сеул, но и Вашингтон на такое не пойдут). С другой стороны, те же бригады снимали бы и опасность с севера против Республики Корея. Можно специально оговорить: если Пхеньян требует вывода китайского и/или российского подразделений со своей территории, Пекин и/или Москва автоматически оставляют у себя ядерные заряды и ракеты КНДР. Таким образом, военнослужащие КНР и РФ стали бы «двойным ключом», блокирующим любые агрессивные замыслы с обеих сторон.

На северокорейских предприятиях ядерного и ракетного комплексов возможно организовать присутствие инспекторов из США, КНР, РФ и любой влиятельной нейтральной страны (идеальный вариант — Индия). А северокорейские инспектора регулярно посещали бы места хранения ядерных зарядов и ракет в Китае и России. Пхеньян должен получить разрешение развивать мирные ядерную энергетику и космическую программу, а также производить и развертывать боевые ракеты в обычном снаряжении с дальностью полета до 300 километров.

За Корею обидно

Весьма вероятно, что КНДР удовлетворит подобный вариант развития ситуации, поскольку он позволяет Пхеньяну сохранить лицо и суверенитет, а безопасность страны лишь возросла бы. С другой стороны, Сеул, освободившись как от страха перед КНДР, так и от слишком навязчивой американской опеки, сможет свободнее говорить с Пхеньяном об условиях объединения, которое на самом деле реально лишь на паритетных началах по принципу «одна страна — две системы» («Демократичный Пхеньян против тоталитарного Сеула»). Вообще за Республику Корея откровенно обидно. Страна обладает мощнейшим экономическим и военным потенциалом, причем основа ее экономики не финансовые пузыри, как в большинстве стран Запада, а современная высокотехнологичная промышленность. При этом Сеул добровольно превратил себя в марионетку Вашингтона, фактически отказавшись от самостоятельной внешней политики.

США при таком сценарии совершенно не теряют с точки зрения национальных интересов и безопасности, правда, амбиции и чувство собственной исключительности прищемятся сильно. Уже только полноценное включение Пекина и Москвы в переговорный процесс может вызвать сильнейшую истерику в Вашингтоне с очередными обвинениями президента Трампа в предательстве. Поскольку и республиканцы, и демократы единственным допустимым итогом переговоров с КНДР считают безоговорочную капитуляцию Пхеньяна при полном игнорировании интересов Москвы и Пекина. В Вашингтоне готовы лишь ужесточать экономические санкции против Северной Кореи. Трампа уже прессингуют жесточайшим образом внутри страны за «капитуляцию перед Путиным в Хельсинки», и он не может себе позволить (по крайней мере в ближайшее время) шаг, напоминающий «капитуляцию перед Ким Чен Ыном». Впрочем, по-видимому, любые новые санкции против КНДР будут блокированы в Совбезе ООН Китаем и Россией и американцам придется вводить запреты в одностороннем порядке.

Более того, сенат США недавно утвердил принятый палатой представителей закон, согласно которому численность военного контингента США в Республике Корея не должна сокращаться ниже 22 тысяч человек без согласования с конгрессом. Этот билль также обязывает правительство докладывать конгрессменам о любых подтвержденных нарушениях ядерного договора, который страна намерена заключить с КНДР в будущем. Документ утвержден 87 голосами за при 10 против. Он вступит в силу после подписания президентом Трампом, но даже если тот не подпишет закон, конгресс преодолеет вето.

Таким образом, формально выигрышно начатый диалог Вашингтона и Сеула с Пхеньяном имеет мало шансов на окончательный успех, что объясняется политикой США, строящейся на особенностях американского национального менталитета. Президент Трамп (прагматик, понимающий, что безграничные амбиции отнюдь не всегда тождественны национальным интересам, а иногда им прямо противоположны) мог бы добиться положительного результата, но позиция истеблишмента из обеих партий такой успех исключает. Руководство как «слонов», так и «ослов» заранее на законодательном уровне блокирует любые возможности заключения равноправного договора между США и КНДР. Теоретически изменить ситуацию могла бы победа республиканцев на промежуточных выборах в ноябре, а затем самого Трампа в президентской гонке в 2020 году. Однако пока нет ни малейших гарантий того, что так случится. Соответственно конгресс будет благополучно блокировать любые внешнеполитические действия Трампа, а любой следующий глава Белого дома вернется к традиционной для Вашингтона внешней политике. В частности, это будет означать максимально жесткое давление на КНДР с единственной целью — добиться смены режима в стране. Пхеньян в этом случае автоматически вернется к развертыванию полномасштабной ракетно-ядерной программы.