Почему живой Скрипаль для Запада страшнее мертвого журналиста? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Почему живой Скрипаль для Запада страшнее мертвого журналиста?

Первая: приходит в консульство своей родной страны оппозиционный журналист из Саудовской Аравии, и больше не выходит оттуда никогда. Журналист, заметим, не очень простой: богатый, весьма известных кровей, возлюбленный принцессы Дианы Доди Аль-Файед приходился ему двоюродным братом. Но это его от несвоевременной смерти не спасает. 15 засланных в Стамбул саудовских «ассасинов» во главе с патологанатомом свое дело знают: ему отрубают сначала пальцы, а потом голову. И выносят по кускам.

И доказательства у турецкой полиции есть, и аудиозапись «дискуссии», в результате которой он был умерщвлен, и следы крови. Нет только тела и последствий для страны под названием Саудовская Аравия.

Вторая история с точки зрения драматургии тоже хороша. Особенно если верить всему, что написано в британской прессе. Два очень русских по внешности человека с поддельными паспортами средь бела дня в воскресенье на глазах у всех мажут ручку двери никому не нужного экс-шпиона смертельным супер-ядом. Попутно травят еще и его дочь. Но не до конца. Доказательств нет, тел тоже — недоотравленные жертвы чудесным образом испарились из медиапространства. Зато есть последствия. Практически моментальная высылка 130 дипломатов из стран Запада, а в грядущем ноябре — новый пакет санкций за якобы использованное химоружие.

Скорость принятия решения о наказании России тогда по-настоящему впечатляла: о возмездии заговорили едва ли не на следующий день, как случилась история со Скрипалями. В отношении же Саудовской Аравии все иначе: госсекретарь США Марк Помпео призывал дождаться окончания следственных действий. А из президента Трампа оценку преступления в консульстве удалось вытянуть лишь через 20 (!!!) дней после смерти журналиста. Вот что он сказал:

— Я бы предпочел, чтобы мы не использовали в качестве возмездия разрыв контракта на $110 млрд., который дает 600 тысяч рабочих мест.

Но не в нефтяных контрактах дело.

Конечно, разницу подходов мира к этим двум очевидно диким историям можно списать на харизму национального лидера: ну не умеет президент Турции Эрдоган театрально заламывать руки, как Тереза Мэй в английском парламенте. Или на интриги мирового правительства, масонский заговор, целью которого является разрушение России. Или еще на что-нибудь.

Но дело тут в другом: в той мозаике мира, которую десятилетиями выкладывали Европа и Америка. В некоей негласной «конституции», согласно которой дикарям все прощается — и казни за сексуальную ориентацию, и отрубание рук за воровство — потому, что они дикари. С равными же играют по другому сценарию, в котором есть пролог с эпилогом и занавес. Мы все эти правила игры с детства знаем.

Согласно этой «конституции» Россия — не дикари, а равные. Соперники, с которых требуют, как с больших. И это, на самом деле, хорошая новость. Единственная…