Париж и Берлин пригласили к Астанинскому процессу | Продолжение проекта «Русская Весна»

Париж и Берлин пригласили к Астанинскому процессу

Президент России Владимир Путин принял участие в Стамбуле в саммите лидеров Турция — Россия — Германия — Франция — Турция по сирийскому урегулированию. Он проходил по инициативе Анкары — впервые в таком новом и необычном формате — в резиденции президента Турции на Босфоре, историческом особняке Вахдеттин, расположенном в районе Ускюдар. В нем до восхождения на престол жил последний османский султан Мехмеду VI. В 2012 году этот особняк был реконструирован и турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган превратил его в свою резиденцию.

Журналисты наблюдали за работой этого форума по турецким телевизионным каналам, которые, показывая во всех ракурсах виды Босфора, «выжимали» максимум рекламы Стамбула, с которым лично знакомил своих гостей Эрдоган. Однако на этом фоне за кадром звучали не совсем оптимистические комментарии турецких экспертов. Так, доктор Ахмед Касым Хан в комментарии телеканалу Haberturk обращал внимание на расплывчатую переговорную повестку саммита. По его словам, Путин, Эрдоган, канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Эммануэль Макрон должны были и так, видимо, обсуждать любые вопросы, связанные с ситуацией в Сирии. При этом Касым Хан особо подчеркивал, что турецкая сторона анонсировала желание искать «новые формулы политического урегулирования конфликта». Хотя ведь существует астанинская площадка, так называемая малая группа — антитеррористическая коалиция под американским руководством, куда входят Великобритания, Германия, Египет, Иордания, Саудовская Аравия и Франция. Существует и Конгресс сирийского национального диалога в Сочи, который уже наметил определенные точки соприкосновения между правительством и оппозицией.

Но заметной особенностью стамбульских переговоров стало отсутствие на них Вашингтона и Тегерана. По мнению турецкого телеканала CNN Turk, «причиной тому можно считать неготовность американцев участвовать в экономическом восстановлении Сирии и фактор непримиримых противоречий между США и Ираном». Если говорить более конкретно, то турецкие СМИ анонсировали обсуждение на саммите ситуации, сложившуюся в Идлибе, последнем оплоте джихадистов в Сирии. Но при этом подчеркивалось, что это касается прежде всего России и Турции, заключивших соглашение с целью выявления и отделения радикальных элементов в этом сирийском районе. Более того, указывалось, что Идлиб больше является проблемой Турции, нежели Сирии, с точки зрения ходов и целей Анкары на территории этой страны. Что касается регионов, контролируемых курдами, от Дамаска и курдов с самого начала поступали заявления о том, что они намерены найти решение в политической плоскости.

В пригородах Хамы, Хомса и Дейр-эз-Зора на границе с Ираком находятся небольшие населенные пункты под контролем разных вооруженных групп, включая ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Но это не имеет такого масштаба, который мог бы изменить ход развития событий в стране. Можно сказать, что по сравнению с предыдущими годами столкновения практически прекратились. Сирия приступила к оценке урона, понесенного в ходе конфликта, и восстановления. Решает проблему возвращения беженцев. Но в целом участники стамбульского саммита, кроме России, накануне стали связывать решение чуть ли не всех проблем Сирии с формированием Конституционного комитета и новой Конституции. Напомним, что в сентябре этого года семь западных и арабских стран, в том числе и Германия, обратились к ООН с призывом как можно быстрее разработать проект нового Основного закона. Дамаск же до сих пор отвергал подготовку Конституции с участием представителей других стран. Это дело исключительно Сирии, заявлял сирийский министр иностранных дел Валид Муаллем.

В то же время официальный представитель турецкого президента Ибрагим Калын заявил: «Турция ожидает, что на четырехстороннем саммите по сирийской проблеме в Стамбуле будут достигнуты договоренности относительно формирования конституционной комиссии и согласована дорожная карта политического урегулирования». Вот почему журналисты с повышенным напряжением ждали заключительных заявлений по итогам саммита в Стамбуле, который проходил в закрытом режиме, а турецкие каналы в открытом эфире озвучили только одну фразу президента Эрдогана: «Взгляды всего мира направлены на эту встречу. Надеюсь, что эти надежды будут оправданы». В свою очередь, Путин призвал участников саммита оставаться приверженцами мирного политического урегулирования в Сирии, сохранения ее территориальной целостности, поддержал необходимость завершить к концу нынешнего года процесс формирования конституционной комиссии, совместными усилиями решать острые гуманитарные вопросы, напомнил, что продумывать вопросы восстановления инфраструктуры в Сирии необходимо вместе — определить, в каких формах, объемах оказать помощь.

Интрига в другом. Появится ли после Стамбула новый переговорный формат по Сирии? 25 октября глава МИД России Сергей Лавров сообщил, что готовится новая встреча лидеров Астанинского процесса. В этой связи турецкое издание Hürriyet Daily News высказало предположение, что саммит в Стамбуле «может способствовать созданию новых связей между возглавляемой США так называемой малой группой и странами — участницами астанинского процесса, координируемого Турцией и Россией». Об этом в интервью телеканалу RT France, еженедельнику Paris Match и газете Le Figaro говорил и Лавров. Но глава Пентагона Джеймс Мэттис в связи с саммитом в Стамбуле почему-то заявил, что присутствие России на Ближнем Востоке «не сможет заменить прозрачное и многолетнее участие Соединенных Штатов». Что бы это значило? В целом же саммит в Стамбуле можно оценивать как важное международное дипломатическое мероприятие, на котором состоялись полезные и конструктивные дискуссии, довольно редкие в наши дни.