Почему телеканал «Дождь» необходим всем | Продолжение проекта «Русская Весна»

Почему телеканал «Дождь» необходим всем

Старая пословица о том, что на каждую кастрюлю всегда найдётся крышка, в своё время была переведена классическим оборотом: сколь бы ни был ужасен и отвратителен человек, на свете всегда найдётся хоть одна женщина, которая будет его любить.

А практика показывает, что и не только женщина. И не одна.

Обнаруженные в соцсетях фан-клубы керченского убийцы, Владислава Рослякова, количество которых растёт как на дрожжах, после первой судороги потрясённого отвращения, вызвало реакцию брезгливого негодования в одних СМИ и радостного «попкорнизма» при играющей на руку сенсации в других.

«Независимый» телеканал «Дождь», например, в рекордные сроки успел «поговорить» с обожателями «стрелка» и забацать на их замесе свой материал с обычной подоплекой, о том, как атмосфера ненависти российского общества рождает монстров и губит своих детей.

Часть возмущённой публики требует призвать канал к ответственности за разжигание, закрыть канал, забить канал гвоздями.

Часть предлагает наплевать в/на канал, который смотрит исключительно целевая «каналья» аудитория и которым не интересуется достаточно большой процент обладателей собственных мозгов.

Меня же в этой истории неприятно поражает совсем другой аспект, которым, судя по реакциям, ещё мало кто обеспокоен.

Пункт первый — о крышке и женщинах, готовых любить кого угодно.

Вспомните американского убийцу Чарльза Мэнсона, создателя секты разнузданно полоумных убийц, автора и подстрекателя целой серии ужаснейших преступлений, среди которых, самое известное — кошмар на вилле режиссёра Романа Полански, где зверским образом были растерзаны пять человек, в гом числе жена режиссёра, актриса Шерон Тейт, на девятом месяце беременности.

Мэнсон был осуждён на девять пожизненных сроков, только потому, что в 1972 г., ещё до окончания его процесса, в штате Калифорния отменили смертную казнь.

B 83 года Мэнсон благополучно закончил жизнь в тюрьме, имея несколько фан-клубов, кучу-малу искренних обожателей и даже молодую супругу, рассчитывавшую на посмертные регалии знаменитости.

В зрелые годы Мэнсон окончательно утвердился в собственных убеждениях, что и засвидетельствовал, сделав себе татуировку свастики прямо на лбу. Никакого раскаяния ни за что из содеянного никогда не испытывал, о чём неоднократно заявлял.

В день его смерти, масса поклонниц выла и стенала у ворот тюрьмы.

Пункт второй — всё та же крышка, готовая покрывать.

Об Ильиче Рамиресе Санчесе, более известном под кличкой «Карлоса-Шакала», даже самая либерально настроенная Википедия вынуждена сообщать неподъёмный для любой совести груз крайне неприятных вещей. Проверьте и убедитесь.

Зато биография этого террориста обильно украшена такими славными названиями, как «Народный фронт освобождения Палестины (НФОП)», «Красные бригады», «Красная армия Японии», «Организации освобождения Палестины» (ООП), в интересах которых он убивал.

Как всякий террорист, он убивал не имеющих никакого отношения к перечисленным организациям людей.

Зато уже из тюрьмы он громко порицал западное вмешательство в Ирак и Ливию, и ещё громче заявлял о своей ненависти ко всем американцам, без разбора — дискурс, который, как легко догадаться, не мог оставить равнодушными определённую категорию людей, считающих, что террорист за идеи мирового пролетариата, имевший определённые связи с советским КГБ, активно борющийся за мир, во имя всех вышеперечисленных организаций, уже и не террорист вовсе, а борец с мировым капиталом и следовательно, имеет право бороться всеми доступными ему средствами.

В настоящий момент, человек этот отбывает пожизненное заключение во французской центральной тюрьме Пуасси, принял ислам, является открытым и публично провозглашённым почитателем Усамы бeн Ладена и хорошо знакомой миру организации ИГИЛ*.

Но и этот, давно ставший достоянием самой широкой гласности факт, нисколько не смущает всё ту же категорию, считающую, что борцу с американским империализмом и израильской агрессией можно спустить абсолютно всё: он же, по сути, «наш», интернационалист.

Всего лишь год назад, в октябре 2017 года, я с изумлением прочла поразившие меня тогда ничуть не меньше мэнсоновского фан-клуба строки:

«Тридцать русских писателей и деятелей культуры подписали письмо председателю ЕСПЧ Гвидо Раймонди с просьбой признать незаконным содержание под стражей интернационалиста Ильича Рамиреса Санчеса, известного также как Карлос» ©.

В письме этом знаменитые и не очень люди, российские литераторы, все как один, сугубо «патриотического» толка, называли террориста и убийцу Карлоса «революционером», «живым трофеем американского империализма» и требовали его освобождения, в связи с тем, что его «содержание под стражей не имеет объективного обоснования», потому что он «в полной мере ответил за свою деятельность», просто посидев в тюрьме.

Горячая поддержка Карлосом организации ИГИЛ* и его публичная присяга на верность заветам Усамы бен Ладена в письме не «муссировалась». Видимо, во избежание.

Я тогда с некоторым удивлением отметила, что все те же самые люди, подписавшие это письмо, являются пламенными российскими патриотами и с неиссякаемым пылом регулярно обвиняют Европу и Америку в двойных стандартах…

Реакции на это письмо в патриотическом лагере карикатурно раздвоились: часть российских патриотов стыдливо отвели глаза, воздержавшись от любых неосторожных высказываний и на тот, и на этот счёт. Часть ринулась на защиту Карлоса и обличение в «империализме» всех возмутившихся письмом, обвиняя их в «приспешестве гнилому капитализму», как в добрые старые времена…

Всего несколько месяцев спустя после этого послания, оставшегося безответным (как и следовало ожидать, поскольку, даже потерявший совесть и ориентиры Запад не станет освобождать террориста, виновного в стольких смертях и откровенно проповедующего исламизм), в далёкой американской тюрьме благополучно умер со свастикой на лбу упомянутый в пункте первом не раскаявшийся убийца Чарльз Мэнсон.

А теперь представьте моё удивление, когда в день публичной новости об этой смерти, тятя, тятя, нам соцсети притащили мертвеца: сразу у нескольких поклонников «интернационалиста Карлосa», я внезапно, по трагической (надо понимать) случайности увидела мириады сочувственных реплик Мэнсону об окончании его земных страданий:

«Земля тебe пухом, Чарли, ты хотел сделать этот мир хоть немного лучше!» ©

Даже если вы, глазам не веря, перечитаете эту фразу много раз подряд, её смысл не изменится: во всех отношениях вроде бы адекватные люди, занимающие во всех отношениях серьёзные позиции и даже, в некоторых случаях определяющие то, что сегодня принято называть в прессе «контент», предназначенный тому самому обществу, которое, вроде бы, никому не следует «разжигать», искренне желают «земли пухом» откровенному садисту и убийце со свастикой на лбу.

И они же ратуют за освобождение террориста с одновременной мешаниной «пролетарских» и исламистских идей в голове.

Какое же после этого недоумение оказываемым ему сочувствием сегодня может вызвать обычный, слетевший с катушек стрелок-одиночка, если даже такие мастодонты, как Мэнсон и Шакал находят понимание и поддержку у самых яростных поборников самых духовных наших «скреп», только потому, что, по мнению некоторых, они тоже «хотели сделать этот мир немного лучше»?

И, в таком случае, стоит ли удивляться, что сколь бы отвратительный «контент» не распространял любой степени гнусности телеканал, всегда найдётся «контингент», который примкнёт и одобрит?

Не потому ли мы всё никак не определимся с некоей дозволенной мерой общественного возмущения, после которой то или иное действие в обязательном для всех порядке должно подлежать запрету или наказанию, что двойными стандартами, по сути, грешат абсолютно все стороны, и соратники и оппоненты, и ни одна из сторон яростно не желает этого признать?..

С такого ракурса телеканал «Дождь», несомненно, необходим всем, поскольку служит и наглядным примером, как осуждать и практиковать осуждаемое одновременно (клянём атмосферу ненависти и разжигаем её же), и тем самым зеркалом невидимых революций, без которого так трудно разглядеть, что там на самом деле, в собственном, вроде бы, незамутнённым двойными стандартами, небесно голубом глазу…