Свое и чужое: почему Украине плевать на погибших крымчан | Продолжение проекта «Русская Весна»

Свое и чужое: почему Украине плевать на погибших крымчан

Так устроен наш мир, что трагедии в нем происходят ежедневно, ежечасно, а если взять масштабы планеты, то и ежеминутно. Только в Украине ежедневно уходят из жизни в среднем до полутора тысяч человек. Умирают достигшие преклонного возраста и находящиеся в расцвете лет, увы, и детская смертность существует, люди умирают от естественных причин и погибают в результате различных несчастных случаев. Не сочтите это «художественным приемом», но буквально перед тем, как написать эти строки, автор вышел на балкон покурить и увидел во дворе мертвого человека, вокруг которого уже копошились полицейские.

Для его родных сегодня станет днем страшной трагедии, возможно, расколовшей жизнь надвое, близкие друзья и дальние родственники погорюют несколько дней, а затем жизнь вернется в привычную колею, более дальние знакомые, узнав печальное известие, покачают головой, да, может, при удобном случае выпьют «за помин души» (ведь такие «новости» приходят к каждому из нас достаточно регулярно), а случайные свидетели вроде меня через час-другой в эмоциональном плане и вовсе забудут об этом эпизоде.

Всколыхнуть общество, стать общим горем может только смерть известной и уважаемой личности или масштабная трагедия с десятками или сотнями жертв, особенно с «отягчающими» обстоятельствами: когда большинство погибших дети, когда причиной стал не несчастный случай, а чей-то злодейский умысел. Но и тут трагедия, случившаяся в собственной стране, воспринимается неизмеримо больнее, чем происшедшая за её пределами.

Более того, в силу специфики современного медийного мира и трагедии в разных странах и регионах воспринимаются по-разному. Миллионы людей красили свои аватарки в соцсетях в цвета французского флага после теракта в Ницце, но признаемся, у кого из нас задержит внимание более чем на 30 секунд новость о том, что на озере Виктория в Танзании затонул паром с 200 пассажирами?

Наверно, в таких «двойных стандартах» нет ничего хорошего, но ведь и «все горести мира» провести через себя невозможно. Мы слышим или нет (но понимаем, что у кого-то сейчас несчастье) о бедах чужих людей (в том числе чужих, как жителей другой страны), но поскольку они нас не касаются, продолжаем жить обычной жизнью с её проблемами и радостями. Как пел Владимир Высоцкий: «И я сочувствую слегка. Погибшим им ― издалека…»

Реакция отдельных украинских ЛОМов (лидеров общественного мнения) на жуткое происшествие в Керчи, когда психопат убил 20 человек (большинство подростки), последовала очень быстро. Пишет, например, в прошлом Coordinator в «Громадський рух „Чесно“» и Assistant в компании «Верховна Рада України» Алексей Быстров: «Крым продолжает расплачиваться за предательство».

А Аркадий Бабченко просто излучает счастье по поводу того, что он, видите ли, предупреждал крымчан еще четыре года назад, что у них будут теракты. «Это — еще только начало», «Самый легкий день был сегодня», «Добро пожаловать в гавань. А вас предупреждали. Вас же предупреждали?» — и другие теплые слова сочувствия от экс-россиянина и экс-покойника.

Вторит Бабченко и известная одесская фейсбук-писательница Балаба: «Получили и Беслан, и Чечню, и Приднестровье. Следующий этап — Волгодонск. И «за первой чеченской войной всегда следует вторая». А вот Денис Казанский: «К сожалению, подобные инциденты — это тоже часть „русского мира“. В 2014 году крымчан об этом, конечно, не предупреждали». И конечно же, множество лайков и репостов.

Но ладно, возможно, кто-то скажет «в семье не без урода», вышеназванные персонажи не имеют официального статуса, а лишь высказывают свое мнение. Но как отреагировала официальная киевская власть? Президент сделал свое заявление в тот же день: «Сегодня в Керчи случилось ужасное убийство. Прокуратура Автономной республики Крым возбудила уголовное производство по статье „Теракт“. Расследование таких дел является важным для Украины, ведь Крым является украинской территорией и украинцы, живущие в оккупации на полуострове — граждане нашего государства. И конечно, что когда погибают украинские граждане, где бы это ни происходило, — это трагедия. Выражаю сочувствие украинцам, которые потеряли детей и близких».

Получается, если гибнут не граждане Украины — это уже и не трагедия вовсе, недостойная даже сочувствия, что однозначно следует из последнего предложения в заявлении президента? И что значит «где бы это ни происходило»? Согласно официальной позиции Украины, произошло это во «временно оккупированном» украинском городе. А «сочувствие», извините, является низшей формой проявления соучастия. Не нашлось у президента даже «трафаретных» слов о «глубоком соболезновании», «общем горе», «поддержке» и т. п. Извините еще раз за сравнение, но напрашиваются аналогии с телеграммой на смерть никогда не виденной троюродной бабушки.

Можно сравнить с соболезнованиями, которые Петр Порошенко направил президенту Франции Франсуа Олланду после теракта в Ницце: «Глубоко шокирован трагедией в Париже. Терроризм наш общий враг. Украинский народ бок о бок с народом Франции в это ужасное время».

Впрочем, еще показательней, чем собственно слова, оказался весь «антураж» президентского заявления. Оно не носило официального характера, было произнесено «между делом» на встрече с украинской делегацией на сессии Парламентской ассамблеи СЕ, поводом для которой стал, как считают в Киеве, весьма удачный троллинг ею россиян, выразившийся в коллективном исполнении украинского гимна и особенно в сантехнических перчатках, коими нардеп Гончаренко «защищался» от отравления а-ля «дело Скрипалей».

Сей «артефакт» под смех собравшихся был подарен Петру Порошенко, и в целом фотографии, размещённые на президентской страничке в Фейсбуке, показывают, что собравшиеся, особенно глава государства, были в этот день в замечательном, весьма веселом настроении.

44177265_1430584447075943_580769253041373184_o

Разве что Мустафа Джемилев, нужно отдать должное, выглядел невеселым, что смотрелось особенно контрастно на фоне прямо-таки сияющих остальных участников, включая Петра Порошенко и вице-спикера Ирину Геращенко.

Эта самая Геращенко за пару часов до встречи с президентом также успела выступить с «соболезнованиями», сопроводив их комментарием, что «КГБисты — мастера провокаций и взрывов… Вспомним взрывы и теракты в Москве, Чечне, Беслане, других городах и регионах РФ, которые организованы самой российской властью для запугивания людей и террора». Так где ваша скорбь, пани Ирина, по соотечественникам, погибшим в результате провокации КГБ? Как говорится, хоть бы лимон съели (и другим предложили) перед протокольным фотографированием.

К этим полуофициальным заявлениям можно добавить лишь то, что депутаты Верховной Рады по предложению спикера почтили память погибших минутой молчания. Произошло это, правда, после отмечания, видимо, по мнению спикера, более важного события — дня рождения депутата Романюка. И этим, собственно, официальная реакция и ограничилась. Премьер Гройсман ограничился также скупыми словами соболезнования в Твиттере, не было общенационального траура, ни даже свечек в углу телеэкранов, которые «зажигаются» так часто, что не вызывают даже любопытства: а по какому поводу сегодня?

Заданный властью предельно «сдержанный» тон передался СМИ, да и украинскому обществу в целом. Видимо, таков был «темник», поскольку ситуация щекотливая — скорбеть не хочется, а выказывать радость, все-таки «некомильфо». Лишь в Тернопольской области был объявлен траур по погибшим в Керчи, но эта местная инициатива лишь подчеркивает, не побоюсь этого слова, в буквальном смысле неадекватную реакцию центральной власти. Впрочем, и там, понятно, скорбели по «жертвам Русского мира».

А ведь если, упаси Господи, представить, что такая трагедия случилась бы на подконтрольной Киеву территории (специально использую такую терминологию, чтобы даже в качестве абстрактного примера не называть какой-либо украинский город), то наверняка бы была отменена или перенесена «увеселительная» встреча президента с депутатами, глава государства выступил бы со специальным заявлением, объявлен траур и т. д.

Правда, в России также не объявлялся общенациональный траур (по имеющейся неофициальной информации, он объявляется, когда число жертв близко к 100 и выше). Но трагедия в Керчи стала для российского общества настоящим шоком. Несколько дней она была темой № 1 для всех СМИ, чиновники самого высокого уровня высказали соболезнования, докладывали о принимаемых мерах, помощи пострадавшим, да в целом вся страна действительно скорбела, старалась чем может помочь крымчанам, оказать поддержку, в ряде мест возникли стихийные мемориалы в память жертв.

А ведь ничто так не ценится, как поддержка, пусть даже чисто моральная, оказанная в тяжелую, трагическую минуту. Да и сколько раз трагедии сближали не только повздорившие по разным причинам семьи, но и целые народы! Но Киев, самые широкие украинские «патриотические» круги такую уникальную возможность, кажется, просто в силу своего селюкского жлобства упустили, а крымчане очень ярко, очень выпукло, может быть, наиболее ярко за последние пять лет увидели, где «свои», где Родина, а где в лучшем случае дальние и абсолютно чуждые родственники.