Тёмные тайны брексита | Продолжение проекта «Русская Весна»

Тёмные тайны брексита

25 ноября 2018 года Великобритания выносит на саммит Евросоюза согласованный план выхода страны из этого объединения. Если план будет утверждён на саммите, а затем одобрен британской палатой общин, то долгожданный брексит наконец состоится.

Правда, весьма сомнительно, что это событие будет встречено с восторгом активистами и сторонниками движения Leave. EU, усилиями которого и был обеспечен успех брексита на июньском референдуме 2016 года. Британия на неопределённый срок останется в таможенном союзе с ЕС, а это означает, что не будет чётко демаркирована граница между Ольстером и Республикой Ирландия — единственная сухопутная граница Британии. В то же самое время Туманный Альбион лишается всякого влияния на экономическую и внешнюю политику союза, поскольку представители Британии немедленно покинут все политические институты этого объединения.

Этот странный итог переговоров, к которому пришло правительство Терезы Мэй, обернулся двумя последствиями. Политическим кризисом внутри её кабинета, который покинули три ведущих его члена, включая министра по делам брексита Доминика Рааба, и — что не менее важно — мощной лоббистской атакой трансатлантической либеральной прессы в пользу отказа Великобритании от брексита и возвращения к ситуации до июня 2016 года. Технически это предлагается совершить разными способами: чаще всего говорится о повторном референдуме, на котором гражданам Великобритании должен быть предложен выбор между сделкой имени Терезы Мэй и отменой итогов первого референдума. Интересно, однако, другое, а именно — те новые аргументы, которые предлагает американская и британская пресса для обоснования подобного пересмотра.

Главный аргумент в пользу отмены брексита — это только что вскрывшиеся факты иностранного участия в кампании Leave. EU.

Несколько дней назад в британской газете The Observer со ссылкой на сайт openDemocracy была опубликована информация о попавшей в публичное поле переписке руководителей американской информационно-аналитической компании Cambridge Analytica c лидерами движения Leave. EU Арроном Бэнксом и Энди Уигмором. Переписка датируется 2015 годом, и в одном из писем Бэнкс сообщает американским партнёрам, что собирается начать агитацию за выход страны из Европейского союза.

Поскольку британские законы запрещают иностранное финансирование выборов в стране, Бэнкс спрашивает у коллег совета, как можно обойти эти законы и заручиться безопасной с точки зрения законодательства информационной и денежной поддержкой. В общем, ничего на самом деле криминального. Проблема только в том, что владельцем Cambridge Analytica являлся тогда миллиардер Роберт Мерсер, будущий спонсор Трампа на выборах 2016 года, а заместителем директора этой фирмы — не кто иной, как будущий руководитель кампании Трампа и впоследствии его советник Стивен Бэннон.

Сам Бэннон в переписке не участвовал, но его адрес был включён в копию, и о переговорах Бэнкса с людьми Мерсера он, очевидно, знал. При этом важно отметить, что в 2015 году Бэннон вообще занимался другими делами, далёкими от президентских выборов, да и к самому Трампу он до лета 2016 года не имел никакого отношения. Это не помешало либеральной прессе двух стран призвать к созданию в Англии аналога комиссии Роберта Мюллера и заявить о необходимости связать два расследования — о вмешательстве России в американские выборы и о вмешательстве Америки в выборы британские. Впрочем, некоторые наиболее ретивые журналисты типа Кэрол Кадуолладр, написавшей острый скетч на эту тему на сайте журнала The New York Review of Books, вообще не стесняются с выводами и сразу же требуют найти «русский след» и в деле финансирования брексита, и в победе Трампа на выборах 2016 года.

При чём тут Россия? И как она может быть связана с Робертом Мерсером? Всё очень просто. Бэнкс и Уигмор несколько раз посещали российское посольство в Лондоне и общались с послом России Александром Яковенко.

Это первое доказательство. Второе — наличие в команде Leave. EU главы ушедшей в Лету партии UKIP Найджела Фараджа, в котором Кадуолладр видит своего рода связующее звено между Путиным, Трампом, Ассанжем и самим Бэнксом. Понятно, что всё это подозрительно напоминает обвинения Вышинского в связи Троцкого с Бухариным, а Бухарина — с японской разведкой. Кто-то с кем-то встречался, кто-то о чём-то разговаривал, значит, налицо заговор с целью взятия власти.

Между тем кое-в чём либеральные критики Трампа и брексита, увы, правы. И эта правота придаёт силу их позиции. Действительно, британцы, агитируя за брексит и голосуя в пользу него, несомненно, рассчитывали, во-первых, на особые отношения с Америкой, а во-вторых, конкретно на дружбу с Дональдом Трампом в случае его победы. Казалось, как только Трамп окажется в Белом доме, он тут же подпишет с Великобританией какой-нибудь договор об особых торговых отношениях и установит между двумя англосаксонскими державами режим тесного военно-политического сотрудничества, который в очередной раз подчеркнёт роль Великобритании как приоритетного партнёра США в НАТО.

Этим надеждам не суждено было сбыться — вместо особых отношений с Вашингтоном Лондон получил от Трампа высокие тарифные пошлины на импорт алюминия и стали, а также угрозу запретить ввоз в США британских автомобилей. Политические же отношения с правительством Мэй у Трампа немногим лучше, чем отношения с Меркель и Макроном. И едва ли за это несёт вину Англия.

Собственно говоря, и с Россией произошло что-то аналогичное — кроме того, что, в отличие от Великобритании, она не совершала никаких резких политических действий в надежде на «новый прекрасный мир», который принесёт человечеству гулявший в 2016 году по всему Западу «призрак популизма». Но надежды на Трампа и отказ от конфронтации с Россией в нашей стране были — и они не оправдались.

Разумеется, разговоры о том, что Трамп и брексит никак не связаны и что эта двойная победа в 2016 году есть исключительно продукт внутреннего недовольства тяготами глобализма, несколько наивны. Существуют веские основания считать, что игру в так называемый популизм вели серьёзные элитные группы Запада, и похоже, что информация, которой с нами делятся по этому поводу либеральные СМИ, крайне избирательна. В таком случае ясно, что дело не ограничивается ни Мерсером, ни тем более Бэнноном. Но ясно также и то, что Россия выступает в этой игре в роли козла отпущения, на которого вешают все грехи за катастрофический для глобального порядка 2016 год. Ровно по той же причине, по какой Бухарина называли в 1938 году именно японским шпионом, а не английским или американским.

Можно быть уверенным, что и в дальнейшем горсти правды об «истоках популизма» будут теряться — в многочисленных разоблачениях либеральных медиа-светил, среди кучи откровенной лжи о «русском следе», «заговоре Путина» и «руке Москвы».