Крапленая музыкальная колода либералов | Продолжение проекта «Русская Весна»

Крапленая музыкальная колода либералов

Редактор «Медузы» Александр Горбачев решил подвести свои музыкальные итоги года и написал громкий текст о том, как «молодая школа» снесла «старую». Заголовок у текста, хоть и до смешного очевидный, но тем не менее ударный: «Эпоха Земфиры и „Мумий Тролля“ закончилась. Теперь все иначе».

Журналист разложил по пунктам, почему Рамазанова и Лагутенко больше не актуальны, и, соответственно, выставил новых музгероев.

Начал он с того, как его зацепило высокомерие Земфиры, когда она хвасталась: «Открою секрет. В Сочи меня озвучивал звукорежиссер Тома Йорка. А вы несете какую-то чушь! Я работаю с лучшими, это и есть счастье». Горбачев (кстати, в не менее высокомерном тоне) считает, что в нынешних обстоятельствах стремление прикоснуться по звучанию к группам типа Radiohead выглядит провинциально и отстало, а молодые герои хороши тем, что не заморачиваются на этот счет, а просто реанимируют попсу 15-летней давности, делая это стильно. Что ж, занятие благородное, даром, что новой музыкой это можно назвать с трудом.

Далее он говорит о том, что в 2018 году музыка стала главным искусством в России, а главное искусство у нас, конечно же, запретное, ну и называет группы, которые подвергались преследованиям. Земфира же в 2018 году записала только одну песню — на стихи Бродского, а Лагутенко запомнился только участием в рекламе — тем самым величины российской музыки остались безучастными к волнам протеста и всему, что с этим связано, а значит и перестали быть актуальными.

Ну и спустя несколько скучных абзацев Александр Горбачев доходит до главной мысли, ради которой, представляется мне, вся эта статья про «молодую шпану, что сотрет нас с лица земли», и была задумана: «Новый проект рос и развивался главным образом в последнюю пятилетку — время, когда Россия быстро превратилась обратно в страну, которой пугают детей; время, когда одним из главных мотивов государства стала выработка параллельной системы ценностей; время, когда в повседневную жизнь вернулась война — причем тотальная, идущая разом в умах и домах. Радоваться тут, разумеется, нечему — но, в конце концов, не зря же существует расхожее клише, будто чем хуже времена, тем лучше музыка. Новая самобытность песен на русском языке кажется прямым, пусть и неосознанным следствием новой изоляции государства, присваивающего этот язык. Грубо говоря, когда выяснилось, что в „глобальном мире“ мы никому не нужны, оказалось, что с самими собой тоже может быть довольно интересно.»

Для непонятливых упрощу. Вся эта бесконечно талантливая музыка родилась благодаря нашему родному кровавому режиму. Только в условиях войны и тотального подавления может выйти каменный цветок.

Так бы сразу и сказал, а то я уже подумал, что статья про музыку, а оказалось, что опять про Путина, а музыканты сюда для аргументации вписаны.

Дальше градус снижается, и журналист просто начинает выступать в пользу постмодерна и постиронии, доказывая, как это свежо и прикольно, как важно «осознать свое», приводя в пример одни и те же имена, которые на протяжении всего года издания, подобные «Медузе», бесконечно муссировали.

Имена, которые пришли на смену Земфире и «Мумий Троллю» и которые отлично вписываются в парадигму этих «культурных СМИ». Все эти музыканты по-своему прекрасны, и многие из них делают самобытную и интересную музыку, но как же надоело это тупое впаривание.

Тонна лести Монеточке и Гречке и ни одного большого материала о группе «Аффинаж», которая стала явлением гораздо большим с точки зрения музыки.

Тексты группы «Комсомольск» нужно сопровождать обширным историко-культурным комментарием, считает Горбачев, но никогда не вспомнит о Бранимире, у которого культурный багаж органичнее и обширнее, а тексты, подача и харизма в сто раз интереснее, и об этом говорит его бесконечный гастрольный график.

А если речь зашла о рэперах, то как пить дать, все будут говорить о Фэйсе, который (прости Господи) упомянул Мандельштама. Уверен, что рэпер не назовет имя и отчество своего «любимого поэта», потому что их не знает. Судя по текстам рэпера, с поэзией он явно не знаком. Слушать его рэп, прямо говоря, невероятно тяжело. Но Александр Горбачев считает, что именно он пришел на смену старичкам.

А слушал ли Горбачев последний альбом рэпера Типси Типа, который тоже вышел в 2018 году, и, если слушал, то почему не упомянул? Уж он-то гораздо талантливее либеральных агиток Фэйса.

Или, может, он сказал, что на смену Лагутенко пришел рэпер Рем Дигга, который тоже в 2018 году выпустил лирический альбом «Тюльпан», а до этого релизил клип «На юг», который только с одного аккаунта посмотрели более 12 миллионов раз?

Неужели об этом клипе никто не писал, потому что он про войну в Донбассе?

Нет, Рем Дигга не новый герой поколения.

А 25/17? Тоже нет.

Вот Фэйс — да. И Оксимирон, вроде бы, тоже да. В 2018-м, как и в 2017-м, альбома не выпустил, но организовал концерт в поддержку попавшего под арест рэпера Хаски, а это может быть даже важнее альбома.

Становится очевидным, что нам навязывают новый слой бессмысленных имен только потому, что старые всех несколько достали, а эти, вроде, идейно близкие и надо поскорее подсуетиться с пиаром, пока настоящая шпана не разнесла все к чертовой матери.

Так, Артемий Троицкий в статьях 80-х чуть ли не каждый месяц объявлял нового кумира, который всех уберет, — от Майка и Пети Мамонова до «Наутилуса» — тут был тот же соблазн прокукарекать первым. Последнее время он только и говорил о Васе Обломове, что выглядит просто комично: не угадал, поэтому все чаще повторяет за коллегами, мол, Фэйс, о да, Монеточка…

Но что гораздо важнее и составляет основной пафос статьи. Сейчас идеологи определенного направления очищают свой либерализм от скомпрометированных окончательно западных клише и предлагают сделать его более национальным, для чего пытаются мобилизовать музыкантов и философов «из новых». Статья Александра Горбачева — это и есть приглашение к танцам.

А еще меня очень забавляет, как все резко полюбили Егора Летова. Вот и Александр Горбачев пишет: «Самой консенсусной и самой безусловной фигурой культурного предка окажется Егор Летов — музыкант исключительно широкого кругозора, который, вдохновляясь неизведанной американской психоделикой 1960-х, при этом последовательно искал свой собственный звук в советских усилителях и микрофонах, перепевал Пахмутову с Таривердиевым и даже отдавал должное «Дискотеке Аварии».

Знаете, как в новой песне группы «Ундервуд» поется:

Все, что нам сегодня по*** —
Потомки назовут Эпохой.

Где были все эти ценители, когда Летов транслировал свои коммунистические убеждения и самоопределялся как «советский националист», когда несколько лет подряд давал концерты в полупустых залах, когда Михаил Козырев наотрез отказался транслировать его песни на «Нашем радио»?

Так что я не думаю, что люди типа Александра Горбачева имеют моральное право размышлять про то, чья эпоха закончилась, а чья началась. У них есть карты, на которых нарисованы музыканты, и они раскладывают свой пасьянс. Играть с ними бесполезно. Колода у них крапленая.

P. S. (Ответ Земфиры на текст Александра Горбачева):

«Я отвечу. Начну с того, что я больше говорю, чем пишу — продолжу говорить). Статья — не бессмысленная. Заголовок — годный.

Но.

Александр — очень, очень плохой русский. Раньше вы писали лучше. И скорее хочется заменить этот язык\стиль, чем музыку, которую мы с Лагутой делаем. Потому что он (ваш язык) адски архаичный. И когда вы провозглашаете революцию в музыке, которую описываете этим языком, становится неловко. В журналистике проблем больше. С другой стороны, теперь, в этом времени, она и не нужна. У всех есть своя площадка для высказываний, своя аудитория, и то упорство, с которым вы цепляетесь к этим новым именам, наводит на мысли, что вы пытаетесь быть в струе, молодитесь.

Эпоха закончилась — это верно. В общем, в заголовке — главная мысль, остальное читать тяжко.

Когда возникает новое — всегда хорошо. Ну и что, что на него набрасываются и ругают, это закономерно (!) плохо, когда искусственно подтягивают, пытаются выдать желаемое за действительное. За вами давно такой грешок водится — выбрать героя и хайпить. Могу перечислить десяток имен, но не буду. Вы корпоративно решаете, кого продвигать. Я немного об этом знаю со времен „Афиши“.)

Про звук, конечно, это моя личная запара. Я хочу звучать хорошо, я не могу слушать музыку, звучащую плохо. Но вот в чем дело: то, что делал Микко (звукач Йорка), я и не слышала вовсе, на сцене мне звук делает Саша Бахирев. Я лишь хотела и хочу, чтобы публика слышала отличный звук. Это провинциально? Ok.

Я правда не люблю русскую музыку. Но я немедленно ее полюблю, когда возникнет что-то стоящее.

Жду».