Квачкова трудно представить в домашних тапочках | Продолжение проекта «Русская Весна»

Квачкова трудно представить в домашних тапочках

Военный обозреватель Виктор Баранец, знавший полковника лично, вспоминает, как в нем горела лютая ненависть к тем, кто разрушил СССР и обогатился на его развалинах.

С «экстремистом» полковником ГРУ Владимиром Квачковым я знаком давно, — с того времени, когда мы вместе служили в Советской Армии. Молва об этом лихом офицере (а он командовал и отрядом, и бригадой спецназначения) гуляла по войскам давно. Под его началом было проведено немало разведывательно-диверсионных операций на афганской войне, в кровавой буче в Баку (1990) и гражданской войне в Таджикистане. Орденами Мужества и Красной Звезды его наградили не за красивые глаза.

Мне приходилось встречаться с ним и у него дома, и в редакции «КП». В каждом его слове искрила высоковольтная, лютая ненависть к тем, кто разрушил СССР и обогатился на его развалинах. Среди идейных врагов Квачкова, как он публично заявлял, был Анатолий Чубайс. И в 2005 году, когда в подмосковных Жаворонках случилось то ли неудавшееся, то ли примитивно сварганенное «покушение» на Чубайса, российская Фемида тут же ткнула пальцем в Квачкова. Его на 3 года уложили на тюремные нары. Но в итоге — оправдали.

А уже через день после этого решения полковник был… арестован вновь.

На этот раз — по обвинению в организации вооружённого мятежа. Я читал приговор, по которому Квачкову дали аж 13 лет колонии строго режима. Суд опирался на показания некоего Галкина, который рассказал, что по заданию Квачкова в Тольятти, Самаре, Владимире и других городах из патриотически настроенных офицеров, попавших под сокращение, создавались отряды ополченцев. Они по сигналу Квачкова должны были захватить и разоружить в своих регионах воинские части, а затем отправиться «вооружённым походом на Москву, присоединяя к себе всё новые отряды восставших». Квачкову вменяли и вербовку целого экипажа атомной подлодки, и вооружение своих сторонников… арбалетами (не шутка).

Затем полковнику на 5 лет скостили срок. А когда уже светило освобождение, кто-то слил в соцсети его телефонный разговор из тюрьмы со своими сторонниками. И полковнику «домотали» еще 1,5 года за экстремизм. Но первая часть статьи 282 (экстремизм) перестала быть уголовной и Квачков теперь все-таки должен выйти на свободу.

Пока трудно сказать, чем он займется — все так же будет «мутить воду» или в теплых домашних тапочках засядет за мемуары? Но второе все же менее вероятно. Ибо надо знать Квачкова.