ВМС Украины седлает боевых дельфинов

ВМС Украины седлает боевых дельфинов | Продолжение проекта «Русская Весна»

Пресс-служба Министерства обороны Украины сообщила: «В Одессе специалисты отделения психофизиологии и психологической реабилитации Научно-исследовательского центра Вооруженных Сил Украины „Государственный океанариум“ организовали курс дельфинотерапии для реабилитации военнослужащих Военно-Морских Сил, которые принимали участие в проведении АТО». На приложенном фото симпатичные морские животные действительно запечатлены в бассейне с серьезными мужчинами, чьи души и тела, видимо, и вправду искалечены в ходе боевых действий в Донбассе.

По словам начальника НИЦ «Государственный океанариум» кандидата психологических наук полковника Андрея Дончака, проведенное занятие — новое направление в деятельности его подчиненных. Ранее, сообщил Дончак, подобные сеансы они проводили только с больными детьми. Но важность лечебной реабилитации именно «воинов АТО», считает полковник, в «Государственном океанариуме» хорошо сознают. Поскольку почти весь личный состав этого секретного НИЦ сам прежде воевал в Донбассе.

Однако умилительную лирику пресс-службы МОУ про то, как ловко дельфины на Украине врачуют искалеченные человеческие тела и души, предлагаю отложить в строну. Куда важнее сосредоточиться на другом: перед нами первое публичное признание официального Киева, что с недавних пор там начали организованную подготовку группы боевых дельфинов. Или вот-вот начнут. Ведь не только же для приятного купания ветеранов «АТО» с морскими животными создан в Одессе секретный НИЦ?

Если Украина на самом деле решила обзавестись боевыми дельфинами, то на чьи деньги? Откуда возьмется весьма сложное оборудование и специальные методики тренировок? Попробуем поискать ответы на эти вопросы.

Начнем с того, что морских млекопитающих к подводной войне доселе готовили лишь в двух странах — в Соединенных Штатах и в Советском Союзе (а потом — в России). В принципе, и у них, и у нас было и есть всего три направления создания так называемых «боевых биотехнических систем» с участием дельфинов, тюленей и морских львов:

— борьба с подводными диверсантами и участие в обороне военно-морских баз;

— поиск и уничтожение морских мин;

— обнаружение и подъем на поверхность затонувших объектов.

Американцы для этой цели еще в 60-х годах прошлого века создали военно-морскую биологическую станцию в тихоокеанской бухте Мугу. А впоследствии дополнили ее филиалом в бухте Канеохе-Бей на острове Оаху (Гавайи).

В 70-х годах прошлого века шесть хвостатых «воспитанников» станции приняли участие в войне во Вьетнаме. По некоторым данным, за полтора года шестерка тренированных дельфинов при обороне бухты Камрань, в которой тогда стояли корабли американского флота, уничтожила до полусотни вражеских подводных пловцов. А в 2003 году другая боевая биотехническая система вместе с 1-м отрядом расчистки минных заграждений ВМС США успешно воевала в Ираке. В частности, проделывала проходы к причалам порта Умм-Каср.

По данным зарубежных СМИ, в прошлом году флотскую «службу» в американском флоте проходили 24 «противоминных» дельфина, около 50 дельфинов для других задач и 30 морских львов. Ежегодно на работу с ними выделяется порядка 20 миллионов долларов.

Про боевые подвиги советских дельфинов известно еще меньше. Не тайна лишь, что по инициативе главнокомандующего ВМФ СССР адмирала Сергея Горшкова в 1972 году в Казачьей бухте Севастополя был создан секретный Научно-исследовательский центр флота, подчинявшийся напрямую Москве, а горожанам больше известный как просто «океанариум в Казачке».

Уже через четыре года первая подготовленная там боевая биотехническая система с участием дельфинов и водолазов была включена в состав Аварийно-спасательной службы ЧФ под названием «1329-я группа специального назначения». Четыре дельфина, входившие в состав группы, за несколько лет обнаружила на дне более 40 затонувших мин, торпед и ракет.

В 1983 году подобный севастопольскому Научно-исследовательский центр ВМФ СССР сформировали в бухте Витязь на Тихом океане. Там работали с белухами. Затем к специальным тренировкам тюленей приступили в Сайда-губе на Северном флоте.

При этом главным звеном в подготовке млекопитающего подводного «спецназа» оставался Севастополь. Однако с развалом Союза дельфинарий в Казачьей вместе с Севастополем на время перешел в ведение Украины и стал зваться «Научно-исследовательский центр ВС Украины «Государственный океанариум» (войсковая часть А1845). На балансе — 24 гектара земли на побережье бухты Казачья и 39 гектаров на мысе Фиолент. Множество специальных помещений, бассейнов, лабораторий. Куча плавсредств, в том числе подводные аппараты «Риф» и «Лангуст».

Но главное, конечно, - дельфины. Ушлые украинские адмиралы быстро усекли, что война на Черном море то ли еще будет, то ли — нет, а лечебное плавание с «біологічной бойовой одиницей», как теперь официально обозвали заслуженных севастопольских дельфинов-афалин, - весьма доходный бизнес. Выученную в Советском Союзе грозу вражьих мин и диверсантов мгновенно фактически «демобилизовали» и приспособили для полулегальной добычи долларов и гривен.

В украинской прессе тут же появились такие, например, объявления: «На территории севастопольского дельфинария проходят и сеансы дельфинотерапии — лечение детей и взрослых с различными заболеваниями (церебральный паралич, нарушение речи и слуха, поражение центральной нервной системы)». И прейскурант с немалыми суммами. Час плавания в некогда сверхсекретном бассейне стоил до сотни долларов.

Куда утекали те вытрясенные с туристов гривны и доллары, а также продолжавшееся параллельно финансирование из оборонного бюджета Украины, в 2014 году, перед самым Майданом, попыталась выяснить инспекция Минобороны этой страны. И поставила диагноз: войсковая часть А1845 насквозь пронизана коррупцией.

В акте проверяющие из Киева записали: «На содержание Центра в течение 2013 было использовано около 30 миллионов гривен, деятельность Центра не направлена ​​на решение проблем развития и применения Вооруженных Сил Украины… С 2000 года под видом научно-исследовательских работ по восстановлению популяций морских гидробионтов фактически осуществлялось бесконтрольное выращивание моллюсков в коммерческих целях».

Оказалось, что три дельфина-афалины и один морской сивуч из океанариума незаконно вывезены за пределы Украины, «что создало предпосылки к их потере и содержит признаки коррупционных действий». А несколько якобы проведенных в Казачьей бухте украинскими военными моряками научно-исследовательских работ по цифровым системам подводной связи были ни чем иным, как банальным копированием германской продукции торговой марки ЕVО LOGICS.

Материалы проверки передали в военную прокуратуру Украины. Но пока там решали, что теперь со всем этим делать, Севастополь мирно отплыл в Россию. Вместе, естественно, с военным океанариумом. Уцелевших к тому времени 15 афалин снова поставили на службу нашему флоту. По сведениям одесской газеты «Думская», еще до Майдана другие семь дельфинов украинцами были списаны с баланса как «умершие». Но в действительности их сдали в аренду иностранным дельфинариям. Пятерых — по сомнительным документам в Турцию. Еще двух — в Литву.

Почти весь персонал НИЦ из Севастополя никуда не уехал и продолжил работать на оставшихся от Украины руинах. В Одессу, куда перебрались ошметки ВМСУ, отправились менее десятка военнослужащих оскандалившейся в/ч А1845. Среди них и уже упомянутый кандидат психологических наук Андрей Дончак. Тот самый, кому, как теперь очевидно, выпало на новом месте возрождать Научно-исследовательский центр Вооруженных Сил Украины «Государственный океанариум».

Как работается полковнику Дончаку в Одессе, известно, конечно, мало. Во всяком случае, еще в конце минувшего года на балансе его конторы не было ни метра недвижимости, ни единого дельфина. Как писала местная пресса, оставшийся без дельфиньего войска полковник в 2015 году только добивался передачи в его распоряжение бассейнов бывшего спортклуба Одесского военного округа, еще в конце 90-х пришедших в крайнее запустение и потому давно не работавших. Во всяком случае — по прямому назначению.

Потому что — что значит «не работавших»? Спортсменов в СКА (Одесса) и вправду давно не готовят, детишек плавать не учат. Но вот как раз афалины-то периодически в тех бассейнах плескались, несмотря на разруху. На зиму морских животных туда привозили местные коммерсанты, владельцы крупнейшей в СНГ сети дельфинариев «Немо».

Вот с «Немо», судя по всему, отважный полковник Дончак и вступил в бюрократическое сражение. И коли Научно-исследовательский центр Вооруженных Сил Украины «Государственный океанариум» (теперь это в/ч А1113) все же заработал, битву Дончак, видимо, выиграл. Получил в свое распоряжение бассейны. И, скорее всего, часть дельфинов от «Немо». Иначе откуда бы он их взял, чтобы хотя бы лечить теперь «воинов АТО»?

И вот сейчас самое главное: откуда у Киева миллионы долларов на подготовку боевых дельфинов? Речь точно идет о суммах такого порядка, если американцы на аналогичную программу на Тихом океане тратят, как уже сказано, по 20 миллионов долларов ежегодно. И вот получается: на приведение в мало-мальский порядок считанных своих боевых кораблей у Киева средств нет. А на боевых дельфинов нашлись? Откуда?

И тут придется заглянуть в недавнее прошлое. В апреле 2015 года в Черном море очередные учения провела 2-я постоянная противоминная группа ВМС стран НАТО в Средиземном море (Standing NATO Mine Countermeasure Group SNMCMG2). В аналогичных маневрах та же противоминная группа в этих же водах участвовала и в 2013-м, и в 2014-м. Однако в 2015 году военно-политическая обстановка вокруг Крыма стала принципиально иной. И неожиданно НАТО тогда решило впервые использовать в Черном море американских боевых дельфинов. Военно-транспортным самолетом 20 дельфинов и десяток морских львов в специальных ваннах поближе к к крымскому побережью доставили военно-транспортным самолетом с базы в Сан-Диего.

Но возить дельфинов к российскому теперь Севастополю с Тихого океана накладно даже для богатых ВМС США. Куда дешевле подготовить таких же, допустим. в украинской Одессе. На деньги, естественно, Пентагона, которые можно легко перечислить Киеву в порядке «братской помощи».

Если такая логическая цепочка верна, внезапное воскрешение Научно-исследовательского центра Вооруженных Сил Украины «Государственный океанариум» никого не должно удивлять. Все у полковника Дончака тогда будет. И финансирование, и тренеры, и оборудование, и специальные методики.

Чтобы проверить свои рассуждения, «СП» связалась с живущим в Севастополе капитаном 1 ранга в отставке Александром Жбановым. До 1986 года Жбанов командовал Аварийно-спасательной службой Черноморского флота, а затем был начальником того самого советского еще океанариума в Казачьей бухте.

— Александр Васильевич, по силам ли Украине самой создать центр подготовки боевых дельфинов в Одессе?

— Это просто несерьезно. В мое время для обеспечения работы с дельфинами мы установили связи с семьюдесятью научно-исследовательскими организациями по всему СССР. Ничего подобного у Украины сегодня просто нет, и не может быть.

— А деньги большие нужны?

— Мы в тесном взаимодействии с Военно-Морской академией и многими другими организациями создали три биотехнические системы, по многим параметрам превосходившие те, что разработали США: поисково-спасательную, противодиверсионную и противоминную. Стоимость всех работ приблизительно равнялась стоимости постройки одного современного по тем временам большого противолодочного корабля 61 проекта.

За четверть века «незалежности» Киев не сумел найти средств хотя бы на один корабль с куда более скромными боевыми возможностями. Откуда там возьмутся теперь финансы на дельфинов?

— Как я понимаю, кроме денег в таком деле нужны еще и опытные тренеры, другие специалисты. Нужны особые методики. Все это может быть сегодня в Одессе?

— Насколько мне известно, из Казачьей в минувшие два года практически никто в Одессу не уехал. Что касается полковника Дончака… Он имел некоторое отношение к севастопольскому Центру. Но ведущим специалистом у нас не был.

— А как вы относитесь к предположению, что в появлении боевых дельфинов у Украины заинтересованы американцы? И что именно они способны предоставить все необходимое, чтобы не возить боевые биотехнические системы с Тихого океана?

— Это очень вероятно. Если они и тут станут помогать Киеву, через несколько лет у Украины все может получиться.

— Кстати, для морских млекопитающих есть разница, в какой воде работать — в черноморской или тихоокеанской?

— Никакой разницы нет. Мы своих дельфинов из Севастополя тоже возили на Тихий океан. Все проходило как обычно. Хотя соленость воды там 33 промилле. А в Черном море — 18−20. Но лучше, конечно, на такие расстояния животных не транспортировать. Если американцы тоже так решили — я их понимаю.

Сергей Ищенко

Руснекст Весна

RusNext

Новости и аналитика о событиях в пространстве Русского Мира.

Орфографическая ошибка в тексте:
Вы также можете добавить свой комментарий:
16 + 1 =
Например, 1+3 = 4.