В. Р. Соловьев и Марк Твен, открытый экс-министр Абызов и укрупнение колхозов | Продолжение проекта «Русская Весна»

В. Р. Соловьев и Марк Твен, открытый экс-министр Абызов и укрупнение колхозов

Последняя неделя перед выборами президента Украины лишила душевного равновесия не только украинский политикум — это-то естественно, поливание друг друга дурнопахнущей органической материей есть непременный атрибут демократических выборов.

Но такое же неистовство поразило и отечественных телеведущих, хотя они в выборах 31 марта участвовать вроде не собирались.

Вечера с В. Р. Соловьевым превратились в художественное чтение рассказа М. Твена «Как меня выбирали в губернаторы». Владимир Рудольфович с большим чувством зачитывает: «Порошенко — Каин Братоубийца, Порошенко — Гнусный Клятвопреступник, Порошенко — Винницкий Вор, Порошенко — Осквернитель Гробниц, Порошенко — Белая Горячка, Порошенко — Грязный Плут, Порошенко — Подлый Шантажист».

В общем-то Петра Алексеевича не назовешь священным старцем и адамантом добродетели — добродетель так себе, однако удивляет пылкость телеведущего. «Что ему Гекуба?» Рвение В. Р. Соловьева дошло до того, что, будучи известен как строгий ревнитель Закона, свято чтущий день субботний, он нарушил шабат, явившись в эфире в пятницу вечером, и в спецвыпуске продолжил сокрушать Навуходоносора, т. е. П. А. Порошенко.

Разве что ток-шоу рассматриваются как вражий (т. е. дружий) голос, проникающий поверх барьеров на территорию Украины. «Затаив дыхание, ловит каждое слово Владимира Рудольфовича хлебороб с Кировоградщины, профессор из Харькова, биндюжник с Одессы, сталевар из Запорожья».

Хотя по вопросу, где несмущаемая свобода, а где приходится ловить слово правды сквозь пукание и хрюканье глушилок, есть разные мнения. М. А. Абызов, министр по делам Открытого правительства в прежнем (2012 — 2018 гг.) правительстве РФ, открыв правительство, удалился на покой в Италию, где стал наблюдать, как солнце пурпурное погружается в море лазурное, но по приезде в Россию был взят под стражу. Впрочем, и тут были разночтения.

Одни источники сообщали, что все было точь-в-точь, как в фильме «Семнадцать мгновений весны», где самолет приземляется в Темпельхофе, генерал Вольф выглядывает из открытой двери и видит, что его уже ждут мордовороты папаши Мюллера. Причем если в фильме, как deus ex machina, появился Шелленберг и папаша остался с носом, то во «Внуково» бог из машины не явился. Другие уверяют, что любовь бывшего министра к прекрасной Италии преувеличена и брали его в Барвихе, где у него открытое имение.

Но наши партнеры уже установили, что очевиден 37-й год, хотя пока и не в полном объеме, а несколько смягченный. Обвинение высокопоставленного чиновника в непозволительных негоциях — это 37-й год, однозначно, но интересно, как партнеры представляют себе тогдашнее восприятие казней номенклатуры. То ли (хотя и не для печати, а исключительно в сердце своем) как «противоестественные, совершенно не отвечавшими ни существу строя, ни конкретной обстановке в стране, сложившейся к 1937 году, необоснованные, в нарушение социалистической законности, массовые аресты», а равно «избиение преданных партийных и советских кадров». То ли как справедливую кару, которая постигла затаившихся двурушников, вредителей и агентов иностранных разведок.

Тогда как претензии к Абызову общественного мнения — справедливые или несправедливые, мы не знаем, следствие покажет — заключаются отнюдь не в том, что он был итальянским шпионом или подбрасывал толченое стекло в тарелки трудящимся, но исключительно в том, что он был хищником. В чем и заключается новизна нашей эпохи — при т. Сталине наркомов в аполитичном хищничестве не обвиняли.

Но что же делать? — «Наш век — торгаш, в сей век железный без денег и свободы нет». А также гражданственности. Сотрудник Фонда развития гражданских инициатив им. А. Л. Кудрина тов. Ремнев сочел себя обманутым работодателем и вчинил иск, требуя вернуть ему зажитое: «Семь среднемесячных зарплат на 570,5 тысячи рублей, долги по зарплате за 2,5 месяца в 91,7 тысячи рублей, задолженность за работу в новогодние праздники и сверхурочные — 154,6 тысячи рублей, задолженность по отпускным — 18,2 тысячи рублей, а также компенсацию за задержку зарплаты — около 10 тысяч рублей». А. Л. Кудрин, вообще говоря, очень любящий выступать в СМИ на самые различные темы, тут ушел в кусты и ябеду тов. Ремнева не комментирует.

С одной стороны, жалованье работникам надо платить, а то вечно так: картину мировой экономики через пятьдесят лет видим с пронзительной четкостью, а задолженность за работу в новогодние праздники не видим в упор. Но, с другой стороны, что же это за меркантильные гражданские инициативы? Великодушие граждан проявляется как раз в том, что они, не требуя платы, инициативничают в качестве добровольных охотников. См. времена Анны Иоанновны, когда поэт В. К. Тредиаковский писал:

Восплещем радостно руками,

Заскачем весело ногами,

Мы, верные гражданы!

Вот это были подлинные гражданские инициативы — не то что у А. Л. Кудрина.

Правда, всякая инициатива — хоть оплачиваемая, хоть неоплачиваемая — часто выходит боком, ибо нельзя все предусмотреть. Так получилось и с театральным начинанием, придуманным Д. А. Медведевым. 12 февраля с. г. премьер заявил: «Нам нужно идти и на объединение отдельных коллективов, для того чтобы они были самодостаточными».

В Минкультуры чутко отреагировали на инициативу, и 27 марта В. Р. Мединский объявил об искомом слиянии: Александринский театр С.-Петербурга и Волковский театр г. Ярославля объединяются в первый российский национальный театр.

Все бы хорошо, но расстояние между Петербургом и Ярославлем — 774 км, на автомобиле ехать 12 часов, на поезде 13. Самолетом всего полтора часа, но есть только два рейса в неделю.

Очевидно, вопросы хозяйственные, кадровые, бухгалтерские — не говоря уже о творческих — в нашу дигитальную эпоху предполагалось решать по удаленной связи и посредством цифровой подписи. Тягать за обналичку — см. скорбную судьбу режиссера Серебренникова, — очевидно, тоже по цифровой подписи.

Одним понравилось, другим нет, и в Ярославле — до чего же задорный цех — труппа немедленно пособачилась. Одни артисты хвалили В. Р. Мединского, другие яростно хулили. Всех рассудил Д. А. Медведев, по многочисленным просьбам трудящихся отменивший распоряжение В. Р. Мединского.

Так часто бывало и в прошлом, когда подчиненные, изображая полную готовность следовать инициативам руководства, исполняли их буквально и тем самым играли на руку классовому врагу. К счастью, премьер вовремя распознал вредительский план В. Р. Мединского, и укрупнение колхозов не состоялось.

Так часто торжествует справедливость, и расставивший ловчие сети сам в них попадается. Например, на о. Бали некий россиянин пытался увезти в неволю лесного человека (orang-utan). Однако индонезийские чекисты проявили высокую бдительность, молодой орангутан, попавший в сети россиянина, был отпущен на волю, а похитителю теперь самому грозит до пяти лет неволи.

3 534