Русское пьянство умерло, исчезло за 20 лет | Продолжение проекта «Русская Весна»

Русское пьянство умерло, исчезло за 20 лет

Как-то раз, проходя дворами в окрестностях Мясницкой, я увидел странное сооружение — не то ларек, не то маленький павильон, — в малозаметном углу.

Сверху на этом ларьке красовалась цитата:

«Нужно внедрять трезвый образ жизни в сознание и практику людей. В. В. Путин». И фотография автора.

А чуть ниже:

«Трезвая Русь — великая Русь»

И еще:

«Живи трезво — твори добро».

Он там уже давно стоит, на Мясницкой, этот антиалкогольный ларек.

А я хожу мимо и каждый раз думаю: как же легко, как стремительно исчезают — при нужном усилии — вечные, казалось бы, культурные мифы, все эти так называемые «особенности менталитета» и прочие национальные недостатки, прижитые вроде бы на долгие века.

Русское пьянство умерло буквально за двадцать лет, за мои взрослые годы.

Прав мой ларек, внедрил таки трезвый образ жизни в сознание и практику людей тот самый В. В. Путин, а вместе с ним поработали миллионы проданных автомобилей, буржуазные моды и развлечения, ну и само стремление бегать и зарабатывать сыграло изрядную роль.

Мир моего детства и юности, волшебный и страшноватый мир, где портвейн был основой духовного возрастания, где делать жизнь надо было с поэмы «Москва — Петушки» (великой в любом случае), где чуть не половина знакомых родителей и гостей дома — художники, поэты, кандидаты наук, «умнейший человек современности», говорили про одного из таких, — после сорока еле ползали синие от запоев, где по канавам во множестве лежали отдыхающие, где водка была валютой, а пиво спасением, где пили то спирт, то какую-то зверскую жидкость технического назначения, — этот мир тихо и незаметно ушел.

А ведь считалось, что он — это и есть Россия, и другой не бывает.

И вот все закончилось.

И это правильно.

Ну их, эти «национальные особенности», они только издали кажутся такими манящими, а вблизи — сплошной мрак.

Конечно, где-нибудь в городе Боровичи еще можно увидеть несчастных людей, которые через одного ходят, пошатываясь, и что-то невнятное бормочут, — но это уже экзотика, это печальная ностальгия.

Но в любом месте, куда пришла новая жизнь, где есть деньги, — прилично и скучно выпивают по пятницам, и это, собственно, все.

Живут трезво — творят добро, как говорят на Мясницкой.

Теги: