Названы «главные враги планеты Земля». Их сотни миллионов | Продолжение проекта «Русская Весна»

Названы «главные враги планеты Земля». Их сотни миллионов

Демократия объявлена врагом. Как ни странно, об этом заявило одно из ведущих авторитетных изданий развитого мира Foreign Policy (США).

Материал называется «Демократия — главный враг планеты» и посвящен гигантскому идейному расколу между молодым и немолодым поколениями в развитых странах.

Формальный повод для рассуждений — реакция на недавний визит в Великобританию шведской девочки-активистки Греты Тунберг, которая борется с глобальным изменением климата (ранее известным как глобальное потепление). Грета призывала послушать ученых и, главное, само юное поколение, у которого завтра, возможно, вообще не будет будущего.

Грета, пишет издание, демонстрирует глубокое разделение между младшим и старшим поколениями в применении к политике; между теми, кто имеет возможность действовать, и теми, кто обречен иметь дело с последствиями бездействия.

Молодые и старые чем дальше, тем больше выглядят двумя разными племенами, и разница виднее всего именно в вопросе изменения климата. Последние опросы в Великобритании показывают, что «почти половина молодежи в возрасте от 18 до 24 считает главной проблемой нашего времени глобальное потепление». А среди граждан старше 65 менее одной пятой части думают так же.

Издание ставит следующий диагноз обществу: «Старшие поколения просто не думают об интересах младших». Но на самом деле, отмечается в тексте, причина не в равнодушии и даже не в уровне образования: граждане старше 65 сейчас такие же образованные, как и граждане младше 24. Проблема — в самом их жизненном опыте, который говорит о том, что ничего драматического «глобальное изменение климата» в себе не несет. Они просто не могут понять, насколько все серьезно, из-за своего неправильного опыта. А между тем климат не может ждать, пока нынешние молодые станут пожилыми. Он может необратимо измениться уже сейчас, и что теперь делать?

Вопрос, повисающий в воздухе, так и остается неозвученным (по понятным причинам) — но тем не менее он вполне просматривается: как бы сделать так, чтобы обладателей неправильного жизненного опыта выкинуть из политической жизни к черту и передать право на принятие решений молодежи.

Что в этом контексте хотелось бы отметить.

На самом деле главный водораздел между «старым» и «юным» поколениями передового мира — состоит не в экологии как таковой. Просто пожилые не хотят быть бедными. То есть, говоря словами Foreign Policy, старшее поколение не желает признать, что светлое будущее — это «меньше мяса, меньшие дома и меньше автомобилей».

Тут надо понимать, что на самом деле цель этого кавалерийского медианаскока на «пожилых» — не просто какая-то возрастная категория, а целая социальная прослойка: старый добрый средний класс. Столь привыкший иметь дом, машину (или две), а также посещать ежесубботний стейк-хаус.

Именно под обещание этого скромного процветания средний класс призывали голосовать за соответствующих политиков и одобрять, если что, вторжения в разные страны неправильного мира.

Однако сейчас повестка явно меняется: грядущее, запланированное держателями контрольного пакета медиапространства, не предусматривает массового владения домами, машинами и пожирания стейков. Мы уже писали, что будущее в варианте передовых утопий выглядит похожим больше на жесткий «военный коммунизм», чем на процветание в стиле 1950-х. Небольшие квартиры в «человейниках» вместо отдельных домов; небольшие электрокары и общественный транспорт вместо персональных «бензоедов»; и, конечно, зеленая морская спирулина плюс соевая похлебка вместо расточительных энергозатратных стейков.

Поэтому граждане, не имеющие в силу малолетства ни личных капиталов, ни какого-либо жизненного опыта, в новой концепции безусловно предпочтительнее, чем граждане, имеющие слишком длинный (и, следовательно, неправильный) жизненный опыт. Это новое поколение передовых стран уже вполне готово к тому, чтобы принять будущую экономичную бедность с гордостью.

…Все это говорит нам об одной простой вещи.

Те, кто в конце 1960-х боялся перенаселения (страх обернулся в итоге кризисом рождаемости, который мы переживаем сейчас),

кто в 1970-х и 1980-х боялся ядерной войны (страх просто закончился, хотя вроде бы ни у кого ядерные арсеналы не исчезли),

кто в 1990-х и 2000-х боялся озоновой дыры (кстати, где она?),

— сейчас уже не очень годятся для того, чтобы бояться дальше.

А значит, их мнение — по меньшей мере, среди тех, кто принимает решения — не должно более котироваться.

Проблема в том, что ввиду упомянутого выше кризиса рождаемости в передовых странах этих самых носителей «негодного опыта» (они же старшее поколение) слишком много в процентном отношении. Их уже сейчас — сотни миллионов, причем они, в отличие от юных граждан, не владеющих ничем, кроме аккаунтов в соцсетях, владеют имуществом и капиталами.

И как с ними справляться носителям передовых взглядов на будущее — не совсем понятно.

2 982