Нашествие роботов переносится? | Продолжение проекта «Русская Весна»

Нашествие роботов переносится?

Опубликованную на днях презентацию ВНИИ труда о профессиях, особенно востребованных среди работодателей, далеко не все удосужились прочитать дальше заголовка, поэтому многое важное при обсуждении данной темы в соцсетях осталось «за кадром».

Меж тем в презентации, безусловно, хватает поводов для анализа. Крайне интересная ситуация, например, сложилась с педагогами и бухгалтерами. В более раннем, июльском, исследовании все того же института, они назывались в числе самых «ненужных» профессий, а теперь попали в список наиболее востребованных. А прошёл-то всего месяц. Откуда такие стремительные изменения?..

В первом случае ларчик открывается просто: средние школы сегодня похоже вполне укомплектованы обычными учителями, зато работодатели с руками оторвут специалистов профессионального обучения, педагогов дополнительного образования и дефектологов. Но как бухгалтеры умудрились попасть сразу в оба списка — ​загадка, на которую в опубликованных материалах ВНИИ труда ответа не дается.

Что примечательно, в настоящий момент в числе наиболее востребованных рынком — ​продавец-кассир, повар, юрист и охранник. Удивительно, не правда ли? Ведь они же регулярно возглавляют всевозможные рейтинги «вымирающих» профессий. Скажем, директор все того же ВНИИ труда Дмитрий Платыгин полагает, что со временем «цифра» заменит кассиров, продавцов, охранников и контролёров. Та же участь коснется администраторов, экономистов, бухгалтеров. Эксперт считает, что сфера, где необходимо заниматься обработкой и вводом информации, станет эффективнее с заменой человека на программы. Глава Сбербанка Герман Греф, в свою очередь, добавляет к списку «лишних людей» юристов.

Таким образом, возникает занятный парадокс: вымирающие профессии в настоящий момент оказываются среди самых востребованных. Хотя вроде бы накануне исчезновения с рынка трубочистов, лудильщиков и извозчиков всплеска спроса на их услуги не наблюдалось. Так в чем же дело?

Видимо, в том, что прогнозы ученых-футуристов отличаются от предсказаний писателей-фантастов лишь большей наукообразностью и скучным изложением. И относиться к ним необходимо с изрядной долей скепсиса.

Мало кто, например, сумел спрогнозировать появление и повсеместное распространение интернета. Еще в середине 1990-х маститые аналитики уверяли, что он навсегда останется игрушкой для программистов. Аналогичная история вышла со смартфонами: несколько известных компаний — ​производителей мобильных телефонов — ​оказались на грани банкротства, поскольку не верили, что людям вдруг дружно захочется заполучить средство связи с фотоаппаратом, видеокамерой и доступом в интернет.

Вот и сейчас беспилотные технологии развиваются весьма активно, но можно ли быть стопроцентно уверенным в том, что в ближайшее десятилетие на улицах массово появятся автомобили без водителей? Нет, нельзя, и дело не столько в инновациях, сколько в психологии — ​нам пока комфортнее, когда за рулем сидит человек, а не робот.

С торговлей — ​похожая ситуация. Да, в нашей стране потолок интернет-продаж еще не достигнут. Но в США и Китае, лидерах по покупкам в веб-пространстве, именно онлайн-магазины активно открывают стандартные — ​фактические — ​точки реализации. Многим людям психологически важно перед приобретением увидеть и пощупать товар, примерить одежду, полистать книгу.

Поэтому те, кто предрекает скорую смерть профессиям водителя и продавца,

мало отличаются от оператора Родиона-Рудольфа из фильма «Москва слезам не верит», обещавшего, что через двадцать лет не будет ни кино, ни театра, ни газет, а заменит их «одно сплошное телевидение».

Безусловно, развитие искусственного интеллекта, инновационных технологий, гаджетов внесет свои коррективы в текущие реалии. К роботу в том или ином его виде нам, на самом деле, ещё предстоит привыкнуть. И в конечном счёте научиться ему доверять. В том числе, и свою жизнь.

И вот тут возникает ключевой вопрос: стоит ли вприпрыжку спешить в такое прекрасное будущее? Не рискуем ли мы заплатить слишком высокую цену за роботизацию всего и вся? И речь, кстати, не только о потере рабочих мест, но и о фактической безопасности.

Достаточно вспомнить трагедию с Boeing 737 Max 8 эфиопских авиалиний, когда система ИИ, созданная для исправления ошибок пилотирования, по сути, вступила в конфликт с действиями экипажа — ​что и привело к катастрофе. И в то же время — ​спустя несколько месяцев — ​лётчики Дамир Юсупов и Георгий Мурзин, посадившие самолёт с отказавшими двигателями на кукурузное поле, продемонстрировали, насколько важен, а точнее первостепенен человеческий фактор.

Удаление людей из трудового процесса под предлогом «вымирания специальностей» — ​повод для серьёзных размышлений. Ведь именно труд во многом наделяет индивида правами, делая его не сервильной, а функциональной частью единой системы. И правильнее задуматься не о том, как исключить человека из общего процесса, а наоборот — ​о том, как отыскать возможности модернизировать весь общественно-экономический организм, отыскав в нём место каждому. Особенно, если речь идёт о гуманитарных профессиях, отвечающих, если угодно, за душу человека, в которой роботы и цифровые технологии, как их ни «прокачивай», вряд ли когда-нибудь разберутся.

1 929