И сказал стратег седой: «Нам помогут скифы…»: седая древность Украины | Продолжение проекта «Русская Весна»

И сказал стратег седой: «Нам помогут скифы…»: седая древность Украины

Ну вот, вступил в свои права последний квартал 2019 года. Очередного года из числа тех, в которые люди, еще недавно делившие кусок хлеба и глоток вина, делятся в основном продуктом метаболизма, наброшенным на вентилятор. И это еще лайт-версия контактов.

Подходит к концу год, в котором можно было бы отпраздновать множество юбилеев и памятных дат. Но это если бы государство действительно хранило историческую память своего многонационального народа. Которая формируется, и это естественно во всех краях и во все времена, на триумфах и победах, а не на траурах и поражениях.

Но еще в позапрошлом веке Михаил Грушевский описал то, что назвал «ментальной чертой» украинцев. А именно — умение устраивать похороны. А потом эти похороны «праздновать»: «Они вкладывают в похоронные церемонии всю душу. Поддержать в борьбе, которую до последнего ведут наиболее энергичные и преданные интересам общества люди, — это не их дело, они придерживаются лозунга „моя хата с краю“, берегут нейтралитет и ожидают, кто победит: свой или чужой. И если „свой“ падет — справляют ему похороны и записывают в национальные святцы…»

Именно принцип «траура и поражения» сейчас и лежит в основе историко-гуманитарной политики суверенного украинского государства. И меняться он, скорее всего, не будет. Ибо хоть и убран из директорского кресла Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович (главный плакальщик украинской истории), сакральный смысл Института меняться не будет. Это уже Вятровичу пообещали: «От центрального органа исполнительной власти я получил заверения в том, что Украинский институт национальной памяти сохранит свой статус, а непосредственно от премьер-министра Украины Алексея Гончарука — заверения в том, что сохранятся ключевые направления деятельности Института». Оно и понятно: Вятрович русофоб, а русофобия — это, пожалуй, единственный товар, обильно востребованный на международном политическом рынке.

А что до директора, то от новых кандидатур «съезжает крыша» даже у искренних сторонников новой власти. Вот, например, комментарий очень неплохого блогера и народного депутата от «Слуги народа» Макса Бужанского по поводу вполне вероятной кандидатуры главного «хранителя национальной памяти» Вахтанга Кипиани (уже смешно): «Товарищи, ходят слухи, что на должность главы Института Национальной Памяти, рассматривают Вахтанга Кипиани. Если это правда, верните, пожалуйста, Вятровича. Он не настолько тупой, как Кипиани, и намного менее унылый. Да, возможно крал больше, но этому быстро научится любой» (орфография сохранена).

Но углубляться в политические дрязги политической истории на Украине — это означает опускаться на уровень сутяг. С характерным для них невежеством. Не хочу! Лучше просто напишу несколько сюжетов из истории украинского региона, когда «нашими» были одержаны яркие и убедительные победы. И начну с седой древности. Итак…

К 331 году до новой эры все живущие в «цивилизованной ойкумене» античного мира уже знали, что такое македонский царь Александр и его армия. Македоняне были непобедимы: к этому времени Александр уже окончательно разгромил войска персидского царя Дария III Кодомана, и несчастный бывший «повелитель Азии» шпаренным тараканом бегал от македонской конницы где-то в горах Загроса. Не убежал. Дария убили его же приближенные, надеясь на милость победителя. Победитель убийц то ли распял, то ли обезглавил, то ли разорвал согнутыми деревьями.

В те годы македоняне захватывали все, что видели. Зопирион, македонский наместник в одной из провинций, «увидел» Северное Причерноморье, между современными Одессой и Херсоном. И в 331 году до новой эры, сформировав огромную (по европейским меркам) армию из тридцати тысяч македонян и фракийских наемников, вторгся в эти края.

Сохранилось очень мало исторических свидетельств о походе Зопириона: несколько фраз у Курция Руфа, Павла Орозия, Макробия да небольшой фрагмент из «Эпитомы Помпея Торга» Юстина:

«Пока все это происходило, Александру доставили из Македонии письма от Антипатра, в которых сообщалось об исходе войны спартанского царя Агиса в Греции, войны эпирского царя Александра в Италии и войны наместника (praefecti) [Александра], Зопириона, в Скифии… Зопирион, поставленный Александром Великим в наместники Понта, считая, что если он не совершит никаких подвигов своими силами, то он выкажет себя бездеятельным, собрал тридцатитысячное войско и пошел войной против скифов. Он погиб со всем своим войском и тем самим понес кару за войну, которую он опрометчиво начал против народа, ни в чем не повинного» (книга XII, глава 2, 6, 16−17).

Вот, собственно и все… Но ведь есть еще и археология! Не один сезон я участвовал в раскопках античного города Ольвия, руины которого находятся в Очаковском районе Николаевской области. И точно знаю: двадцать три с половиной века назад нашествие Зопириона — это было мощно и страшно. Практически все сельскохозяйственные поселения округи были сожжены. Следы пожаров сохранились и на территории города. А одна находка могла бы заставить содрогнуться нежную и трепетную душу нашего современника.

Это было в 1974 году. Я — юный, здоровый и нахальный — копал некрополь (ольвийское кладбище) у Юлии Ивановны Козуб. Там была обнаружена яма, диаметром около четырех и глубиной более трех метров. Яма была забита скелетами: люди (мужчины, женщины, дети, по-моему, 54 трупа) были брошены в яму живыми и забиты камнями и тяжелыми днищами остродонных амфор. Раскапывать этот объект была адова работа: июльская жара, плюс 54 переплетенных костяка. Зато интересно, ведь «гуманные» палачи бросили умирающим в яме немало предметов — покойников надо было чем-то снабдить для путешествия в царство Аида. По этим предметам (чернолаковые сосуды-канфары с каннелюрами) Юлия Ивановна и определила «железную дату» — третья четверть IV века до новой эры, то есть аккурат время похода Зопириона.

И с тех пор я не могу предложить иное объяснение этому памятнику, кроме как: казнь. Причем казнь не пленников, а сограждан, скорее всего — сторонников Зопириона. Такой себе вопль боли, пробившийся сквозь века.

Ольвийский исследователь и поэт Сергей Буйских тогда сочинил балладу о походе македонян, строку из которой я и использовал в заголовке. И, очевидно, так оно и было: скифы были старыми врагами Македонии, а поскольку Зопирион город не взял, то вполне естественно, что погиб он во время отступления. Буйских так и начал последний куплет своей баллады:

И ушел Зопирион, Ольвии не взявши.
Меткой скифскою стрелою был в степи сражен…
Уже слышу возмущенное: «Что за чушь вспоминать события такой древности?» Но знаю только одно: в то время, как вся «цивилизованная ойкумена», во всяком случае — европейская ее часть, сидела тихо, ровно и боялась даже громко вздохнуть при виде македонцев, только «наши», жители Северного Причерноморья, и спартанцы в материковой Греции осмелились защищаться с оружием в руках против победоносного завоевателя. Спартанцы проиграли. «Наши» (в том числе и скифы, жившие от Дуная до Сыр-Дарьи) победили. И это стоит помнить и даже, при желании, праздновать.

А что до «седой древности»… Центральный иудейский праздник, Песах, это память об Исходе евреев из Египта, который произошел во второй половине второго ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ до новой эры. Евреев седая древность не смущает, а согласитесь — они одни из лучших хранителей исторической памяти среди земных племен.

3 915