Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!
Против болезненной пустоты нужно бороться любовью к жизни | Продолжение проекта «Русская Весна»

Против болезненной пустоты нужно бороться любовью к жизни

22.01.2020 - 14:421 611ХУДИЕВ Сергей

Пусть скандалящих звезд на телеэкранах вытеснят люди, которые созидают и воспитывают детей. Нравственность и здравый смысл могут показаться чем-то непрактичным, звездные скандалы как-то надежнее — но, может быть, стоит поверить в своих зрителей и в их запрос на моральное и психологическое здоровье.

Слова Алены Водонаевой о «рожающем быдле» вызвали вполне понятную резкую реакцию — но, возможно, нам стоило бы реагировать на болезненную пустоту этого высказывания не руганью (ее в этом мире итак достаточно), а чем-то добрым и правильным, что могло бы эту пустоту заполнить и исцелить.

Конечно, слово «быдло» должно быть исключено из публичного употребления, как уже исключены из него оскорбительные названия чьей-либо национальности или оттенка кожи. И по тем же причинам — это слово служит для выражения презрения к людям, для расчеловечивания больших групп сограждан. А такое расчеловечивание чревато самыми трагическими последствиями — нам всем стоит помнить разговоры о «донецком быдле» и их продолжение.

Такое отношению к людям — и, особенно к материнству — несомненное зло. Но иногда важно относиться ко злу не как к врагу, которого надо уничтожить, но как к болезни, которую нужно диагностировать и исцелить.

Важно понять, что стоит за высказываниями телеведущей — и откуда растет такое отношение к людям. Конечно, мир развлечений живет скандалом, это почти техническая необходимость. Нужно привлекать к себе внимание любой ценой — иначе оно уйдет к кому-то более шумному и яркому.

Но дело не только в этом. Враждебное отношение к многодетности — реальность, и поощрение рождаемости предполагает преодоление не только экономических, но и психологических, даже мировоззренческих трудностей.

Негативная реакция на меры властей по поддержке семьи и рождаемости ожидаема — и пока что нам стоит удивляться разве что ее незначительности. У такой реакции есть и идеологические, и чисто психологические основания. Конечно, кто-то вообще с огорчением смотрит на все деньги, достающиеся не ему; но есть и более глубокие причины.

И среди них стоит назвать негативное отношение к жизни как таковой — то же самое, которое стоит за алкоголизмом или другими формами саморазрушительного поведения. До того, как взгляды кристаллизуются в идеологию, они просто носятся в воздухе в виде какого-то неясного настроения, смутного, но в то же время достаточно влиятельного, чтобы определять слова и поступки людей. Вполне вероятно, Алена Водонаева не слышала термина «антинатализм», и уж тем более не является сознательным адептом этой доктрины; но она, конечно же, далеко не первая, в своей враждебности к материнству. На Западе есть уже сложившаяся философская школа, которая полагает, что роды — это неправильно.

Философы-антинаталисты исходят из того, что человеку лучше не рождаться на свет. Современный мыслитель Хулио Кабрера, например, полагает, что давать жизнь детям — это манипуляция и причинение вреда, односторонняя и принудительная отправка человеческих существ в мир, полный боли и страдания. Другой антинаталист, Дэвид Бенатар учит, что рождение всегда является вредом для рождаемых, вне зависимости от того, насколько высоко будет качество их жизни, потому что «отсутствие страданий — благо, даже если это благо никем не испытывается» а вот «отсутствие удовольствий не есть зло, если не существует того, для кого данное отсутствие удовольствий являлось бы лишением».

То есть, в конечном итоге, тем, кто не родился на этот свет, повезло. Другой довод антинаталистов — предполагаемое перенаселение Земли и глобальное потепление, которое тоже делает (в их глазах) чадородие делом безответственным.

Трудно понять, почему люди, которые полагают небытие благом, продолжают быть, выдыхать углекислый газ, писать книги, преподавать в университетах — но, возможно, они претерпевают эту жизнь именно затем, чтобы убедить других больше не приводить в мир обреченных на страдания и смерть детей.

Сама эта неприязнь к рождению — явление не новое. Оно встречается уже у Будды, у гностиков, ближе к нашему времени — у Шопенгауэра. Жизнь обладает негативной ценностью, она не стоит того, чтобы быть прожитой — настроение, которое не раз возникало у людей и в прошедших веках. За этим настроением стоит определенная картина мира — мир зол и бессмысленен, он либо сотворен злым божеством, как у гностиков, либо возник как-то сам собой и случайно породил страдающую жизнь и сознающий эти страдания разум — как у современных антинаталистов.

Это уныло-враждебное отношение к жизни довольно широко распространено и у нас — хотя мало кто выстраивает на нем сложные философские системы. Человек может не рационализировать, почему дети вызывают у него такую неприязнь — но, если мы заглянем в его душу, мы найдем там тоску и отчаяние, которая иногда прячется за демонстративным потреблением, а иногда и не прячется — а вопиет вслух. Понятно, что человек с таким восприятием жизни будет с острым раздражением реагировать на чужое счастье — и материнство особенно.

Такое отношение к жизни можно порицать — и заслуженно — но важнее указать на его альтернативу, на то здоровье, которое противостоит этой болезни.

Это сознательное принятие жизни, как огромной позитивной ценности, которая заслуживает признания и благодарности. Быть живым — хорошо; как хорошо и приводить в мир новую жизнь. В истории нашей цивилизации такое отношение восходит к ее библейским корням — мир сотворен благим Богом, и творение «хорошо весьма», а люди наделены Его образом и драгоценны в Его глазах. Жизнь остается фундаментально благим даром несмотря на то, что мы живем в поврежденном грехом мире. Зло и страдание в конечном итоге будет преодолено, и Бог непременно достигнет Своих благих целей — потому что Он любит Свое творение и ведет его к вечной радости.

Однако разделять позитивное отношение к жизни может и человек лично неверующий — как и уныние, надежда может не продумывать своих оснований. Человек может быть благодарным своим родителям за дар жизни и передавать его дальше; он может принимать, что люди — это самое ценное, что есть в мире, и любые другие ценности имеют значение только по отношению к ним. Мать, держащая своего ребенка на руках, совершает самый великий подвиг и самое великое открытие — и это достойно ликования, восхищения и благоговения. Жизнь стоит того, чтобы быть прожитой.

#{author}И, возможно, нам стоит уделять больше внимания не обличению зла — а прославлению добра. Подходящим ответом на голос уныния и жизнеотрицания будет не ругань — а утверждение надежды и жизни.

Пусть скандалящих звезд на телеэкранах вытеснят люди, которые помогают друг другу, хранят верность, преодолевают трудности, созидают нашу страну, и, конечно же, рожают и воспитывают детей. Разумеется, нравственность и здравый смысл могут показаться чем-то непрактичным, звездные скандалы как-то надежнее — но, может быть, стоит решиться поверить в своих зрителей и в тот запрос на моральное и психологическое здоровье, который уже существует в нашем обществе.