Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Крымская весна: как сбывалась мечта

16.03.2020 - 17:42   1 173

Крым уже шестой год отмечает воссоединение с Россией: 11 марта принята Декларация о независимости, а 16-го — проведён референдум, на котором 97% сказали да.

В исходе голосования тогда мало кто сомневался, как на полуострове, так и за его пределами. Украина всегда была для Крыма не матерью, но мачехой, причем жадной и вредной. А «Майдан» сделал проживание с ней в одном «доме» невозможным. Желание быть с Россией, которое никуда не исчезало все четверть века «незалежности», выплеснулось и объединило крымчан всех национальностей и возрастов. А ведь всего за месяц до этого мечта о воссоединении с Россией казалась несбыточной.

Начиная с первых дней «Майдана» крымчане находились в состоянии тревожного ожидания самого худшего — вплоть до войны.

18 февраля столкновения в Киеве переросли в полноценную уличную войну. На Западной Украине начались захваты власти сторонниками «Майдана». Депутаты и чиновники начали массово покидать «Партию регионов». Стало очевидно, что события пошли по наихудшему сценарию. Уже на следующий день в стенах крымского парламента впервые прозвучало предложение отделиться от Украины.

Надежда, что бунт в Киеве удастся подавить, улетучилась окончательно, когда на Майдане началась стрельба. В ночь с 20 на 21 февраля возвращающиеся домой крымские антимайдановцы подверглись нападению в районе Корсунь-Шевченковского, впервые пролилась кровь крымчан. 21 февраля Янукович подписал соглашение с оппозицией и покинул Киев. Погромщики победили, и для Крыма начался обратный отсчет.

В эти дни на полуостров начали возвращаться местные «беркутовцы», рассказывающие землякам об опасности новой власти. На въездах на полуостров стали появляться блокпосты, сформированные «беркутовцами», местными сотрудниками милиции и ГАИ, добровольцами.

Победившим в Киеве было не до Крыма и вообще не до юго-востока, они были заняты дележкой власти. Но ситуацией попытались воспользоваться местные «майдановцы» в лице т. н. Меджлиса крымско-татарского народа*. Эти деятели, выступавшие якобы от лица крымских татар, не пользовались широкой поддержкой, но представляли собой хорошо организованную силу, выглядевшую внушительно на фоне всеобщего хаоса.

23 февраля они собрали в Симферополе митинг, на котором потребовали в течение 10 дней снести все памятники Ленину на полуострове, а в случае невыполнения пообещали некие «активные действия».

Спустя три дня они организовали еще более внушительный митинг с целью блокировать здание Верховного Совета Крыма, где в то время шла акция «Русской общины Крыма». «Меджлисовцев» и примкнувших к ним «правосеков»* было больше, и в какой-то момент они почти прорвались в здание парламента, потеснив «антимайдановцев». Тогда кровь впервые пролилась в Симферополе, погибли два человека, но было ясно, что это только цветочки.

Неизвестно, что произошло бы уже на следующий день, если бы не появление «вежливых людей».

История, к счастью, не знает сослагательного наклонения. Для Крыма все закончилось не просто хорошо, а намного лучше, чем большинство крымчан могли себе представить в самых смелых мечтах. Эти дни с 27 февраля до 18 марта, когда Крым официально стал Россией, и еще какое-то время после — стали для крымчан главным праздником в жизни, сравнимым, пожалуй, только с Победой в Великой Отечественной войне.

Крымчанам действительно повезло. Они избежали того ужаса, который до сих пор переживает Донбасс. Их уровень жизни быстро и ощутимо поднялся в сравнении с украинским периодом, на полуострове стремительно стали возводить новые дома, школы, больницы, дороги, построили «вековую мечту» — Крымский мост, новый аэропорт в Симферополе — обо всем этом при Украине они и мечтать не могли.

Впрочем, повезло им отчасти из-за того, что на полуострове располагалась база российского Черноморского флота, которую Москва не оставила бы ни при каких обстоятельствах, а также из-за более тесной исторической общности с Россией (регион меньше, чем какой бы то ни было другой, пробыл в составе Украины, и так никогда, по сути, и не стал ее полноценной частью).

Ну и еще потому, что новая киевская власть тогда еще просто не успела отойти от своей неожиданной победы, да и плевать ей было на Крым. Некое подобие сопротивления отторжению полуострова со стороны украинских политиков делалось скорее для виду.

Да, на полуостров приезжали многие известные политики, включая министра внутренних дел Авакова и будущего президента Порошенко, но опять же — больше для личного пиара.

Да, среди отдельных украинских военных находились упертые, до конца не желающие признавать реальность и сдать оружие — последние желающие служить Украине покинули Крым лишь 28 марта, когда тот уже 10 дней официально был российским.

В Киеве прекрасно понимали, что полуостров им не удержать, и не особо пытались. Гораздо важнее им было сломить сопротивление остальных регионов юго-востока, чем они фанатично заняты уже седьмой год.

Нет, они и Крыму продолжают гадить. По-мелкому, как могут. То воду в Северо-Крымском канале перекроют, то линию электропередач подорвут, то продуктовую блокаду организуют. Не то, чтобы они верят, что полюбить можно заставить насильно, просто ничего иного им не остается. Постмайданная идеология требует постоянной «войны» с Россией, а значит — признание потери Крыма равносильно признанию «Майдана» преступлением.

На днях всплыл из небытия бывший глава СНБО Украины, в те дни 2014-го и. о. президента Александр Турчинов. Он самозабвенно нес бред о том, как до последнего пытался остановить «оккупацию» Крыма. Турчинов и прочие «бывшие» регулярно выступают с подобными заявлениями, обвиняя в предательстве друг друга. Им действительно надо как-то оправдываться. Так что подобные выступления неизбежны и предсказуемы каждый год в начале марта.

Чуть чаще вспоминает Крым действующий президент Украины, вновь и вновь обещая поднять там украинский флаг, почти слово в слово повторяя аналогичные заявления предшественника. И это тоже скорее ритуал, исполнения которого время от времени требует от него «патриотическая» общественность.

Ну и почти каждый день Крым вспоминают активисты «Меджлиса», которые в Крыму потеряли родину, правда, по собственной же глупости. Вот чего не хватало тому же Ислямову, который даже в правительстве российского Крыма успел поработать? Или главе «Меджлиса» Чубарову? Ну, тот хоть депутатское кресло получил. Правда, всего на один срок, в новой Раде ему места не нашлось.

Более того, новый президент о Крыме хоть и вспоминает часто, но содержать всю эту камарилью, сбежавшую с полуострова, явно не горит желанием. И мандатов у них меньше стало, и финансирование урезали, канал их на грани закрытия из-за проблем с деньгами. Вот и лезут из кожи вон, болезные, чтобы хоть как-то на себя внимание обратить. Придумали очередной пафосный «марш», обещая чуть ли не с боем прорваться через границу и организовать митинг в Симферополе. Хотя прекрасно понимают, что попытка прорыва окончится в автозаке, да и не будет ее — споют гимн и разойдутся. Это понимают и спонсоры. Конечно, потребность в сопротивлении «российской агрессии» никуда не делась, но денег явно стало меньше, во всяком случае, дарить их унылым и однообразным грантоедам ни новые власти Киева, ни западные спонсоры не спешат.

В Крыму тоже Украину периодически вспоминают, когда нужно сравнить то, как стало, с тем, что было. И сравнение это всегда не в пользу Киева. А еще многие крымчане имеют возможность спокойно ездить в соседнюю страну (российские власти, в отличие от украинских, не придумывают для этого различные препоны) и своими глазами видеть, что могло бы быть с ними, если бы не случилась «Крымская весна». И для них это лучшее наглядное свидетельство того, что они все сделали правильно шесть лет назад…

Выбор читателя

Топ недели