Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Почему НЭП сегодня бессмысленен

23.03.2020 - 15:22   2 130ЗАПОЛЬСКИС Александр

Как правило, основанный на каком-то прошлом опыте. Что немедленно вызывает встречную критику, его стремящуюся опровергнуть. Наглядным тому примером служит диспут, возникший вокруг поста в телеграм-канале Маргариты Симоньян.

Главный редактор телеканала RT предположила целесообразным реализовать сегодня новую экономическую политику по аналогии с программой НЭП, принятой на Х съезде РКП (б) 14 марта 1921 года: «Вообще, в нашей истории есть пример молниеносного выхода из самого чудовищного кризиса и разрухи. НЭП называется. И зависит только от политической воли».

Мысль тут же оказалась подхвачена другими сторонниками этой идеи. Не без оснований указавшими на обеспеченное ею ускорение темпов развития российской экономики до 20−40% в год, выход из разрухи после Гражданской войны за пять лет и достижение довоенных показателей экономики 1913 года.

Не обошли они вниманием и социальную часть НЭПа: полное освобождение самых бедных (составлявших на тот момент 20% населения) от любых налогов и введение прогрессивной шкалы для всех остальных. В том числе изъятие 50% дохода у получавших свыше 15 средних зарплат по стране, что в наши времена примерно соответствует уровню более 700 тыс. рублей в месяц. Плюс прогрессивный, до 90%, налог на наследство и откупной (25% к текущей ставке) налог за возможность легально не призываться в армию.

Надо признать, определенная логика в этом подходе имеется. Без экономического роста поднять материальный уровень жизни населения нельзя. И хотя нынешние доходы серьезно превосходят уровень начала прошлого века, если верить некоторым опросам, ими сегодня все равно недовольны до половины населения страны.

Дело усугубляется негативным синергетическим эффектом наложения эпидемии коронавируса на общий системный кризис западной модели капитализма. Что многократно увеличивает нагрузку на финансовые возможности государства как в классической задаче про бассейн.

Резервный фонд в России, конечно, есть, и его размер значителен — что-то около 124,1 млрд долларов, или 7,2% ВВП страны. Но обвал нефтяных цен приток в этот бассейн фактически полностью прекратил, тогда как антикризисные программы объем оттока значительно ускорили.

Если предположить в теории, что все доходы остановятся, то имеющегося запаса нам хватит на 4,89 месяца при текущем уровне расходов государства. В общем, хорошо, что есть даже столько, но без восстановления нормальной экономики мы долго не протянем.

Нормальная экономика — это пресловутый развитый средний класс и максимальное расширение масштабов частного, в первую очередь мелкого и среднего бизнеса. Плюс щадящее для не самых богатых налогообложение. Что и есть НЭП. Раз он помог тогда, то поможет справиться с проблемами и сейчас. В теории.

Вот эту самую теоретичность идеи Маргариты Симоньян сейчас и критикуют ее оппоненты. Примером такого полного и подробного «разбора полетов» может служить статья Александра Халдея, в которой автор по-своему тоже абсолютно прав.

А наиболее емко эту позицию сформулировал ТГ-канал «Русский Демиург»: «Если бы НЭП был панацеей, то Сталин бы его не свернул как основное противоречие подъему страны: „Если мы не пройдем этот путь за 10 лет, нас сомнут“. Получается, что в условиях мирового кризиса не НЭП был панацеей, а сталинская индустриализация».

И это тоже, безусловно, верно. Как в части «НЭП в тех политических условиях — был лишь тактическим манёвром партии большевиков на удержание власти», что с текущими объективными условиями не стыкуется явно. Так и особенно про голод 1927−28 годов, в значительной степени вызванный нежеланием производителей считаться с какими-то там государственными планами и надобностями.

То есть с политической частью «повторения НЭПа» в современных условиях все понятно — не в коня корм. Сегодняшняя Россия, пройдя за последние двадцать лет сложный путь поднятия с колен и возвращения в ряды ведущих мировых держав, не может и не имеет права вернуться в 90-е годы ельцинского бардака и распада.

Что мы имеем с экономикой данного проекта в современных условиях? Остановимся на рассмотрении этого вопроса.

Как нефть сегодня, в 20-е годы прошлого века главным экспортным товаром и основным источником поступления остро необходимой для модернизации промышленности валютной выручки являлась продукция сельского хозяйства. В 1924 ее доля составляла 62,9%, в 1925 — 55,8%, в 1927 — 59,8%.

В подавляющем большинстве она состояла из зерна, которое с 1913 года на мировом рынке тихо дешевело. На Чикагской бирже за бушель (27,216 кг) в 1913 году давали 86,76 американских цента, в 1915 — уже 69,1 цента, в 1929 — 65 центов.

Более того — западные страны ввели торговую блокаду СССР, запретив любой экспорт из страны Советов, за исключением зерна. Логика была проста — не дать необходимые для перевооружения промышленности технологии, необходимую для их покупки валюту и задушить первое в мире социалистическое государство в зародыше. Идя только на покупку зерна, Запад сам, своими руками, создал предпосылки голода в СССР.

Советское правительство пыталось компенсировать падение цен увеличением объема экспорта, доведя его до 1,3 млн т. в 1929. А потом сначала случился ряд неурожайных лет, а с октября 1930 цена в Чикаго рухнула до 10−14 центов за бушель. Ничего не напоминает?

Для СССР это означало глубокий кризис, требовавший мобилизации ресурсов, пойти на которую свободные частники не посчитали нужным. Это к вопросу о связи гражданина и государства. Так что аргумент критиков Симоньян — о невозможности проведения Индустриализации в рамках модели НЭПа с неизбежным последующим поражением России уже в 1941 году — абсолютно обоснован.

Уменьшение налогового бремени и замена продразверстки фиксированным, а потому четко предсказуемым продналогом, вкупе с легализацией права продажи товарных остатков явились лишь толчком в процессе, определявшемся совсем иным фактором. А именно — бездонностью потребительского спроса. Населению в тот период требовалось буквально все. От еды до кальсон, от ситца и керосина до элементарных гвоздей и хоть какой-нибудь обувки.

Потому на фоне чудовищного спроса и существовало огромное свободное место для любого, подчеркиваю, абсолютно любого, даже сколь угодно мелкого, частного бизнеса. Такая ситуация у нас была разве что в далеких 90-х и полностью закончилась уже к середине нулевых.

В настоящее время главным стало не произвести, а найти кому продать. Причем отечественное потребитель согласен брать, только если оно не уступает импорту по потребительским свойствам и одновременно существенно дешевле по цене. А вот именно это никакой мелкий частник обеспечить не в состоянии.

Наивно думать, что только путем снижения налогов и упрощения административного контроля бывшие офисные менеджеры за три копейки личных накоплений мгновенно создадут ткацкие фабрики, эффективнее турецких или бангладешских, обувные предприятия, лучше итальянских, или начнут выдавать смартфоны, не хуже и не дороже китайских или южнокорейских. Тем более, сделают это быстро.

Новый НЭП в современной России бесполезен не потому, что НЭП, и не потому, что мелкий и частный. Он банально не соответствует современным объективным экономическим условиям.

При этом мысль о необходимости повышения предпринимательской активности населения, безусловно, право на существование имеет. Только новые рабочие места она создаст лишь в очень узких и мелких отдельных производственных нишах, а в основном выльется в расширение сферы услуг. На данный момент и без того дефицитом предложения не страдающей. А как показывает ситуация с коронавирусом, это сфера первой под удар и попадает — стрижку можно сделать и раз в полтора месяца, а от маникюра можно и вообще на время отказаться.

Если же задуматься над решением задачи стратегического уровня, то путь совершенно иной, и он, судя по всему, безвариантен. Формировать потребительские ниши в России возможно только сочетанием двух факторов: импортозамещения и технологических инноваций. Первое себя хорошо показало в сельском хозяйстве после введения ответного эмбарго на западные санкции 2014−2015 годов. Второе, в сочетании с первым, постепенно проявляется в других отраслях экономики.

То есть надо не «меньше Сталина», а, наоборот, «больше Сталина». Разве что без фанатизма, фетишизма и перегибов, свойственных всему «левому фронту» сегодняшней России. Чтобы уменьшилось количество бедных, надо как раз стремиться к росту количества богатых и признания праведности самого богатства как философского и этического понятия. Как это на протяжении 30 лет успешно демонстрирует Китай.

Реализовать такое может только государство. Больше скажу, только сильное и централизованное государство. Не «нэповское» государство тотального воровства, бардака и саботажа, как это у нас было в 90-е, а индустриализированное государство, государство с четкой системой учета и контроля.

Сочетающее в своей экономической модели крупные госкорпорации, смешанный (с участием в их капитале местных властей) средний и полностью частный мелкий бизнес. Сочетающее, в первую очередь, в виде тщательного соблюдения баланса процессов и их соответствия фундаментальным стратегическим целям страны.

Сторонники Симоньян рассуждают о народе и налогах, и ратуют за их снижение. Но давайте пристально посмотрим на данный вопрос: 41,5% налоговых поступлений федерального уровня формируется нефтегазовым комплексом, еще 29,6% формируется налогами на внутреннее производство и 19,9% дает НДС. Грубо говоря, 91% доходной части создается изъятием денег у крупного бизнеса. НДФЛ обеспечивает лишь что-то около 3−3,5%.

Так что все эти битвы вокруг введения или не введения прогрессивной шкалы налогов на доходы физических лиц есть разговоры ни о чем. Исключительно для отвлечения внимания необразованной толпы от вещей для нее банально непонятных и в большинстве своем неприятных.

Да и, честно говоря, в своей основе они вызываются причудливой смесью желания «отобрать и поделить» одних, и «пусть налоги уменьшат только одному мне, а другим пусть увеличат» других. Почему так? Потому что это значительно проще, чем в сложностях устройства современной экономики действительно разбираться. Да и народ такую упрощенку любит. На ней электоральную поддержку собирать легче.

Можно ли уменьшить НДФЛ? Да. Однозначно. После перехода на плоскую шкалу в 2001, как только население в ее постоянство поверило всерьез, собираемая сумма увеличилась в семь раз! Это не значит, что ее можно еще во столько же увеличить. Это значит, что при прогрессивной шкале до того НДФЛ приносил денег в семь раз меньше.

Тогда что? А то, что, по данным Минтруда, они там «знают», чем и как занято лишь 42 из 76 млн трудоспособных граждан РФ. Выходит, что 44,7% находятся в серой зоне и, будем честными, в большинстве своем это люди с небольшими или нестабильными доходами, а также занятые в мелких полулегальных частных бизнесах, в нынешней системе налогообложения платить по ее ставкам неспособных. Исключения, конечно, существуют тоже, но на суть дела они влияния не оказывают.

Если подоходный налог сократить еще больше, например до 6−7%, и суметь убедить граждан, что это всерьез, а не только временный бесплатный сыр в мышеловке; если сопроводить это реальным упрощением администрирования бизнеса, чтобы в этих правилах могли существовать мелкие автомойки, шиномонтажки, частные «обеды с доставкой» (кстати, достаточно распространенное явление на большом удалении от МКАД), сезонные бригады частных строителей и разных ремонтников, то получится именно то, что привлекает в НЭПе Симоньян.

Плательщиков окажется очень сильно больше, чем сегодня. И жить им станет проще. Например, они смогут легально брать ипотечные и автокредиты, в которых многие из них реально нуждаются. И уровень занятых в частном бизнесе тоже сильно возрастет. А собираемая сумма не уменьшится, а, возможно, даже чуточку наоборот.

Почему же тогда разговоры про налоги так популярны? Потому что у этих 44,7% «серых» условия труда сильно отличатся от норм ТК. Типичный режим работы «2 через 2», по 11−12 часов в сутки. То есть по 45 часов в неделю, без выходных и праздников, без отпусков и больничных и без норм охраны труда. За 14−16 тыс. в месяц. Если с ними пойти в белую, придется заплатить казне около 2 тыс. рублей.

А когда у тебя коммуналка в 4−5 тыс. летом и до 8 зимой, то на прочие нужды на руках остается от 11 до 8 тыс., на фоне которых 2 тысячи налогов выглядят очень большим изъятием. И как бы государство ни старалось ужесточить меры по отлову, позитивного эффекта они не дадут. А так как таких людей в стране насчитывается свыше 30 млн., то удивляться «популярности» в народе темы налогов с физических лиц, право, смешно.

Но главное в другом. Эти меры никакого решительного влияния на совокупный уровень экономической жизни страны не дадут. Было 3,5% доли НДФЛ в доходной части бюджета, станет, допустим, 3,8%, ну и все. Потому что, как сказано выше, свыше ¾ налоговых поступлений формируется крупным и отчасти средним бизнесом, в котором занято около 16 млн человек или всего 21% трудоспособного населения страны. И это еще много. В той же Норвегии 80% доходов казны создаются трудом всего 9% трудоспособного населения.

Никакой новый НЭП этого отменить не в состоянии. Тем более дать быстрый, за пару лет, положительный эффект. Перестраивать экономику, безусловно, нужно, только дело это не быстрое и требующее очень аккуратных, выверенных действий. Поджали импортозамещение — получили небольшой участок свободного пространства — в нем подросли. Дальше цикл повторяется.

Причем следует понимать, что подрасти усилиями горстки мелких частников не получится. Достижения возможны только через большие, долгосрочные и капиталоемкие проекты. Что невозможно без государства, госкорпораций и эффективных госпрограмм.

Вот когда мы сумеем в итоге существенно подняться по ступенькам технологических переделов, перейдя, как пример, от выпуска просто зерна к выведению сортов и производству чипсов, тогда можно будет думать о новых вариантах стратегии.

А пока мы вторые в экспорте зерна, а лидером в экспорте муки остается Турция и макаронных изделий — Италия (производит их в объеме в 5,5 раза больше российского), на повышение уровня доходов рассчитывать не стоит. Повторюсь, задача не в произвести, задача в продать. И тут тысяча кубометров газа в виде газа приносит почти в 40 раз меньше денег, чем она же, но в виде пластиковых пакетов, в которые покупатели складывают покупки в супермаркете.

Вот куда и как надо думать, а не создавать новую икону вокруг давно почившего НЭПа. По крайней мере, на мой субъективный взгляд.

Выбор читателя

Топ недели