Мы заметили, что вы используете блокировщик рекламы. Очень просим отключить его на этом сайте, потому что рекламные поступления важны для обеспечения техподдержки сайта!

Фантазии об исключительности приводят в трибунал

19.05.2020 - 11:22   2 112ГОРОДНЕНКО Юрий

В преддверии президентских выборов в США правящая Республиканская партия не постеснялась включить в свою предвыборную программу тезис об «американской исключительности» и «национальном превосходстве», якобы, «позволяющим» американцам распространять свое влияние по всему миру.

Подобная риторика буквально совпадает с риторикой германских нацистов. Те тоже считали себя «избранной», «высшей расой» и говорили о своей «исключительности».

Впрочем, подобное совпадение не покажется случайным, если вспомнить тот факт, что постулаты национал-социалистической идеологии также разрабатывались в Великобритании и США. В частности, многие положения программы НСДАП были взяты из работ таких персонажей как Мэдисон Грант и Теодор Лотроп Стоддард.

Первый из них был «экспертом» Республиканской партии США по «мировым расовым вопросам» и являлся советником президентов-республиканцев Теодора Рузвельта и Герберта Гувера. Второй оказал большое влияние на президента-республиканца Уоррена Хардинга.

В качестве представителей американского истеблишмента они и выступили в роли идеологических «наставников» национал-социалистов. Их труды стали настольными книгами нацистских бонз, а работы Гранта Адольф Гитлер вообще называл «своей Библией».

Гранту и Стоддарду нацисты обязаны такими терминами как «жизненное пространство», «нордическая (арийская) раса», «расовое превосходство», «недочеловеки» и др.

Стоддард еще и жил в «Третьем рейхе» на протяжении нескольких месяцев. В этот период он «консультировал» Альфреда Розенберга, Генриха Гиммлера, Роберта Лея, Фрица Заукеля, разрабатывавших планы по уничтожению советского народа — «Ольденбург» и «Ост».

При этом оба американских автора лишь систематизировали идеологические установки, распространенные в американском истеблишменте на протяжении многих десятилетий.

Достаточно сравнить следующие идеологемы с постулатами национал-социализма.

Джон Луи О’Салливан (1813—1895 гг.) — один из главных идеологов Демократической партии США: Американская нация имеет исключительные права по отношению к другим нациям, которые связаны с «явным предназначением» («Manifest destiny») распространять демократию. Это «предназначение» «оправдывает нарушение любых международных соглашений», «совершение любых преступлений».

При этом слово «демократия» у О’Салливана имело специфическое значение. В момент, когда он писал, большая часть населения Соединенных Штатов не имела никаких гражданских прав, а еще часть и вовсе являлась рабами. Мог ли рабовладельческий строй считаться «демократическим»? По О’Салливану мог.

Существованию института рабства и бесправия в США он придумал изумляющее по своей аморальности объяснение. Рабами в Соединенных Штатах были чернокожие, а «негражданами» — индейцы и выходцы из Мексики. Чтобы оправдать такое положение, идеолог демократов объявил их всех… «неполноценными», «недочеловеками». С учетом того, что все эти группы населения «биологически не являлись людьми» их и не следовало допускать к участию в демократических процедурах. Их бесправие «никак не сказывалось на полноте американской демократии».

Этим же О’Салливан оправдывал «необходимость внешней территориальной экспансии» США. По соседству живут одни только «недочеловеки», а значит аннексировать их земли «вполне естественно». Тем более, что их территории нужны, «для обеспечения среды обитания» или «жизненного пространства» для «демократических», т. е. англосакских господ. Под «естественными границами» американской нации, О’Салливан, подразумевал всю Северную Америку.

И это было еще далеко не самым циничным вариантом. Пришедшие на смену О’Салливану другие идеологи Демократической партии были менее щепетильны. Они придали идее «исключительности» американской нации еще более расистский оттенок. По их мнению, англосаксы были выше не только негров или индейцев, но и… всех остальных народов. Если Соединенным Штатам «предначертано Судьбой распространять свободу и демократию», то они «имеют право» убивать, грабить, насиловать по всему миру.

На таких принципах и была воспитана американская элита. На таких установках и было сформировано американское общество. Такие постулаты они попробовали закрепить у себя законодательно.

В 1924 году в штате Вирджиния был принят закон «о расовой чистоте». Этот законодательный акт, разработанный Грантом и поддержанный республиканцами, ставил англосаксов «расово» выше любых других этнических групп и наделял их преимущественными правами. Тогда же в американское право, с подачи Стоддарда, был введен термин «недочеловек».

Все это и переняли у американцев нацисты. В теориях О’Салливана, Гранта, Стоддарда, других американских и британских расовых «теоретиков» они лишь поменяли несколько слов. Слово «англосаксы» заменили на «арийцы», а «распространение демократии» — на «распространение дисциплины». После чего, внушив немцам мысль о «германской исключительности», отправили их погибать на Восток — умирать за «жизненное пространство».

Таким образом «Третий рейх» оказался экспериментальной площадкой. Ведь англосаксы привыкли испытывать свои преступные идеи на чужих подопытных кроликах, чтобы затем утвердить у себя.

Создали теорию «национальной исключительности». Ввели термин «недочеловеки». Разработали законодательные технологии по внедрению расистских идей.

Спонсировали национал-социализм. Ради реализации нацистского эксперимента отправили на убой миллионы подопытных, в т. ч. и сотни тысяч своих сограждан.

После неудачи эксперимента не только не закрыли его, но, напротив, собрав у себя массу нацистов, позволили им продолжить развивать бесчеловечные идеи.

Наконец, в 1977 году официально реабилитировали и легализировали как нацистскую идеологию, так и национал-социалистическое движение. Теперь же придают нацистским постулатам еще и государственный статус, статус официальной доктрины.

Но если сообществу, выращенному с преступным правосознанием, слово «мораль» чуждо, то стоит ему напомнить: у всех фантазий об «исключительности» один и тот же финал — они приводят своих мечтателей в международный трибунал.

Выбор читателя

Топ недели