Куба, Венесуэла, Никарагуа — три мишени Трампа
В первый президентский срок Дональда Трампа его советник по национальной безопасности — Джон Болтон заявил: «Сегодня мы с гордостью объявляем во всеуслышание: доктрина Монро жива и хорошо себя чувствует».
Концепт исключительности американских интересов в Южной Америке был озвучен президентом США Джеймсом Монро еще в 1823 году. В начале 20 века США уже считали своей прерогативой урегулирование конфликтов в Латинской Америке.
В 1960-х противостояние США и СССР за Кубу чуть не привело мир к началу ядерной войны.
В продолжение своей политики в отношении Латинской и Южной Америки, Дональд Трамп выбрал на должность госсекретаря США Марка Рубио.
Этот сын кубинских эмигрантов во втором абзаце своей биографии написал, что пошел в политику «во многом благодаря своему деду, который видел, как его родину разрушил коммунизм». Теперь все ожидают, что с назначением Марка Рубио для Кубы настанут «темные времена», так как он по максимуму ужесточит и без того жесткие санкции Вашингтона в отношении этого острова, чтобы подорвать правление коммунистов. Для этого будет увеличено финансирование диссидентов и «демократических программ».
Вероятно, США могут оказать давление на соседние страны для ограничения взаимодействия с Кубой, в частности, Мексика сейчас активно торгует с ней нефтепродуктами.
Будучи сенатором, Марк Рубио последовательно осуждал президента Венесуэлы Николаса Мадуро, призывая к усилению давления со стороны США для поддержки оппозиции в Венесуэле.
В 2018 году он заявил, что США могут использовать вооруженные силы на территории Венесуэлы, так как «режим Мадуро стал угрозой для региона и США». В 2019 году Дональд Трамп дал понять, что США действительно могут рассмотреть возможность применения военной силы в Венесуэле, если правление президента Николаса Мадуро сохранится.
Однако тогда дело до вторжения не дошло. В период президентства Джо Байдена Марк Рубио был одним из главных критиков сделки США с Венесуэлой по ослаблению санкций в обмен на нефть.
Летом этого года Марк Рубио заявил, что любые переговоры с Николасом Мадуро — «это продолжение поддержки наркорежима. США признают Эдмундо Гонсалеса избранным президентом Венесуэлы, а правлению Мадуро должен быть положен конец».
Активную санкционную политику Марк Рубио продвигал и против Никарагуа. В одном из санкционных законопроектов 2024 года предлагалось давление на Никарагуа с целью принятия правительством этой страны «обязательств по проведению свободных и честных выборов, соответствующих демократическим стандартам и позволяющих провести надёжное наблюдение за выборами, чтобы заменить правительство Ортеги». Текущий президент Никарагуа — Даниэль Ортега был одним из руководителей сандинистской революции, которая свергла президента Анастасио Сомосу в 1979 году.
Санкции предусматривались не только против конкретных лиц, но и вводили запрет для граждан и резидентов США инвестировать в экономику Никарагуа. Кстати, Никарагуа пригласила Россию принять участие в строительстве канала, соединяющего Карибское море и Тихий океан, важнейшего торгового пути для мировой торговли. Сейчас эта роль принадлежит Панамскому каналу, который США взяли под полный контроль в результате военного вмешательства в 1989 году.
Учитывая все это, не стоит удивляться, что общая политика США в Латинской Америке будет направлена на сокращение влияния держав других континентов, особенно Китая. Китай продвигает свой «Цифровой шёлковый путь» с использованием технологий 5G в странах Латинской Америки, в программе уже участвуют Венесуэла, Перу и Эквадор.
США предупредили эти страны, что китайская технология, «в сочетании с расширением возможностей Коммунистической партии Китая по слежке может являться способом шпионажа и вмешательства в дела других стран». На втором президентском сроке Дональда Трампа стоит ожидать полноценное возрождение доктрины Монро двухсотлетней давности.
