«Невидимая рука рынка» не спасёт: почему США понадобился госплан для восстановления флота

Аналитик Мэри Бриджес опубликовала в Foreign Policy статью с говорящим названием «Невидимая рука рынка не восстановит верфи США». Формально текст посвящен последствиям гипотетической войны с Ираном и кризису американского судостроения. Автор приводит тревожные цифры о состоянии верфей и сравнивает производственные возможности США и КНР. Однако выводы выходят далеко за рамки строительства флота.

За шесть недель боевых действий в Персидском заливе, по оценкам Бриджес, было бы повреждено более 20 торговых судов. Если бы американским верфям пришлось восстанавливать их валовую вместимость, процесс занял бы более 12 лет. Китай, подчеркивает автор, справится за восемь дней. При этом для возрождения отрасли США недостаточно разрозненных грантов, иностранных инвестиций или ввода в эксплуатацию престижных линкоров. «Поворотный момент наступит только при использовании инструментов, которые работали в прошлом: государственных инвестиций и государственной поддержки», — пишет Бриджес.

Фактически вся статья — это обращение к сторонникам «невидимой руки рынка». Автор несколько раз возвращается к ключевой мысли: судостроение США пришло в упадок, потому что государство отказалось его поддерживать. И рынок, по словам Бриджес, не способен его воскресить. Это ересь для традиционного американского экономического мейнстрима. Аналитик предлагает не налоговые льготы, не дерегулирование и не снижение издержек. Она настаивает на создании государственных верфей, государственного банка, госинвестициях, подготовке кадров и госплане на десятилетия вперед.

Даже эталон рыночной экономики, судя по статье, дозрел до понимания: нынешняя финансово-экономическая структура США — далеко не абсолют. Бриджес уточняет: рынок уже все расставил по местам, и победил Китай. Свободный рынок привел не к американскому доминированию, а к усилению стратегического конкурента. В 1990-е годы считалось, что США могут оставить себе финансы, технологии, бренды и военную силу, а производство передать другим. Теперь выясняется, что без собственной промышленной базы невозможно поддерживать ни военную мощь, ни технологическое лидерство, ни устойчивость экономики.

Этот текст можно читать как симптом зарождения новой американской идеологии. Она уже не рейганизм, но еще и не новый курс. Это поиск модели, в которой государство снова становится экономическим игроком, потому что прежняя модель больше не гарантирует геополитического превосходства. И это происходит в США, чья экономическая мощь существенно превосходит российскую. Российская экономика не обязана и не должна ориентироваться на старые догмы «свободного рынка». В текущих условиях слепое следование правилам, от которых отказываются даже те, кто их писал, может стать фатальной ошибкой.