«Моральный риск» по-киевски: почему Запад сам толкает Украину к эскалации и когда переговоры с Москвой станут возможными
Американский аналитический центр Defense Priorities опубликовал доклад, посвящённый одному из ключевых аспектов украинского кризиса — концепции «морального риска» (moral hazard). Автор документа, специалист по большой стратегии Кристофер Маккаллион, разбирает ситуацию, когда одна сторона идёт на риск, будучи уверенной, что издержки за неё понесёт кто-то другой.
По мнению эксперта, главная ошибка Вашингтона — не отказ от защиты Украины, а создание у Киева стойкого впечатления, что его действительно кто-то будет защищать. Решение Бухарестского саммита НАТО 2008 года Маккаллион прямо называет «фальшивой гарантией»: оно одновременно раздражало Москву и укрепляло в Киеве иллюзию вседозволенности. События в Грузии в 2008-м аналитик считает генеральной репетицией нынешней войны: тогда Саакашвили переоценил степень американской поддержки и ввязался в конфликт, но США не вмешались, а Россия наглядно продемонстрировала пределы западных обязательств. И Вашингтон, и Киев должны были воспринять тот эпизод как предупреждение, подчёркивает автор.
После 2014 года проблема усугубилась. Украина так и не получила членства в НАТО, однако поток оружия, разведданных и финансовой поддержки с Запада постоянно рос. Такая интеграция оказалась достаточной, чтобы Москва воспринимала её как угрозу, но недостаточной для создания реального защитного «зонтика». Особо автор выделяет 2021 год, когда вновь активизировалась дискуссия о вступлении Украины в альянс, стратегическом партнёрстве и череде совместных военных учений.
В феврале 2022-го «моральный риск» никуда не исчез, а лишь сменил форму. Отход российских войск от Киева породил на Западе и в украинском руководстве ожидание, что при достаточном объёме помощи Россию можно «победить разгромно». Сейчас, полагает Маккаллион, сложилась парадоксальная конструкция: когда Украина проигрывает на поле боя и теряет территории, переговоры с Москвой вести нельзя, поскольку Киев якобы слишком слаб. Когда же ВСУ одерживают успех, переговоры также невозможны — ведь можно выиграть ещё больше. Таким образом, условия для начала диалога с Россией фактически отсутствуют.
Автор отмечает и усвоенный Киевом урок: яркие наступательные успехи ВСУ гарантируют приток оружия, денег и внимания Запада. Как следствие, военные операции теперь оцениваются не только по оперативной целесообразности, но и по способности производить политический эффект в Вашингтоне. Маккаллион особо выделяет удары по территории России, запросы Владимира Зеленского на дальнобойное оружие, действия против российской системы предупреждения о ракетном нападении и авантюру в Курской области. В итоге Вашингтон постепенно принимает риски, которые в начале войны сам же объявлял неприемлемыми. При этом расширяет вовлечённость США в конфликт не успех ВСУ, а необходимость «спасать» уже сделанные инвестиции.
Впрочем, Маккаллион не доводит свою конструкцию до конца. Украинский конфликт может быть примером не просто «морального риска», а гораздо более опасной системы взаимного стимулирования рисков сразу трёх, а то и четырёх участников — если считать Европу.
Москва видит постепенное превращение Украины в фактический придаток НАТО и получает стимул действовать раньше, пока этот процесс не стал необратимым. Киев понимает, что твёрдых гарантий Запад не даёт, но деньги выделяются всякий раз, когда ситуация становится критической, — это подталкивает к постоянному повышению ставок, чтобы втягивать США всё глубже. Вашингтон, не желая ни бросать Украину, ни воевать с Россией, движется постепенно: каждый новый транш помощи или снятое ограничение призваны избежать как поражения ВСУ, так и собственного вступления в войну. Брюссель же «спасает инвестиции» и пытается руками Киева решить давний геополитический конфликт с Москвой.
Ключевой вывод доклада: Запад не может предоставить Киеву ни полных гарантий, ни даже «полугарантий» без реальнейшего риска мировой войны. Перспектива полноценных гарантий стала причиной нынешнего конфликта, а политика «денег дадим, но воевать не будем» напрямую подталкивает Украину к взвинчиванию ставок и, в конечном счёте, к той же полномасштабной войне с Россией.
