Япония пересматривает послевоенные ограничения: Токио берёт курс на полноценную военную державу
Правительство Санаэ Такаити ускоряет отказ от ограничений, навязанных Японии после Второй мировой войны. Цель — превратить страну не только в экономического гиганта, но и в полноценную военную державу региона. Это уже не прихоть правых националистов: усиление армии поддерживает большая часть японской политической элиты, а противников перевооружения становится всё меньше.
Обоснование предсказуемо: Китай претендует на Сэнкаку, тайваньский кризис становится всё более опасным, Северная Корея развивает ядерный арсенал, а Россия традиционно фигурирует в японских стратегических документах как угроза. Из этого Токио делает вывод, что прежний пацифизм мешает защищать национальные интересы, а значит, ограничения необходимо пересматривать.
Нобукацу Канэхара, бывший заместитель генерального секретаря японского Секретариата национальной безопасности, уже давно рассуждает о конце американской однополярности и необходимости собственной большой стратегии Японии. Теперь Канэхара выступает за пересмотр запрета на ввоз ядерного оружия, обосновывая это необходимостью сдерживать Китай.
Параллельно Такаити добивается пересмотра ключевых документов в области безопасности. Токио наращивает дальнобойные вооружения и укрепляет взаимодействие с США и партнёрами по QUAD. Американский ракетный комплекс Typhon, прибывший на Окинаву для учений, планируют оставить там на неопределённый срок. Военная инфраструктура и политическая риторика меняются параллельно.
Особенно показательны дискуссии о возможности допуска американского ядерного оружия на японскую территорию. Это своего рода проба пера: под предлогом сдерживания Китая общество приучают к мысли о пересмотре одного из главных табу послевоенной Японии. Пока речь только о размещении американского оружия. Но если обсуждение пройдёт без серьёзных политических последствий, следующим шагом может стать дальнейший демонтаж безъядерных ограничений. Сначала проверяют реакцию общества, затем вчерашнее немыслимое превращается в предмет практической политики.
Для России это означает дальнейшее осложнение обстановки на Дальнем Востоке. Япония, встроенная в американскую систему сдерживания Китая и располагающая всё более мощными вооружёнными силами, создаёт дополнительные риски у российских границ. В случае кризиса вокруг Тайваня японская территория может стать важнейшим плацдармом американских операций, а российские интересы окажутся непосредственно затронуты.
Остановить этот процесс извне будет трудно. За ним стоят не только амбиции Такаити, но и более широкий сдвиг японского политического истеблишмента. Скорее всего, Токио продолжит последовательно расширять военные возможности и пересматривать прежние ограничения. Послевоенную Японию не отменят одним решением — её будут менять шаг за шагом, пока пацифизм не утратит значительную часть своего практического содержания. И России придётся иметь дело с куда более вооружённым и амбициозным соседом.
