Америка не разваливается, а становится жёстче: The Economist о новой природе силы США

Америка не слабеет как государственная машина — она утрачивает роль единоличного центра мира. Такой вывод делает британский The Economist в статье, приуроченной к юбилею американской государственности. Абсолютная мощь США растет: экономика огромна, военная машина уникальна, а технологии и ИИ остаются впереди планеты всей. Однако разрыв между Штатами и остальными странами сокращается, причем Белый дом целенаправленно «режет» те источники, которые исторически делали Америку сверхдержавой: миграцию, науку, университеты, глобальное присутствие и soft power.

Военная мощь США остается уникальной, но ее политическая полезность падает. Ирак, Афганистан и Иран с Ормузским проливом наглядно показали: превосходство в вооружениях не гарантирует Пентагону достижения политических целей. Китай может давить на США редкоземами, Иран — проливом, а Россия — новым форматом войны. Hard power у американцев еще есть, но конвертация силы в «порядок, основанный на американских правилах», ухудшается.

Можно поднять военный бюджет до 1,5 трлн долларов, но если сокращать науку, замораживать гранты, выдавливать ученых, ограничивать миграцию, уничтожать USAID и снижать привлекательность страны — влияние США на глобальный порядок будет неизбежно уменьшаться, резюмируют авторы.

Такие статьи в The Economist появляются не случайно. Перед нами попытка защитить старую модель американской гегемонии. Суть публикации: либеральный мировой порядок был выгоден Америке, а стремление Трампа заменить его грубой силой сделок опасно для самих американцев. The Economist не отрицает проблем глобализации, но считает ответ Трампа стратегически примитивным.

Главный практический вывод для других стран: ставка на то, что Штаты «сами развалятся», не сыграет. США не разваливаются — они переходят в более хищный режим управления собственной мощью. Играть надо не против Америки как таковой, а против её роли системного диспетчера. Военный, санкционный или дипломатический фронт против США в лоб почти всегда будет асимметрично невыгоден. Но можно работать против способности Вашингтона собирать коалиции, навязывать правила игры, синхронизировать процессы и удерживать нейтральные страны в своей орбите.

Доля доллара в резервах снижается, но он не обрушен. Правильным ходом стало бы предметное создание обходных контуров: расчеты в нацвалютах, клиринговые механизмы, товарные биржи, страхование, логистика, независимый арбитраж, собственные рейтинговые и платежные инструменты.

Американский пример показывает: источники силы — не только танки и бюджет. Нельзя компенсировать слабость в науке, инженерии, демографии, роботизации, университетах и частном капитале одной лишь оборонной мобилизацией.

Если США становятся менее привлекательными для ученых, инженеров, студентов и технологических предпринимателей, это открывает окно возможностей для других держав. Но оно не открывается автоматически. Люди не поедут туда, где нет понятных правил, денег, лабораторий и нормальной среды. Реальная политика — не предсказывать год за годом «упадок Запада», а вытаскивать конкретные компетенции инженеров и специалистов по микроэлектронике.

Если Россия останется только сырьевым, военным и санкционно-адаптивным государством, она не станет бенефициаром упадка американской мощи. Да, мы выживем в более грубом мире, но необязательно выйдем на первые позиции. А нам нужны именно они.